На фоне мартовской метели свалился как снег на голову с визитом в Минск сербский президент Томислав Николич. Это его приземление в «последней диктатуре Европы», похоже, стало сюрпризом не только для здешних аналитиков, но и для политиков стран ЕС.

Фишка в том, что де-факто гость нарушил режим европейских санкций против официального Минска, к которым присоединилась стремящаяся в ЕС Сербия и которые предусматривают запрет на контакты такого уровня.

С секретной миссией из Брюсселя?

Сразу же возникла версия, что таким образом хитрый Брюссель, нащупывая возможности разблокирования отношений, подослал к Александру Лукашенко посредника, способного размягчить душу «последнего диктатора Европы» лирикой славянского братства.

Интриги добавило то, что буквально накануне вечером Николич в Брюсселе вел переговоры с главой европейской дипломатии Кэтрин Эштон, которая выполняет миссию посредника в диалоге о нормализации отношений между Белградом и Приштиной. От прогресса в этом вопросе зависят перспективы вхождения Сербии в Евросоюз.

И хоть со скрипом, но процесс, кажется, идет. После встречи с Эштон 11 марта Николич заявил, что Белград и Приштина уже в этом месяце могут подписать соглашение о создании сообщества сербских муниципалитетов в Косово.

Похоже, сербский президент прибыл в белорусскую столицу прямиком из Брюсселя, даже не залетая домой.

Лукашенко в Сербии: под бомбами и на лыжах

На встрече с Александром Лукашенко 12 марта Николич поблагодарил Беларусь за ее позицию в отношении Косово и Метохии и вручил хозяину резиденции одну из высших наград своей страны — орден Республики Сербия.

«Сегодня мы приветствуем близкого по духу человека, представителя той страны, к которой мы относились и относимся с большой любовью», — заявил, в свою очередь, белорусский президент.

Взаимный пафос в этом случае не выглядел особо наигранным. Николич известен как политик пророссийского толка (то есть Минск в фарватере по умолчанию). Ну а Лукашенко, вооружившись на заре своего президентства неким ремейком панславизма, еще в 1999 году демонстративно летал в Белград, когда началась военная операция НАТО против тогдашней Социалистической Республики Югославия.

На нынешней встрече в Минске прозвучали традиционные для таких случаев заявления о готовности развивать отношения на всех уровнях и во всех сферах, выйти на реализацию крупных совместных проектов. При этом Лукашенко признал, что «в наших отношениях, к сожалению, был определенный перерыв».

Следует уточнить: сдержанность в отношениях между Минском и Белградом наступила после отстранения от власти авторитарного Слободана Милошевича, которого до конца поддерживало белорусское руководство.

Тот закончил свои дни в Гааге, рухнула экзотическая идея присоединения Югославии к союзному государству Беларуси и России, СРЮ распалась, Белград взял курс на ЕС. В общем, сербским политикам в этой катавасии было особо не до Беларуси.

Правда, Лукашенко побывал в Сербии еще и в 2009 году, в своей манере а-ля Сочи совместив рабочий визит с катанием на лыжах на горном курорте «Капаоник».

Показательно, что тогдашний сербский президент Борис Тадич с гостем встречаться не стал. Тамошняя же пресса смаковала роскошь этой поездки, живописала большую свиту и т.п., на что Лукашенко дал отлуп на пресс-конференции перед отлетом: мол, «для нашего бюджета это не стоило ничего».

Сербская пресса тогда утверждала, что высокий гость прибыл по личному приглашению местного крупного бизнесмена, владельца отеля «Гранд» Миодрага Костича.

Экономического прорыва ожидать не стоит

Тогда же, в 2009-м, Лукашенко, совмещая приятное с полезным, всячески рекламировал возможности сотрудничества с Беларусью для сербских бизнесменов.

На сегодня можно констатировать, что прорыва в экономических связях не произошло.

Объем торговли Беларуси с Сербией в 2012 году, по предварительным данным Белстата, составил 149 млн. долларов (104,4% к уровню 2011 года). При этом экспорт упал, а импорт, напротив, вырос, так что в итоге сальдо сложилось отрицательным для Беларуси в размере более трех миллионов долларов. В общем, тренд для Минска негативный.

А каковы в этом плане перспективы, если отбросить пиаровскую риторику о духовном братстве?

Андрей Елисеев, аналитик Белорусского института стратегических исследований, в интервью для Naviny.by подчеркнул, что Сербия имеет соглашения о зоне свободной торговли с Россией и Беларусью, поэтому закупать некоторые виды технической продукции в этих странах ей действительно выгоднее.

Какие-то белорусские товары вполне могут найти сбыт в этой небогатой балканской стране, но головокружительного рывка в двусторонних экономических отношениях (Лукашенко 12 марта заявил о цели нарастить товарооборот до полумиллиарда долларов) ожидать не стоит. Такое мнение высказал в комментарии для Naviny.by минский обозреватель-международник Андрей Федоров.

Заявление Лукашенко о том, что «Сербия может использовать Беларусь как плацдарм в работе с Таможенным союзом», Федоров прокомментировал следующим образом: «У Белграда отношения с Москвой еще лучше, чем с Минском». Соответственно, все вопросы можно решать в Кремле напрямую, без посредников.

Может ли Сербия настолько рассориться с Брюсселем по косовской проблеме, что откажется от вступления в ЕС и выберет курс на восток? Экспертам такой вариант представляется фантастическим.

Андрей Елисеев напомнил слова еврокомиссара Штефана Фюле о том, что признание независимости Косова не будет условием вступления Сербии в ЕС.

Другое дело, что, ведя де-факто проевропейскую политику, Николич «думает о том, как сохранить симпатии своего консервативного, пророссийского электората», подчеркнул Елисеев.

Пиаровский урожай на двоих

И вот в этом, возможно, кроется главный мотив импульсивного, судя по всему, авиаброска Николича из Брюсселя в Минск.

Лукашенко на встрече с гостем обронил фразу: «Мы с белорусской стороны готовы идти в отношениях настолько далеко, насколько это приемлемо для вас».

Очевидно, он понимает, что прорывов в отношениях с Белградом не будет. Приоритет для Сербии — вступление в Евросоюз, и ставить под удар этот интерес даже Николич с его имиджем националиста и пророссийского деятеля не станет.

Другое дело, что этот визит (за который Брюссель не похвалит, но и особо ругать вряд ли станет) в плане пропагандистском как нельзя кстати обоим руководителям.

Белорусского президента зарубежные коллеги вообще такими вещами не балуют, каждый подобный гость — праздник для госсСМИ. В свою очередь, у националиста Николича далеко не со всеми соседями хорошие отношения (некоторые даже проигнорировали инаугурацию).

А главное, поскольку сейчас под напором Брюсселя приходится идти на компромиссы с Приштиной, важно сохранить марку хотя бы за счет риторики. И Николич в Минске подчеркнул: «Может быть, до сих пор казалось, что Сербия готова сделать все для того, чтобы стать членом ЕС. И тогда у всех повысился аппетит. Сегодня я сказал, что существуют вещи, которые Сербия не готова сделать даже ценой вступления в ЕС».

Очень похоже, что гость произносил это не столько для индифферентного белорусского обывателя, сколько для патриотической публики на своей родине. Так что этот визит, по мнению Андрея Федорова, «может быть продиктован интересами пиара, желанием сербского президента показать своему электорату, что он просто так не сдает Косово и верен славянскому братству».

Ну и наконец, эта риторика, возможно, рассчитана и на выбивание некоторых бонусов у ЕС. Не только же Минску раскачивать геополитические качели!

И ракии на посошок?

Что же касается гипотетической миссии эмиссара Брюсселя, то маловероятно, что Эштон попутно нагрузила ей накануне трудного собеседника. Тут бы косовскую проблему как-то перемолоть.

Хотя в принципе Николич мог бы исполнить роль посредника даже без перевода: он хорошо говорит по-русски. Но и на «великом и могучем» славянский гость мог сказать Лукашенко лишь то же, что твердили другие эмиссары на английском: для разморозки отношений с ЕС надо выпустить политзаключенных.

Возможно также, что сербский президент, известный таким экзотическим хобби, как изготовление самопального алкоголя, привез в подарок бутылку собственноручно выгнанной ракии. Потому что в отношениях Минска с ЕС действительно столько дров наломано, что без бутылки не разберешься.