«Как только уйдет Саакашвили и состоятся новые президентские выборы (в октябре 2013), я останусь не более, чем на несколько дней»- так Бидзина Иванишвили заявил недавно эстонскому изданию «Postimees». Об уходе из политики он говорит со дня появления в политике. Однако он еще ни разу не называл с такой точностью время. «Вероятно, Бидзина Иванишвили полагает, что тем самым (уходом Саакашвили) он выполнит свой долг перед страной и народом», - пояснил позднее лидер парламентского большинства Давид Саганелидзе.

 

Под уходом из политики Иванишвили вовсе не подразумевает, что лишится власти. По его утверждениям, он намерен взяться за более сложную и всеобъемлющую задачу и развить все общество: «правительство, его ветви, парламент, суд, все это части общества. Частью общества являются эксперты, неправительственные организации, только развивая правительство, эту одну часть общественности, мы не сможем полностью развить страну. Поэтому я бы желал посвятить оставшуюся жизнь развитию общества».

 

Амбиция премьера уйти с должности, чтобы развить все грузинское общество, порождает ассоциацию с Муамаром Каддафи. Ливийский диктатор в результате народной революции утвердил в своей стране систему прямой демократии, однако все важные решения принимал сам, не занимая должности, в символическом статусе лидера социалистической революции. Так он «развивал» ливийское общество в течение всего каких-то оставшихся 42 лет.

 

Почему Иванишвили может хотеть уйти с должности?

 

Одна причина в том, что большая часть сторонников поддерживает миллиардера не из-за конкретных идей, а из-за меркантильных интересов: кому-то нужен новый холодильник, кто-то ждет погашения банковских долгов, кто-то заключает брак, поскольку слышал, что Иванишвили замужним женщинам обещает тысячу лари на восьмое марта, другие мечтают о граде, чтобы купить мерседес на компенсацию, полученную за ущерб, причиненный стихией.

 

Для точности следует сказать также, что часть населения сплотилась вокруг Иванишвили из-за ненависти к Национальному движению, но со временем этот фактор померкнет, а меркантильные интересы – нет. Естественно, удовлетворение меркантильных интересов избирателя стоит денег, и было бы сравнительно легче будь у Грузии природные ископаемые. В таком случае, в условиях некомпетентной команды у Иванишвили, были бы шансы управлять Грузией так, как управлял популист Уго Чавес богатой нефтью Венесуэлой, и то в течение определенного периода времени. Однако у нас нет ни нефти, ни природного газа, ни алмазных месторождений.

 

Альтернативный выход для привлечения денег в бюджет - развитие экономики. Между тем видим, что несколько месяцев как экономический рост страны значительно затормозился и не превышает 2,4%, вместо запланированных 6%. Увеличивается бюджетный дефицит. Международные финансовые институты отмечают, что стагнация продлилась дольше, чем ожидалось, и первейшей причиной ухудшенных экономических показателей называют смутность экономической политики нового правительства и напуганных в результате этого инвесторов.

 

В качестве примеров смутной политики МВФ приводит перипетии, связанные с трудовым кодексом и сокращением энерготарифов, и анонсированный премьером инвестиционный фонд. К этому добавляют инициированные новым правительством ограничения с точки зрения запрета продажи земли иностранцам и постоянные нападки местного населения на иностранных фермеров.

 

Не следует забывать и о т.н. проблеме Хухашвили - бизнесмены имеют между собой множество имущественных тяжб, привилегированные находят «справедливость» в кабинете экономического советника премьера, менее привилегированные жалуются в суд. Реваншизм в бизнесе разжигает страхи опасности передела собственности. Отягчает положение инициатива власти о создании комиссии по пересмотру судебных решений. Опасность конфискации бизнеса вместо того, чтобы тратить деньги, толкает бизнесменов к их содержанию в сохранности.

 

Дело в том, что Иванишвили заложник своих предвыборных обещаний. Если ради инвестиций он отложит в сторону интересы занятых, приход Гии Жоржолиани будет недоволен. Пришедший на ксенофобской волне опасается, что его избиратель не простит ему «разгул» китайцев и индийцев на грузинской земле. Ожидание сократить вдвое энерготарифы он сам же исоздал, то же самое можно сказать и о ценах на топливо.

 

Вдобавок, у Иванишвили нет видения. Он ни социалист, ни либертарианец, ни фундаменталист, ни коммунист. Одним из подтверждений этого являются взаимоисключающие заявления олигарха. Он то приводит в качестве примера сбалансированной внешней политики единственного военного союзника России в Закавказье, Армению, то говорит, что «строго решил» получить в 2014 году MAP, то намечает высшей целью защиту прав занятых, то сердится из-за пренебрежения прав работодателя, то проповедует равноправие сексуальных меньшинств, то украшает своим присутствием «бесстрашного истребителя» последних, владыку Иакова.

 

С учетом вышесказанного, если Иванишвили решит остаться у власти, остается один выход: тратить собственные деньги, и он их тратит, но это краткосрочный выход. Он превосходно знает, что чем больше потратит, тем больше появится ожиданий по той простой причине, что избиратель входит во вкус. Он сказал об этом женщинам, собравшимся у его бизнес центра с прошением, дескать, если я помогу вам, завтра здесь будет стоять очередь.

 

Вторая проблема, связанная с тратой собственных финансов в том, что этими деньгами распоряжается правительство, где посты распределяются как трофей по лепте, внесенной в выборы, а не по квалификации.

 

Таким образом, не удивительно, что значительная часть инвестированных им денег либо неэффективно тратится, либо уходит в коррупцию. К непотизму премьер «относится с пониманием», однако никому не прощает расхищения своих денег. Для иллюстрации этого сгодятся события вокруг Министерства сельского хозяйства и пострадавших от стихии в Кахетии: около 20 должностных лиц обвиняются в коррупции.

 

Обсуждая мотивы ухода премьера, важным фактором является внутренняя и международная критика. Премьер-министр вел замкнутый образ жизни, и публичная политика является для него заморским фруктом. До прихода в политику он дал всего несколько интервью. На протяжении последних лет он был известен общественности только благотворительностью и меньше давал основания для широкого недовольства. Следовательно, лавина критики, которая направилась в адрес премьера за последние месяцы, создает абсолютно чуждую для него ситуацию. В его прежнем опыте нет ничего такого, что может помочь ему найти правильный ответ на это положение. Иванишвили принципиально не может смириться с критикой, требует, чтобы оппоненты «говорили правду». Не может осознать, что демократия также подразумевает выдержать то, что он считает ложью.

 

Это требование он повторяет и в интервью с эстонской прессой. Говорит, что ему необходима конструктивная оппозиция, которая будет видеть черным то, что считает черным Иванишвили, а белым то, что воспринимает таковым Иванишвили. Такими он считает Нино Бурджанадзе и Ирму Инашвили. Вместе с тем не скрывает, что «резерв оппозиции» у него имеется и в собственной коалиции.

 

Риторика премьера режет ухо партнерам Грузии. «Оппозиции публично угрожают. Если не прекращают критику правительства, против них используют прокуратуру. Это неприемлемо для европейских стандартов»- предупреждает министр иностранных дел Польши Радослав Сикорски правительство Грузии и говорит о тревожных масштабах предварительных заключений в стране.

 

Его чешский коллега Карел Шварценберг идет еще дальше и в случае продолжения политики преследования оппозиции ставит под сомнение вопрос парафирования договора об ассоциировании.

 

Процессы в Грузии оценивает как политические преследования Палата представителей Конгресса США и заявляет об ожидаемых негативных результатах с точки зрения сотрудничества между двумя странами. Выражает тревогу генеральный секретарь североатлантического альянса. Специальный представитель НАТО подчеркнуто отмечает, что до получения плана действия членства Грузии придется ответить за задержание членов бывшего правительства. Этим вопросом серьезно озабочены европейские политические силы, партнеры не только Национального движения, но и входящих в саму «Грузинскую мечту» партий.

 

Пока же премьер во всем обвиняет Национальное движение и профинансированных на бюджетные деньги лоббистов, но вероятно догадывается, что этот аргумент скоро потеряет силу даже в глазах его верных сторонников. Бюджетом сегодня он распоряжается сам, и лоббистов нанимает, и собственных денег у него немерено. Если международная поддержка продается, почему собственно, он не может купить ее?

 

Правительство Иванишвили отвечает на международную критику необходимостью «восстановления справедливости» и старается оправдать свои шаги показом дипломатам жестокостей, совершенных во время правления Национального движения. Однако не учитывает, что в цивилизованном мире справедливость ищут в суде, а не в кинотеатрах, специально устроенных Министерством внутренних дел, и международная общественность отлично это осознает.

 

Говоря о мотивациях ухода в отставку, относительно незначительным обстоятельством, но все же необходимым учесть, является то, что управление страной совершенно несообразно с порядком жизни Иванишвили. Премьер засыпает в 10 часов вечера, в 6 утра просыпается морковным соком, потом занимается йогой. Он не желает спугнуть сон даже в такой экстремальной ситуации, когда в Афганистане погибают семь грузинских солдат и необходимо в три утра поехать в аэропорт, чтобы отдать дань погибшим. Оправдаться такими «убедительными» причинами, как секретные встречи в регионах, можно пару раз, но больше будет трудно.

 

Перечисленные факты явствуют, что чем скорее сложит олигарх ответственность главы правительства, тем меньше потеряет как финансово, так и с точки зрения общественной поддержки, и спокойней продолжит деятельность, как сказал Георгий Маргвелашвили, «в гораздо более сложной и ответственной сфере».

 

Понятно, что власть, для роли Карабаса-Барабаса, он сохранит только в том случае, если освободит политическое поле от сильных акторов, и оставит только марионеток. Один из них Георгий Маргвелашвили, который с большой вероятностью станет президентом Грузии. У последнего нет ни команды, ни общественной поддержки, ни политического опыта. Говоря вкратце, удовлетворяет все критерии марионетки. Можем предположить, что премьер на замену себе тоже пожелает найти такую же слабую фигуру. Предположительно, с этим желанием связана инициатива парламентского большинства об ослаблении института премьера.

 

Главной преградой на пути формирования Иванишвили в качестве предводителя нации являются Национальное движение и его лидеры, поскольку для него важно заполнить оппозиционную своими куклами. Иванишвили является некомпетентно искренним в своих намерениях. Если не заткнетесь, арестуем - таково краткое содержание его публичных посланий в адрес Национального движения.

 

Иванишвили и члены его команды опережают события и еще до окончания следствия делают тяжелейшие правовые оценки в отношении уже задержанных оппонентов, или тех кого «должны задержать».

 

В рамках строительства удивительной для Европы демократии внедряется коллективная ответственность за преступления, совершенные отдельными лицами. Обобщаются свойства и действия одного или нескольких человек и то же самое приписывается широкой категории людей.

 

Заключения, предварительно сделанные главой правительства, носят признаки давления на следствие и суд. Такое политическое давление делает невозможным презумпцию невиновности и обеспечение конституционного права обвиняемых на справедливый суд. В такой обстановке суду придается не правовое, а пропагандистское назначение, он должен поставить штамп на уже установленное преступление и ознакомить общественность с заранее вынесенным вердиктом правительства, чтобы все вместе включились в правосудие толпы.

 

Дело в том, что премьер не сможет легко свернуть с пути репрессий и реванша. Если прекратит преследование лидеров Национального движения и бывшая правящая сила продолжит существование, это будет воспринято, как слабость, и он потеряет лицо. С другой стороны он не может превратиться в Лукашенко. Возможно, укрепит нервы и научится выдерживать критику Запада, но до конца игнорировать ее не сможет, поскольку его капитал хранится на Западе. Следовательно, находящийся во власти олигарх никогда не сможет переступить определенные красные линии, которые создадут на Западе имидж тирана и поставят его деньги под угрозу ареста.

 

Единственным путем преодоления созданного противоречия для него остается выход из игры как можно раньше. Этим и объясняется его нетерпеливость, он спешит отправить Национальное движение, говоря его же словами, в «политическое небытие» и в этой спешке получает то, от чего бежит больше всего - вместо имиджа удивительного демократа утверждает репутацию автократа.

 

Отдельный вопрос, насколько Иванишвили сможет осуществить намеченный план, однако если это удастся, страна окажется перед дополнительными угрозами. Одна из угроз - существование неподотчетного лидера и заполнение политического спектра марионетками нанесет сокрушительный удар и без того ущербной демократии. Кроме того, ситуация довольно легко может выйти из под контроля неинституционализированного лидера, который не сможет управлять толпой, натравленной на оппонентов для расправы по закону Линча, и тем самым установится хаос. Тем более, что пример того мы видели 17 мая, в условиях премьерства Иванишвили.

 

Перевод: «Грузия online»

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.