Возможно, «новая холодная война» - это слишком громкое обозначение происходящей на «постсоветском пространстве» Европы геополитической борьбы и борьбы ценностей. Однако слишком громким оно может быть только потому, что новая «Берлинская стена» еще не совсем  построена, и пограничная линия между Западом и Востоком время от времени драматично меняется. Как это только что случилось в Армении.
 
России, возможно, удалось приостановить сближение Армении с Европейским союзом. Во вторник премьер-министр Армении Серж Саркисян после встречи в Москве с президентом России Владимиром Путиным заявил, что Армения присоединится к создаваемому Россией Таможенному союзу и Евразийскому союзу. Это оказалось неожиданным для Брюсселя. Армения в июле завершила переговоры по договору об ассоциации с ЕС, который планировалось парафировать в ноябре на саммите стран «Восточного партнерства» в Вильнюсе.
 
Правда, Саркисян пытался сказать, что Армения не отказывается от договора с ЕС. Но нельзя идти в двух направлениях. У государства, имеющего договор об ассоциации с ЕС, должна быть суверенная экономическая и торговая политика, а участие в Таможенном союзе означает общую политику во внешней торговле, в которой доминирует Россия.
Армении так же, как Молдове и Грузии, которые тоже планирует на саммите в Вильнюсе этой осенью парафировать аналогичные договоры с ЕС, и Украине, которая надеется подписать такой договор, нужно выбрать – быть вместе с Европейским союзом или в Евразийском союзе.
 
Дружеский кулак
 
Для самой России Европейский союз является крупнейшим торговым партнером. Однако Москва не хочет допустить, чтобы аналогичные преимущества были у других стран бывшего СССР.
 
Вряд ли кому-то кажется привлекательной предлагаемая Россией альтернатива – экономическая отсталость и ограничение своего суверенитета, что обещает участие в Евразийском экономическом союзе. Но зависимость вызывает еще большую зависимость, и Россия на полную мощь использует имеющиеся в ее распоряжении рычаги влияния.
 
В случае Армении это не только экономическая зависимость, но и зависимость от Москвы в сфере безопасности. Путин пускает в дело оба рычага. «Газпром» недавно резко увеличил цену на поставляемый Армении газ. Россия также начала поставки оружия  более чем на миллиард долларов Азербайджану, с которым у Армении с начала 90-х годов замороженный конфликт из-за Нагорного Карабаха.
 
Можно представить, что Путин сказал Саргсяну: если Армения выберет договор с ЕС, то больше не будет гарантий безопасности от России. После встречи премьер-министр Армении признал это довольно ясно: «Когда вы являетесь частью единой системы военной безопасности, невозможно эффективно изолировать себя от соответствующего экономического пространства».
 
Москва усиливает давление и на Молдову. Санитарная служба России заявила, что производимые в Молдове вина не отвечают российским стандартам. Это может означать объявление «винной войны». А в понедельник заместитель премьер-министра России Дмитрий Рогозин пригрозил, что в том случае если Молдова подпишет договор с ЕС, она этой зимой может остаться без российского газа и может проститься с надеждами когда-либо вернуть контролируемое Россией Приднестровье.
 
Армения и Молдавия – это страны, которые не имеют решающего значения для создаваемого Россией экономического союза. Просто Путин так же, как его советские предшественники в Кремле, считает международные отношения «нулевой суммой»: выигрыш Запада является поражением России и наоборот. На его взгляд, это действительно угроза для России, если в ее «сфере влияния» какая-то страна будет успешно развиваться как нормальное, суверенное, европейское государство. В особенности, если это будет делать Украина.
 
Именно выбор Украины в большей мере определит, удастся ли Путину построить Евразийский союз, как он сам высказался, на основе «лучших ценностей Советского Союза». (Россия без Украины – не империя, как сказал Збигнев Бжезинский). До сих пор попытки заставить Киев полностью отказаться от евроатлантической интеграции были безуспешными. Хотя президент Украины Виктор Янукович говорит о «стратегическом партнерстве» с Россией, которое сохранится и после заключения договора с ЕС, его не удалось уговорить отступить от намерения подписать этот договор.
 
И в конце июля Россия стала вводить широкие ограничения на импорт украинских изделий. Причиненные в результате этого убытки могут достичь 2,5 миллиарда долларов США, подсчитала организация работодателей Украины.
 
Во вторник Россия к этому «кнуту» добавила «пряник». Советник Путина Сергей Глазьев озвучил предложение Украине, если она вместо договора с ЕС согласится «участвовать в Евразийском интеграционном процессе»: 12 миллиардов долларов США в год, сниженные цены на газ, что даст еще 8 миллиардов, отмена таможенных пошлин на нефть и газ и «технических барьеров» для торговли.
 
Напротив, если Украина подпишет договор в ЕС, она перестанет быть не только стратегическим, но и просто партнером России и «потеряет свою независимость», предупредил Глазьев. По его мнению, соглашение с ЕС было бы «асиметричным»: «ЕС будет решать все, а Украина – только то, что ЕС сочтет нужным».
 
Империя без ценностей

 
Сказанное Глазьевым  об «асиметричности» - это насквозь циничное запугивание политическими, юридическими и экономическим реформами, которых требует ЕС как условие для договора об ассоциации. Верховенство закона, соблюдение прав человека, борьба с коррупцией – это европейские стандарты, к которым должно приблизиться любое государство, если оно хочет более тесных отношений с ЕС. В свою очередь, Россия за присоединение к своей сфере влияния не требует ничего, к тому же, предлагает экономические подарки.
 
Некоторой части «политической элиты» постсоветских стран такое предложение может показаться привлекательным. Но вряд ли большинство граждан этих стран привлекает присоединение к политическому и экономическому пространству, где демократия, законность, политическая свобода и честная предпринимательская деятельность являются презираемыми ценностями. Тем более – с учетом того, как на практике реализуются отношения между государствами, которые уже к нему присоединились.
 
Разве у России есть лучший «друг» и «стратегический партнер» в Европе, чем Белоруссия? Тем не менее, на прошлой неделе Россия сократила поставки нефти соседней стране на четверть и собирается ограничить импорт белорусских молочных продуктов. Потому что в Минске арестован исполнительный директор российской компании «Уралкалий». Три недели назад эта компания прекратила сотрудничество с белорусским производителем минеральных удобрений «Беларуськалий». (Может быть, за то, что он начал кокетничать с конкурентами россиян в Китае, а, может быть, за то, что, на взгляд Путина, обокрал его немного чересчур). Эти «партнерские отношения» динамично развиваются – Минск намерен предъявить уголовные обвинения приближенному к Путину миллиардеру и обложить налогом транзит российской нефти, а Москва с 30 августа запретила импорт белорусской свинины.
 
К сожалению, у России есть достаточно действенные средства отнюдь не «мягкой силы», при помощи которых можно заставить соседние страны встать в строй под ее командованием. В среду премьер-министр Грузии Бидзина Иванишвили сказал, что его государство «оценивает» Таможенный союз, и пока «у нас нет позиции». (Это вызвало бурю возмущения в Тбилиси, и министр иностранных дел Майя Панджикидзе поспешила уточнить слова премьера: «становиться государством-участником – это не вариант для Грузии»).
 
Если кажется преувеличением называть развернутое Россией наступление на пространстве бывшего СССР «холодной войной», то назвать это войной евроатлантических и евразийских ценностей не будет преувеличением. Этот процесс в ближайшие годы решит, будет ли Европейский континент единым и свободным, или его снова разделят на «сферы» влияния. Страны Балтии находятся на линии этого фронта и географически, и политически.
 
Перевод: Лариса Дереча.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.