Несколько лет назад я увидел в ютубе занятный ролик: какой-то бородатый дядька моих лет с симпатичным южнорусским акцентом говорил об Украине, но при этом упоминал странные имена и названия.

Юлию Тимошенко он величал исключительно ее армянской девичьей фамилией, как бы подчеркивая, что та и не украинка вовсе. А США, известные как Соединенные Штаты Америки, этот человек называл Соединенными Государствами Америки.

Было очевидно, что бородач считает каждое свое слово остроумным. Видимо, он полагал также, что искусно разоблачает коварную Тимошенко перед всеми украинцами как лжеукраинку, а уж Штаты уязвляет своим доморощенным «точным переводом» с английского, как теперь любят приговаривать в России, по самое не могу. Фамилия седобородого вундеркинда оказалась, кстати, Водолей. Но не в нем суть.

Почему, называя человека по имени, а вещь — общепринятым названием оной, мы поступаем именно так, а не как-то иначе? Не только потому, что в противном случае мы перестанем понимать друг друга.

Тут есть вот какая тонкость. Но сначала еще один пример.

В историческом имени самое опасное — политический самообман. Политический самообман в России какие-то уж совсем головокружительные обороты набирает. И снова все начинается с имен.

Стали говорить, например, «Владимир Ленин». Вообще-то переименовывать вождя начали довольно давно. Тезка Маяковский назвал свою поэму «Владимир Ильич Ленин». Это был вызывающе: настоящее имя Вождя исчезало. И как-то все вцепились в эту ошибку. Хотя человека такого никогда не было. Был Владимир Ильич Ульянов, и псевдоним у него был Н.Ленин, или Николай Ленин. У него и подпись такая была — Ульянов и — в скобках — Ленин. Он под псевдонимом и в Мавзолее совершенно правильно, так сказать, лежит. Как имя. А рядом на Красной площади бронзовые Минин и Пожарский стоят. Тоже своеобразная идеологическая конструкция. Якобы спасители отечества якобы от польского завоевания. Весь 2012 год по официальным телеканалам гоняли рекламный ролик про «купца» и «князя». С концом света в 2012 году не получилось. Мифологическую дату отметили, а в 2013 году, аккурат после не состоявшегося конца света, не стали в России отмечать ни четырехсотлетие дома Романовых, ни 95-летие Октябрьской революции. Очень страшные трупы лежат на Красной площади, около кремлевской стены и в самой кремлевской стене.

Читайте также: Двоюродная мова языка родного

Снос памятника Ленину в центре Киева


Нынешнее руководство России и предлагает построить такой учебник истории, который бы сделал всю эту историю не совсем настоящей, приспособленной к восторгу и любви. Все прежние попытки построить общественное согласие на коллективном невежестве заканчивались провалом. Этому руководству помогают, по неведению, и вполне добросовестные в других случаях люди. Например, пишут, что в Украине сносят памятники «Владимиру Ленину». Но такого зверя — Владимира Ленина — никогда в истории не было. Был такой человек — Владимир Ильич Ульянов, скончавшийся в 1924 году. И был предводитель большевиков, революционер и символ новой эпохи Ленин. Увековеченный в памятниках по всей Советской России. Эти памятники сейчас сносят на очень большой части бывшего СССР.

Уничтожается при этом не историческая память о довольно кровожадной личности, а только политический символ прошлого столетия.

Для будущих поколений было бы хорошо, если бы эти памятники не разрушались физически, а свозились в одно какое-то место, куда можно было бы возить экскурсантов. Захватывающее зрелище получилось бы. Оно помогло бы людям понять, что означал звук «Ленин» для десятков и даже сотен миллионов людей, живших в ХХ веке.

А снимать памятники с насиженных мест приходится для того, чтобы звук не звучал повсеместно, как и прежде. Главное в слове «Ленин» — право на истребление любых частных лиц и целых классов (в том числе и самих Владимиров Ильичей Ульяновых) ради полезной общественной идеи. У Владимира Ильича Ульянова могли быть на этот счет взгляды. Под звуки Ленина это семя идет в рост и колосится. Не случайно агония советской власти началась с песни «И Ленин, такой молодой, и юный Октябрь впереди»: люди уже научились разбирать каракули Владимира Ильича, уже прозвали его обидным «Лукичом». А идеологи пытались гальванизировать лежащего в мавзолее Ленина и улучшали «клеточное вещество» мумии.

И пытаются до сих пор. Сейчас Украина кладет этому конец.

Вот почему с познавательной точки зрения музеи основателя Советского государства важно было сохранить, заменив идеологическую начинку на историческую. А вот гигантские памятники — вроде монстра на Октябрьской площади в Москве — увезти в лес. За двадцать лет без видимой советской власти большинство населения России настолько политически одичало и исторически отупело, что проглатывает медийный бред про «Владимира Ленина». И опускается все ниже и ниже. Идет на стук снизу.

Кстати о стуке, сейчас в Украине начинается демонтаж еще одного памятника звуку времени — чекистам. С этим словом чека, чрезвычайка, чрезвычайная комиссия — у многих по-прежнему связаны какие-то романтические бредни. Но ведь его значение очень просто — это обозначение организации и людей, обладающих исключительным правом под прикрытием, тайно предавать, убивать или пытать тех, кого прикажут. Никакого другого содержания у слова «чекист» нет. Странно иметь памятник этому слову в нормальной стране.

Общественное согласие можно строить только вокруг обсуждения настоящей, твоей истории. Какой бы печально та ни была. Не искать в исторической дали чужую фальсификацию, а разобраться со своей, свежей. На своем языке. Вот почему победу, в том числе над своими слабостями, одержит тот, кто пользуется правильными именами.

Украинские уроки русского языка продолжаются.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.