Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Делегитимация

К концу года на Украине могут состояться еще одни внеочередные президентские выборы

© East News / AP Photo/Vadim GhirdaЧеловек обращается к милиции, охраняющей сожженное здание Дома профсоюзов в Одессе
Человек обращается к милиции, охраняющей сожженное здание Дома профсоюзов в Одессе
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Все меньше остается времени до назначенных на 25 мая президентских выборов. Почему-то получил широкое распространение тезис, что дата голосования — это некий решающий рубеж, за которым в украинском кризисе произойдут существенные изменения.

Все меньше остается времени до назначенных на 25 мая президентских выборов. Почему-то получил широкое распространение тезис, что дата голосования — это некий решающий рубеж, за которым в украинском кризисе произойдут существенные изменения.

У значительной части общества на данный счет сформировались соответствующего толка ожидания. Мол, вот пройдут выборы, и ситуация нормализуется: страсти утихнут, акции протеста прекратятся, противостояние, нередко сопряженное с реальными боевыми действиями, закончится и т. д.

С одной стороны, люди устали (и это еще мягко сказано) от длящегося вот уже полгода бардака, испытывают потребность в том, что называется «свет в конце тоннеля». Пусть даже этот свет — всего лишь фантом.

С другой стороны — воздействие на умы майданной пропаганды, активно развивающей тему чрезвычайной важности назначенных президентских выборов, которые, мол, необходимо провести во что бы то ни стало. Россия, «агенты Кремля» и прочие «сепаратисты-террористы» пытаются-де сорвать выборы — в рамках сценария по дестабилизации ситуации на Украине. И это ежедневно буквально вбивается в головы с экранов всех украинских телеканалов.

Ну а раз «срыв выборов — это дестабилизация», то у обработанного пропагандой зрителя и выстраивается соответствующая «логическая» картина желаемого будущего: «провести выборы — это стабилизация».

Порой складывается впечатление, что в этот примитив поверили даже сами майданные креативщики, политики, эксперты-политологи.

Однако разве причины глубочайшего общественно-политического кризиса лежат в плоскости назначенных на 25 мая президентских выборов? Разве многое изменится от перемены фамилий и лиц в майданной власти? Изменится ли резко негативное восприятие евромайдана и его «героев» в юго-восточных областях? Повысится ли на юге и востоке доверие к центральной власти (а уже ясно, что она будет состоять из представителей майдана)? Исчезнет ли потребность в радикальной децентрализации власти и наделении регионов правом самостоятельно определять правила своей жизни? Пропадут ли опасения жителей юго-востока относительно гарантий обеспечения их гуманитарных прав — от языковых до уважения к их исторической памяти?

Куда-то денутся по сути антагонистические цивилизационные и интеграционные различия между западом и востоком Украины? Восстановятся ли нормальные украинско-российские торгово-экономические отношения, без чего невозможно преодоление экономического спада на Украине и предотвращение маячащих на горизонте социальных бунтов? «Рассосутся» ли противоречия между Западом и Россией по «украинской проблеме»?..

Таких вопросов можно поставить еще с десяток. И на каждый ответ один: нет. Так что поменяется в результате президентских выборов? Ничего. Причины нынешнего кризиса с президентскими выборами никак не связаны. Разве что отношение к выборам стало своего рода маркером «свой—чужой»: «за майдан — против майдана», «согласен легализовать госпереворот — не согласен». Т.е. выборы (включительно с тем, кем и как они были назначены) стали фактором, дополнительно раскалывающим страну.

Известное соглашение от 21 февраля давало шанс устранить многие из вышеперечисленных факторов (а ряд из них на тот момент еще можно было предотвратить). Документ, напомню, предполагал формирование правительства национального единства (читай: раздел власти между майданом и антимайданом), прекращение всеми сторонами силовых акций, освобождение и отказ от дальнейших захватов административных зданий, разработку компромиссного варианта конституционных изменений и после их утверждения — досрочные президентские выборы в декабре текущего года.

Самое главное, что обеспечивало соглашение от 21 февраля, — это полная легитимность политического процесса. Но... На майдане решили форсировать события, взять все и сразу, силой, не отвлекаясь на юридические процедуры. Теперь Украина пожинает горькие плоды этой «революции». Тупиков все больше. Поле для компромиссов все уже. Время уходит (и оно никак не привязано к дате голосования). Общенационального диалога как такового нет. Как нет и оснований для оптимизма относительно стабилизации ситуации.

Выборы 25 мая способны поменять только расклад внутри властной (майданной) элиты. И все. Как говорят в таких случаях, те же яйца — только в профиль.

Украинская власть уже создала предпосылки для непризнания выборов

Полтора месяца назад приходилось отмечать, что даже объявленные сомнительные — с точки зрения легитимных процедур — выборы еще нужно провести так, чтобы не было претензий к их организации и процессу. Выборы же — это не только непосредственно голосование на участках, но и избирательная кампания.

«И огромная ошибка тех, — писали мы, — кто ныне именуется властью, что они не озаботились вопросом обеспечения демократичности избирательного процесса, в частности гарантиями свободы политической конкуренции для представителей всех политических сил. ...Уже в самое ближайшее время мы будем иметь довольно громкие скандалы, связанные с тем, что тому или иному кандидату не дали возможности вести предвыборную кампанию». Что в свою очередь даст основания ставить под сомнение легитимность новоизбранного президента как внутри страны, так и вне — той же России.

Попутно отмечу, что майданные пропагандисты сосредоточились на «информационном сопротивлении» российским СМИ по вопросу признания/непризнания президентских выборов в русле «козни России против стабилизации на Украине» — вместо того, чтобы развернуть кампанию с призывом к действующей украинской власти обеспечить элементарные демократические правила проведения выборов. Обеспечить, подчеркну, всем без исключения кандидатам, независимо от их политической позиции. Ведь российской пропаганде ничего изобретать не надо: знай ретранслируй сюжеты, связанные с попытками ряда кандидатов вести кампанию, — и все вопросы к «демократичности» украинских президентских выборов отпадают сами собой. Никакая контрпропаганда не поможет.

Как мы и прогнозировали, президентская кампания регулярно сопровождается скандалами, связанными с невозможностью для ряда кандидатов вести агитацию.

Кандидатов — причем именно тех, которые пытаются представлять интересы избирателей, проживающих на юго-востоке, — оскорбляют, обливают зеленкой, блокируют их передвижение, не пускают в телеэфир. А порой и попросту избивают. Так, в частности, неоднократно происходило с Олегом Царевым. Наиболее вопиющий случай — шабаш, устроенный майданными экстремистами в ночь на 15 апреля возле офиса канала ICTV. Посещение программы «Свобода слова» едва не завершилось для Царева трагически — при полном попустительстве властей, несущих ответственность за процесс организации выборов.

В итоге Олег Царев снял свою кандидатуру. «Я зарегистрировался кандидатом на пост президента. Моей главной целью было использовать кандидатский статус для того, чтобы донести голос юго-востока до жителей остальной Украины, в том числе Западной... Но киевская власть, в нарушение всех демократических норм, лишила меня этой возможности... Я принял решение снять свою кандидатуру, потому что вижу: в подобных условиях кандидатский статус неэффективен», — заявил Царев, призвав последовать своему примеру Петра Симоненко, Михаила Добкина, Сергея Тигипко и Рената Кузьмина.

И не исключено, что кто-то из перечисленных кандидатов может последовать примеру Царева. Даже при том, что согласно официальному календарному плану выборов 1 мая истек срок для подачи заявлений кандидатами в президенты о снятии своей кандидатуры с регистрации. Но формальности в данном случае — это присутствие/отсутствие фамилии кандидата в избирательном бюллетене. Тут же более важна политическая составляющая такого шага: снятие своей кандидатуры — это непризнание легитимности выборов, оценка власти, сигнал избирателям.

28 апреля в Херсон не пустили кандидата от Партии регионов Михаила Добкина — даже из самолета не дали выйти.

Явно удовлетворенная таким «демократическим» характером избирательного процесса журналистка «5-го канала» Инна Неродик на своей странице в Facebook сообщала: «Каким-то образом на аэродром попал Правый сектор (информация не точная, может, просто какие-то небезразличные), выехали прямо на взлетную полосу. Дядя Добкин перепугался так, что и не вышел к людям. Развернулся да и полетел назад в Харьков».

Очевидно, в понимании «честных и свободных» журналистов «5-го канала» это и есть демократические выборы в соответствии с европейскими стандартами. И ведь потом эта же г-жа Неродик (видимо, не отдававшая себе отчет в том, что аплодирует-то она срыву выборов) будет скрежетать зубами в адрес «российской пропаганды», которая якобы «врет об экстремистах с майдана», и сетовать на «козни Кремля», который-де «срывает президентские выборы» на Украине.

Касаемо Михаила Добкина — он констатировал невозможность проведения избирательной кампании, не исключил своего снятия с выборов, отметив, что принятие соответствующего решения за политсоветом Партии регионов.

Кому выгодны экстремисты?

Дальше — интересней. Как заявил г-н Добкин, его в поездках по регионам преследует «хорошо проплаченная группа экстремистов», цель которой — срыв президентских выборов.

«То, что произошло в Херсоне, окончательно убедило меня и моих товарищей по руководству ПР, что абсолютно организованная, я не сомневаюсь, что хорошо проплаченная определенная группа экстремистов передвигается за мной как за кандидатом в Президенты Украины по разным регионам», — сказал он. Их задача, подчеркнул «регионал», — срывать выборы: «они делают все для того, чтобы один из кандидатов в президенты снялся с выборов и заявил о том, что выборы на Украине провести невозможно, потому что условия у кандидатов абсолютно неравные».

Выдвинул обвинения г-н Добкин главе Херсонской облгосадминистрации Юрию Одарченко, который «или один из организаторов такой встречи в аэропорту», или же «допустил халатную преступную бездеятельность, которая могла привести к печальным последствиям». В таком развитии событий, уверен кандидат в президенты от ПР, «заинтересован один из кандидатов в президенты, который не может ни выиграть выборы, ни сняться с них».

Фамилию этого «одного кандидата» г-н Добкин не назвал. Но, полагаю, не только у меня сразу же возник перед глазами образ этого кандидата с косой.

Во-первых, заметим, что херсонский губернатор Юрий Одарченко — член партии «Батькивщина», один из видных функционеров (глава столичной организации партии). Во-вторых, беспрепятственно проникнуть на взлетно-посадочную полосу без содействия властей вряд ли возможно. Тем более остаться совершенно безнаказанным после совершения такой выходки, которая могла привести к авиационной катастрофе и, соответственно, человеческим жертвам. Никто не задержан, никто не в розыске, вряд ли даже уголовное дело возбуждено.

Безусловно, прямых доказательств причастности кого-либо из политиков к акциям, подобным описанным выше (в отношении Добкина, Царева), нет. Однако...

Однако если бы власть действительно не была заинтересована в срыве выборов (как это заявляется публично), то она стала бы жестко пресекать выходки провокаторов в отношении кандидатов в президенты. Чтобы не дать никому ни малейшего повода для сомнений в демократичности избирательного процесса. Но власть «почему-то» этого не делает, стимулируя экстремистов на рецидивы — атакуйте кандидатов, срывайте их избирательную кампанию, за это наказания не последует. Срывать выборы (по минимуму — делегитимизировать их результаты) можно ведь и бездействием. Особенно если тебе подконтрольна власть.

А в чьих руках она сегодня? Известно: представителей «Батькивщины», соратников Тимошенко — и. о. президента, премьер, глава МВД, губернаторы...

Слова Добкина о кандидате, который «не может ни выиграть выборы, ни сняться с них», вполне применимы к Юлии Тимошенко. Рейтинги не растут, наоборот, отставание от Порошенко только увеличивается. Более того, еще и во второй тур надо попасть — Тигипко и Добкин буквально наступают на пятки.

Томенко и Луценко как индикаторы

О политических перспективах лидера «Батькивщины» можно судить по поведению некоторых особо шустрых из числа недавних членов ее команды. Месяц назад мы уже отмечали, что украинские политики склонны, что называется, держать нос по ветру, всегда чутки к вопросам политической конъюнктуры. И это на Украине всегда было хорошим индикатором: перспективу любой политической силы всегда можно оценить по тому, наращиваются или же редеют ее ряды. У «Батькивщины» наблюдается второе.

В частности, мы обращали внимание на выход из партии Николая Томенко. Он объяснил свой шаг тем, что «внепартийный статус даст возможность... активнее сконцентрироваться на парламентской и общественной деятельности».

Мы высказывали сомнения в искренности Николая Владимировича и истинных мотивах его действий: «Мягко говоря, странное объяснение мотивов покинуть партию власти. Что мешает Николаю Владимировичу «сконцентрироваться на парламентской и общественной деятельности», будучи в рядах «Батькивщины»? Казалось бы, наоборот: если политсила, в которой он состоял с ноября 2005-го, стала партией власти, то именно теперь открываются широкие возможности для самореализации.

Или г-н Томенко понял, что «Батькивщина» — это калиф на час? Иначе говоря, статус партии власти окажется недолог? А потому и предпочел освободиться от уз «Батькивщины», дабы впоследствии (например, в ходе будущих парламентских выборов) примкнуть к более перспективной политической силе?».

Минул месяц, и г-н Томенко подтвердил наши предположения: стал доверенным лицом кандидата в президенты Петра Порошенко. Он теперь даже публично намекает, что Юлии Владимировне было бы неплохо сняться в пользу Петра Алексеевича и не путаться под ногами: «Я стал доверенным лицом Петра Порошенко на общенациональном уровне и уверен, что нам удастся провести выборы в один тур... Политики должны найти мужество уступить кандидату, у которого высокий уровень доверия общества. И мне очевидно, что наибольшую поддержку людей сегодня получил именно Петр Порошенко».

Понятно, к кому в первую очередь обращены слова Томенко, кто должен «найти мужество». Другое дело, что, «найдя мужество», Тимошенко тут же утратит остатки политического веса и влияния — ведь шаг, предложенный Томенко, будет означать для нее признание поражения и констатацию того простого факта, что с Петром Порошенко она может быть в лучшем случае младшим партнером.

Ну и, конечно, отдадим должное политической сноровке Николая Томенко (в которой, впрочем, мы и не сомневались): вовремя предал, что в украинской политике, как известно, означает — предвидел.

Еще один известный политический колобок — Юрий Луценко. От Мороза — к Ющенко, от Ющенко — к Тимошенко, от Тимошенко — к Порошенко. Юрий Витальевич призывает на президентских выборах отдать голоса за Петра Алексеевича. Потому что, по словам Луценко, Порошенко — это «человек слова и дела», «человек, который может объединить всю Украину вокруг идеи жить по-новому». Тимошенко, надо полагать, не такая... Или не такая рейтинговая?

Поражение (да еще с унизительно низким результатом! И к тому все идет) для Юлии Владимировны политической смерти подобно. Провал лидера повлечет снижение рейтингов партии, соратники (включая и тех, кто ныне составляет «админресурс Тимошенко» — члены правительства, чиновники на местах) начнут массово перебегать в команду победителя, то же сделают бизнес-спонсоры... В общем, прямая дорога на политическое кладбище. Лучше было бы Юлии Владимировне вообще не участвовать в избирательной кампании.

Сняться с выборов в пользу Порошенко не подходит. Просто сняться — тоже не вариант. Ведь майданная пропаганда трубит, что Кремль спит и видит срыв президентских выборов. Так можно и в агентах Путина оказаться.

Иное дело — сорвать или делегитимизировать выборы. Само собой, не своими руками — чужими. Чем не креатив: народ «самовыражается» по причине недовольства «неправильной» позицией некоторых кандидатов в президенты (прежде всего, естественно, лояльно относящихся к России). К тому же к таким акциям одобрительно относится промайданно настроенная публика, поэтому бездействие (а то и содействие) власти даже добавляет ей очков среди базового электората.

Подготовка новых внеочередных выборов президента

Но не только нападения на кандидатов способны сорвать выборы вообще или подорвать их легитимность. Этому способствует и обострение обстановки на юге и востоке.

Чем ближе дата голосования — тем активнее власть по части проведения т. н. антитеррористической операции. Весь апрель выжидали, как будто сознательно давая разрастись и радикализироваться протестному движению в юго-восточных областях. Переговоров с протестующими как таковых тоже никто не вел, компромиссов не искал, удовлетворить хотя бы часть требований недовольных (чтобы погасить страсти и обозначить путь к политическому урегулированию) не пытался. Предложения «регионалов» и коммунистов о «дорожной карте» стабилизации обстановки в областях Левобережья также приняты не были... А теперь заговорили пушки.

«Разогревают» юго-восток? Кстати сказать, ЧП (означающее отмену выборов) можно ввести и прямо накануне 25 мая — если до предела обострить ситуацию жесткими действиями в рамках «антитеррористической операции».

Однако ЧП — это крайний случай. Для кое-кого, конечно, весьма желательный, однако есть сложности: Запад требует любой ценой выборы провести. В Вашингтоне и Брюсселе закрывают глаза на то, в какой «демократической» атмосфере протекает избирательная кампания. Наверняка примут и результаты голосования, даже если выборы пройдут не по всей стране.

29 апреля в интервью ВВС министр внутренних дел Аваков не исключил того, что не во всех регионах Украины можно будет организовать проведение президентских выборов. С точки зрения украинского законодательства президентские выборы будут считаться состоявшимися, даже если голосование состоится всего на одном участке. Но это юридически. А политически?

Совершенно очевидно, что отношение к легитимности такого президента будет невысоким. И уж точно таким будет отношение всех, кто ставит под сомнение легитимность нынешней, пришедшей с майдана киевской власти, — значительной части украинских граждан, проживающих на юго-востоке, и России.

Позицию Москвы стоит выделить особо. Именно российского признания украинской постмайданной власти добиваются Киев и покровительствующий ему Запад. Но Россия неоднократно давала понять, что невысока вероятность признания ею итогов голосования 25 мая. А то, в какой обстановке протекает избирательная кампания в последние дни, тем более снижает шансы на признание украинских выборов Москвой.

Например, 17 апреля во время прямой линии Путин заявил, что президентская гонка на Украине проходит «в недопустимой форме»: «Если дальше все будет происходить таким образом, то мы, конечно, не сможем признать все, что будет происходить после 25 мая легитимным. Какие же это легитимные выборы, если кандидатов с востока избивают, обливают какими-то чернилами. Не допускают на встречи с избирателями. Что это за избирательная кампания?!»

К нынешнему моменту аргументов для непризнания выборов у Москвы стало только больше. Некоторые кандидаты снялись с гонки. Обострилась ситуация на востоке вследствие т.н. антитеррористической операции. И высока вероятность, что выборы пройдут не везде. В свете той позиции, которую занимала официальная Москва и персонально Владимир Путин, признать украинские президентские выборы будет означать для него потерю лица.

Но, возможно, кто-то на Украине сознательно делает так, чтобы отсечь российской власти всякую возможность для признания итогов выборов 25 мая?

При этом задача выхода из внутреннего кризиса без урегулирования отношений Украины с Россией попросту невыполнима. И указанное урегулирование рано или поздно должно произойти. Но при одном непременном условии: когда Москва будет готова признать легитимность властей в Киеве.

Иными словами, делегитимация президентских выборов 25 мая — это предпосылка для постановки вопроса о проведении еще одних внеочередных президентских выборов на Украине. И этот вопрос наверняка будет фигурировать в повестке дня переговоров (в формате Киев—Брюссель—Вашингтон—Москва) — тех, что будут вестись по окончании нынешней президентской гонки.

Деэскалация напряженности, восстановление порядка, т.е. реализация того, о чем договаривались еще 21 февраля в Киеве и 17 апреля в Женеве: «все стороны должны воздерживаться от любого насилия, запугивания или провокационных действий», «все незаконные вооруженные группы должны быть обезоружены», «все незаконно занятые здания должны быть возвращены законным владельцам, все незаконно занятые улицы, площади и другие публичные места в украинских городах и населенных пунктах должны быть освобождены». И т. д. Плюс ко всему — безусловное обеспечение для кандидатов в президенты гарантий вести полноценную избирательную кампанию.

Для назначения еще одних внеочередных выборов президента будет и другой важный аргумент: внесение изменений в Конституцию — которые нарабатываются в настоящий момент. Т.е. чтобы новый глава государства избирался в условиях легитимного избирательного процесса и под те конституционные полномочия, которыми он будет наделен после внесения поправок в Основной Закон Украины.