«41 боец ​​51-й ОМРБ добровольно сдался русским в плен». «54 военнослужащих 79-й Николаевской аэромобильной бригады покинули поле боя и вернулись домой». «Командование Николаевской 79-й отдельной аэромобильной бригады опубликовало в свободном доступе сети интернет списки (фамилии, адреса) дезертиров, их привлекут к ответственности по статье «государственная измена». Эти сообщения, которые в последнее время начали появляться в ленте новостей, настораживают. После общего всплеска патриотизма, когда молодые люди в марте штурмовали военкоматы, это выглядит, по меньшей мере, странным. Как и та легкость, с которой некоторые манипулируют словом «предатель». Тем более, что для политикума такое жонглирование стало привычным еще лет десять назад – от билбордов «Не предай Майдан» до приклеивания ярлыков своим оппонентам. Хотя это уже совсем другая история.

«Приехали русские и сказали – «вылезайте»

Информация о переходе российской границы 41 бойцом 51-й бригады появилась неожиданно и с большим опозданием. Даже падкие на подобные сенсации российские СМИ были достаточно скромными в своих комментариях, отметив, что ребята больше не хотят воевать и убивать. В интернете же разгорелась целая война вокруг вопроса: стоило ли стоять до конца, либо же спасать свои жизни? Однако после того, как первая волна эмоций спала, стало ясно, что без полной картины ситуации делать выводы рано. А официальной оценки случившегося, как раз, и нет.

Каким же образом наши бойцы оказались на территории соседнего государства? Частично ответ на этот вопрос дает журналист Роман Бочкала, которому удалось пообщаться с одним из «перебежчиков». Боец рассказал, что они еще две недели назад окопались в районе шахты «Краснопартизанская», но с 17 июля, после мощного артобстрела, основные силы АТО отошли, и они остались один на один с врагом под перекрестным шквальным огнем со стороны террористов и России. По мнению бойца, русские играли с ними, как кот с мышью: обстреливали, но не убивали, хотя могли накрыть их в любой момент. На все же мольбы про подмогу получали ответ: «Держитесь». «К пятнице 25.07 техники вовсе не осталось, патронов тоже. Бойцы забыли, как выглядит солнечный свет. Спасались в землянках, накрытых бревнами и блоками и присыпанных землей. Все просто хотели выжить. И жили под землей, задыхаясь от смрада раздутых тел убитых товарищей», – описывает Бочкала. И в этот момент они узнают от родных о заявлении СНБО, что всех бойцов вывели из окружения. Сразу вопрос: «А как же мы? Нас что, уже поставили крест?»

А дальше произошло то, что произошло. Буднично, без лишних слов, как пишет журналист. «К ним пришли боевики из России. Не в том смысле. Что сами из России. А просто из России и пришли боевики. И сказали – «вылезайте». Посадили всех наших на КамАЗы и отвезли в свой полевой лагерь. Это было еще на территории России. Никто никого не бил, не унижал. Все было молча. В лагере наших ребят накормили, помыли и сказали: «Вечером едем в Россию». Телефоны никто не отбирал. И ребята звонили не только родным, но и командованию. Все и все знали. И о том, где ребята, и что их собираются вывозить в РФ», – утверждает Роман.

Теперь ребят вернули на Украину. Все они находятся в Запорожье, в воинской части А1978, где их допрашивает военная прокуратура. «Мобильные телефоны у задержанных отобрали, к ним приставлена ​​военизированная охрана. Как наши пленные воины оказались на Украине – не знаю. Данная информация поступила ко мне из двух источников: от жен задержанных, а также от бойцов 24-й бригады, которых тоже подозревают в дезертирстве, и они сейчас находятся в той же в / ч. Ребят подозревают в дезертирстве. Речь о статье «государственная измена» пока не идет», – сообщает Роман Бочкала, который продолжает держать связь с бойцами и их родными.

«Все эти операции нельзя согласовывать со штабом АТО»

Вообще «Изваринский котел», в котором оказались бойцы 51-й ОРМБ и 72-й и 79-й бригад, очевидцы называют настоящим адом. Несколько дней – без подкрепления, без пищи, без боеприпасов, под постоянным обстрелом из «Градов». А главное – без понимания того, что происходит и сколько это будет продолжаться. Тем более, что официальная информация и то, что бойцы видели воочию, часто очень отличаются.

Сами военные говорят о том, что после массовых обстрелов трупы их погибших товарищей вывозили КамАЗами, хотя официальная статистика свидетельствует лишь о десятках погибших. Всплеск дезертирства (почти на 40 процентов) был зафиксирован в период с 14 по 19 июля в ВСУ и Нацгвардии, когда у бойцов не было ни еды, ни оружия, ни правдивой информации. «Позором покрыли себя 54 военнослужащих, которые трусливо сбежали, бросив боевое оружие и предав своих товарищей. И это в то время, когда подавляющее большинство николаевских десантников проявляет беспрецедентное мужество и героизм при выполнении поставленных боевых задач», – поспешило заявить командование 79-й николаевской аэромобильной бригады.

Но стоит ли быть такими категоричными? «16 дней им нечем было не только отстреливаться от врага, даже есть было нечего, – рассказала жена военного 79-й бригады Ирина Толкачева. – Солдаты копали себе глубокие блиндажи, и это был их единственное спасение от массированных минометных обстрелов». В течение недели женщины ездили в Киев, пикетировали Министерство обороны и администрацию президента, требуя отправить в зону АТО их мужьям и детям помощь, перекрывали пути. В ответ слышали заверения, что подмога и продукты уже отправлены, однако когда звонили к родным, то слышали в ответ, что ничего нет. «Мудаки из командования АТО, которые называли истерией крики о помощи николаевских десантников, которых утюжили «Градами». Только не говорите, что вы не ожидали дезертирства. Сильные не сломались, а слабые сдались. Страшный позор на всю украинскую армию. Но виноваты в этом позоре не только полсотни солдат, которые бросили оружие и пошли к сепаратистам. Виновны, прежде всего, отбросы, которым говорили: «Нас убивают! Нас убивают нечестно! С воздуха! Дайте авиацию, дайте помощь или выведите нас отсюда». А те им говорили: «Держитесь, ребята, держитесь», – эмоционально высказался по этому поводу журналист Богдан Кутепов.

У военнослужащих до сих пор имеется множество вопросов, как к своему командованию, так и к Генеральному штабу. «Мы, когда приезжаем на место, должны отзвониться в штаб и сообщить, где мы. Так теперь, когда прибываем, звоним, а потом быстренько передислоцируемся метров на 500. Потому что часто бывает так, что через 5 минут после звонка это место накрывают «Градами», – делится с «УМ» один из бойцов, который только что вернулся из зоны АТО. Предположение про «слив» информации высказал и заместитель командира 79-й аэромобильной бригады подполковник Иван Савка. «Не успеваем мы занять ту или иную позицию, как нас начинают «поливать» минометным огнем, причем делается это прицельно. Создается впечатление, что противник имеет про нас и наши передвижения полностью всю информацию. В какой-то  степени это и поддержка со стороны местных жителей. Они, когда нас видят, то в лицо – улыбаются, а в спину – тычут дули, потому что в действительности поддерживают Россию», – говорит полковник. Есть и другая версия «слива» информации – по сообщению председателя СБУ Валентина Наливайченко, предателей разоблачили также и в штабе АТО, и в военных формированиях, которые принимают участие в боевых действиях.

Подозрения бойцов далеко не беспочвенны. На днях по всем телеканалам прошел рассказ про фантастическое спасение из «котла» 75 раненых бойцов 79-й бригады. И запали тогда в память слова волонтера Юрия Бирюкова, который с начала войны своим фондом «Крылья Феникса» фактически заменил собой большую часть Департамента снабжения материальных ресурсов Минобороны. «Основная беда заключается в двух вещах: все эти операции нельзя согласовывать со штабом АТО, так как они моментально сольют информацию. Если бы, не дай Бог, мы рассказали, как и куда едем, нас бы, наверное, сегодня здесь не было», – заявил тогда «Феникс».

Подтверждением его слов стала также следующая информация: после блестяще проведенной операции по спасению бойцов ГПУ завела уголовное дело... на офицера, который дал команду на прорыв, за «несогласование своего решения с Генеральным штабом». На допросе в СБУ успел побывать и сам Юрий Бирюков.

Вопросы у бойцов вызывают и некоторые моменты, связанные с фиксацией статуса участника боевых действий. Как стало известно «УМ», у многих бойцов в свидетельстве о смерти до сих пор пишут ДТП или иные причины, не связанные с боями. А в госпиталь раненых из батальонов самообороны отправляют с приписками про «бытовые травмы» или «травмы по неосторожности», рассказывают волонтеры.

«Надо думать»

Конечно, и такие случаи, и дезертирство – явления, скорее, единичные. И для того, чтобы делать определенные выводы, нужно детально изучить все обстоятельства. Но и говорить обо всем нужно открыто, ничего не скрывая. Что до сих пор существуют серьезные проблемы с техникой и обмундированием для солдат. Что лечение раненых, которое должно было быть бесплатным, происходит фактически за счет родных и волонтеров. И что вообще эта война держится во многом именно на плечах патриотов, волонтеров и тех, кто, как сказал Юлий Мамчур, «воюет не за деньги, а за государство». Ибо только правда порождает доверие. А доверие – ощущение, что тебя не предадут. И тогда и ты не предашь.

Началась третья волна мобилизации. Военный комиссар Николаевской области Александр Иванов считает, что она будет тяжелой, ведь мотивировать людей становится все сложнее и сложнее. «Те ребята, которые оказались в России, – они молодцы, они сохранили свои жизни для государства. И не надо спешить их обзывать дезертирами. Сейчас не сталинский режим, люди привыкли думать, и они понимают, что, когда государство к ним так относится, превращая в пушечное мясо, то почему они должны иначе относиться к государству? У меня есть одна знакомая, которая говорит, что сама благословит своего сына идти в армию, но только в том случае, когда рядом будут воевать дети и внуки наших президентов, народных депутатов, чиновников. Все – так все», – комментирует ситуацию известный правозащитник, психиатр Семен Глузман.

Эта ситуация требует реагирования и как можно более быстрого – и политического, и общественного. Иначе Майдан может продолжиться, но совсем в других формах – теперь у бойцов вместо деревянных щитов и дубинок могут быть трофейные АК. «Те ребята, которые на войне, они уже почувствовали ту правду, которую мы еще не понимаем. У меня есть двое знакомых, которые мне прямо заявили: если ситуация не изменится и в отношениях с государством не будет больше честности и открытости, они осенью вернутся в Киев. В этом ничего хорошего нет: автомат и улица – не лучший способ решения проблемы. Но и силой этого не остановишь. Надо думать», – убежден Семен Глузман.

Перевод: Антон Ефремов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.