Мы будто вернулись в 60-е или 80-е: музыкально-светская хроника последних двух лет пестрит политическими и правозащитными сюжетами. Движение OCCUPY на Западе и российские оппозиционные рокеры/рэпперы, мега-история с Pussy Riot и недавняя акция Мадонны с израильтянином и палестинцем – не говоря уже о массе рутинных выступлений по поводу голодающей Африки, цензуры, прав ЛГБТ и феминисток.

Есть ли в этом элемент пиара? Наверное, да – но это не главное. Важнее – и как мотивация, и по сути – две другие вещи. Во-первых, сейчас уже очевидно, что мир в XXI веке оказался гораздо менее благополучным и более тревожным, чем ожидалось в конце века ХХ: как попадали башни-близнецы, так все и покатилось – теракты, войны, революции, катастрофы, кризисы... есть на что реагировать господам артистам.

Во-вторых, роль музыки в мировой культурно-молодежной среде явно отошла на второй план, а иконостас актуальных поп-звезд невероятно измельчал, от Элвиса и Битлз через Майкла Джексона и U2 докатившись до Бритни Спирс и, прости господи, Джастина Бибера. И амбициозным музыкантам хочется крикнуть – «Эй, ребята! Мы еще здесь – послушайте нас!» Иногда докричаться удается, хотя, прямо скажем, до масштаба фестивалей «мира и любви» и «песенных революций», акций Джона Леннона и гимнов Боба Дилана сегодняшним музыкальным общественникам очень далеко. К сожалению.

Странным отголоском, я бы сказал, уродливой мутацией нынешней культ-полит активности стала стремительно разрастающаяся в последнее время практика запретов на выступления артистов и, как уже пафосно заявляют, «санкций» против музыкантов. Скажу сразу: я лично считаю эти трюки неумными и порочными – вне зависимости от того, против кого и с какой мотивацией они совершаются.

Возьмем несколько совсем свежих примеров.

МИД Латвии запретил (или объявил нежелательным, не помню уж точно формулировку) выступление на эстрадном фестивале «Новая волна» в Юрмале российских попсовиков Валерии, Олега Газманова и Иосифа Кобзона – в связи с поддержкой ими агрессивной политики России.

Нетрудно догадаться, что жизнь и репертуар этих исполнителей мне мало известны, но в любом случае латвийское вето представляется довольно несуразным.

Для начала, почему именно эти трое? Скажем, главный организатор мероприятия Игорь Крутой или десяток популярных российских телеведущих – они что, не «поддерживают»? Публично выступали против аннексии Крыма? Что-то я сильно сомневаюсь. Не менее сильные сомнения вызывает факт того, что означенная «поддержка» каким-то образом повлияла на репертуар (слово «творчество» мне тут кажется не очень уместным) нежелательных артистов: вот если бы Газманов спел с армейским хором песню «Вежливые люди», а Валерия выступила дуэтом с прокуроршей Крыма – было бы хоть о чем говорить. А так – люди, пусть и публичные, имеют полное право на собственное мнение. И вообще: Министерство иностранных дел против попсовых персонажей – это как-то смешно; не того масштаба и замеса фигуры, чтобы с ними в большой политике бороться.

Концерт Мэрилина Мэнсона в Москве


Если уж власти Латвии заметили курортную «Новую волну», лучше бы они по линии Министерства культуры озаботились убогим творческим уровнем и безнадежной провинциальностью этого фестиваля... А не уподобляли себя не вполне адекватным героям следующего сюжета – запреты на концерты Marylin Manson в России.

К счастью, это была не государственная инициатива, но без поддержки местных властей и депутатов тут не обошлось. Застрельщиком выступил известный православный фрик, некто Энтео – под лозунгом «оскорбленных чувств верующих». Понятно, что способные оскорбиться эпатажем Мэнсона верующие никогда в жизни на его концерт не пошли бы. Не менее понятно, что практически на любом поп-рок-рэп-концерте при желании можно усмотреть нечто, что может быть квалифицировано как «оскорбление верующих» (пропаганда гомосексуализма, экстремизм и далее по новым российским законам).

Правда, научно-популярные лекции по теории эволюции, генетике, астрономии и т.д. могут оскорбить еще больше. Дискутировать с фанатиками – занятие абсолютно бессмысленное, но у их покровителей, со здравым смыслом которых должно быть все неплохо, контрпродуктивность подобных наездов сомнений вызывать не может. Десятки тысяч меломанов клеймят «чертовых попов», а заокеанским супостатам – бесплатная реклама на весь мир. Это если посмотреть с точки зрения чистой прагматики. А если серьезно, то дико в нашем веке подходить к явлениям культурным, художественным, развлекательным со средневековыми мерками, когда любое отклонение от церковных догм считалось ересью и могло иметь самые горячие последствия. Не менее дико «цивилизованным» христианам уподобляться фундаменталистам-исламистам.

И, наконец, недавняя история об отмене выступления американского актера Стивена Сигала на блюзовом фестивале в эстонском Хаапсалу. В некоторых СМИ, в частности, российских, информация о событии была слегка искажена: насколько мне известно, никто формально Сигалу играть и петь на Augustibluus (тем более, въезжать на территорию Эстонии) не запрещал, и разворачивалась история примерно следующим образом. Певец Тынис Мяги в интервью сказал, что будет бойкотировать фестиваль, поскольку не хочет выступать на одной сцене с «путинистом» Стивеном, и призвал к бойкоту своих коллег. Некоторые – вплоть до министра иностранных дел Эстонии – солидаризировались с этой позицией; некоторые – в том числе, организаторы Augustibluus – ее не поддержали. В эстонском обществе, медиа и профессиональном сообществе развернулась бурная дискуссия, отголоски которой долетели до Стивена Сигала, и тот, через своего агента, дал понять, что в такой обстановке выступать не будет. После чего организаторы вынуждены были объявить об отмене концерта американского артиста.

Разумеется, Тынис Мяги имел полное моральное и любое другое право на свой личный бойкот, равно как и Сигал – послать к черту фестиваль, где не все ему рады. Каждый по своему прав – а история получилась неправильная, на мой взгляд.

Бойкоты, ультиматумы, «меры» – это язык других людей, не артистов. Помню, в начале нулевых я пригласил на гастроли в Москву замечательную французскую певицу и актрису Джейн Биркин, а она ответила, что в Россию не поедет, поскольку активная противница войны в Чечне, участвовала в акциях протеста в Париже и т.д. На что я предложил: вот и отлично, я тоже пацифист, сможем агитировать за мир прямо в русской столице – это же круче, чем в далекой Франции воздух сотрясать... Аналогия, конечно, не полная, но мне кажется – чем отметать оппонента, тем более коллегу, лучше дать ему высказаться и даже поспорить. А если бы Стивена Сигала в Хаапсалу освистали – так он мужчина, судя по всему, крепкий; справился бы.

Я не поклонник лозунга, что музыка (или там, скажем, спорт) должны быть «вне политики». Это или наивность, или лукавство – потому что так все равно не будет. Но очень хотелось бы, чтобы в нашем маленьком культурном садике, где люди в принципе должны радоваться, грубые политические методы и риторика не вошли в моду.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.