Менее двух месяцев остается до очередных президентских выборов в Узбекистане. По сообщениям западной печати, из американского Госдепартамента уже «просочилась»  направленная информация о том, что официальный Вашингтон готов признать любого народного избранника, хотя мало кто в международном сообществе сомневается в том, что свой пост сохранит нынешний глава государства Ислам Каримов. Этому государственному тяжеловесу, уходящему идеологическими корнями в советские времена, как известно, 30 января этого года исполнилось 77 лет.
 
Впрочем, сам факт предстоящего крупного события в этой республике не имел бы заметного геополитического резонанса в масштабах Евразии. Но дело в том, что любому непредвзятому наблюдателю предстает совершенно очевидной стратегическая устремленность Вашингтона минимизировать здесь влияние России и Китая, свести к нулю роль этих великанов в политическом и социально-экономическом развитии государств региона. Здесь не идет речь о «демократических»  преобразованиях по заокеанским лекалам, а всего лишь о прагматических целях янки — решающем контроле над богатыми сырьевыми ресурсам Евразии, в том числе энергетическими и водными, а также транспортными коридорами их безопасной доставки в западном направлении.
 
Каким образом могут быть реализованы столь амбициозные и опасные для государств региона задачи, поставленные далекими заокеанскими охотниками до чужих богатств ? Ответ — на поверхности: обеспечение военно-стратегического доминирования с привлечением к этому процессу лояльных Вашингтону местных режимов, повязанных клановыми корыстными обязательствами, а, следовательно, в меньшей степени озабоченных судьбой «вверенных им стран и народов». Вот почему значение выборов президента самой крупной — с населением свыше 30 миллионов — в Центральной Азии (ЦА) республики приобретают для Вашингтона важное стратегическое значение.
 
Американцы, судя по всему, давно определились с наиболее удобным для них плацдармом для распространения своего влияния в регионе, создания буферной, санитарной зоны, отсекающей претензии Москвы и Пекина на ведущее участие в политическом и экономическом развитии ЦА. Вашингтонские политики, по всей вероятности, уверовали в то, что президент Ислам Каримов на протяжении уже многих лет отношения с Москвой выстраивает не самым искренним образом, впрочем, как и с теми же американцами. Ведь надо признать, что янки неоднократно оказывались «в дураках» , когда в корыстных стратегических целях пытались использовать, мягко говоря, политические маневры, если не шантаж, официального Ташкента в отношениях с Москвой и отдельными странами Содружества в надежде на получение выгодных экономических дивидендов.
 
В качестве примера такого расчетливого эгоизма режима Ислама Каримова некоторые эксперты приводят факт списания Россией львиной доли узбекского долга в размере 890 миллионов долларов, ставшего одним из результатов состоявшегося в конце прошлого года визита в Ташкент российского президента Владимира Путина.
 
Узбекский политолог Юрий Черногаев посчитал это прощение долга «победой Ислама Каримова, поскольку для узбекского бюджета, испытывающего трудные времена, сейчас важна каждая копейка».
 
Встает тогда вопрос, правы ли западные пропагандисты, когда утверждают после этого, что «Ташкент не имеет таких теплых отношений с Москвой, как соседние государства в ЦА?»  Они охотно напоминают при этом, что власти Ташкента дважды входили в ОДКБ и дважды выходили из этой организации, причем, последний раз — в 2012 году, оставив это вопрос в подвешенном состоянии. Всем хорошо известна позиция самого Ислама Каримова относительно участия в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), в котором он заподозрил угрозу политическому суверенитету Узбекистана, не воздерживаясь, однако, от развития двусторонних комплексных связей с его участниками.
 
За океаном с заметным напряжением и разочарованием было воспринято сообщение и о нарастающем военно-техническом сотрудничестве Узбекистана с Россией. По сообщениям ташкентской печати, в узбекской армии действительно скоро появятся российские инструкторы, чья задача — обучать местных военных специалистов обращению с российским оборудованием и технологией, которыми будут оснащаться узбекские вертолеты, в том числе и для борьбы с проникающими на территорию страны экстремистскими вооруженными группировками. Не исключается, что Ташкент получит также российские двигатели для самолетов и наземные транспортные средства. Кроме того, российская и узбекская стороны договорились о возобновлении строительства радиотелескопа на плато Суффа, которое было начато еще в советские времена.
 
Не остались без внимания западной прессы и то обстоятельство, что на последнем саммите ШОС в Москве президент Ислам Каримов не скупился на акцентирование «положительной и даже исключительной роли»  России в борьбе с международным терроризмом и исламским экстремизмом, не признающих государственных границ. Экспертам приходится гадать, чего больше в словах и действиях узбекского президента — искренности или восточного лукавства? Но они склоняются к выводу, что в данный политический момент Ислам Каримов, скорее всего, не будет удерживаться от демонстрации того, что в своих внешнеполитических приоритетах станет внимательнее учитывать интересы Москвы.
 
Можно предполагать, что узбекского президента устраивает тот тип взаимоотношений с Москвой, который сложился за два с лишним десятилетия его пребывания у власти. Ведь все это время российские власти терпеливо и сдержанно воспринимали все политические кульбиты ташкентского режима, будучи уверенными в том, что негласно обозначенную «красную черту»  он не перешагнет, то есть в лагере американских сателлитов и послушников не окажется. Так, директор российского Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров с присущей ему крайней осторожностью считает, что «руководство Узбекистана постарается дистанцироваться от глобального противостояния между США и Россией». Скорее всего, да, но вопрос в том, достаточно ли такого стандартного маневра для того, чтобы казаться «святее Папы Римского»?
 
Удастся ли «опытному и бывалому»  Исламу Каримову балансировать на двух стульях, если он и после марта этого года продолжит свой президентский путь, покажет время, но надо думать, что его чуткое ухо улавливает за плечами и стойкое дыхание Китая, который тоже ввязывается именно в глобальное противостояние. Некоторые эксперты в этой связи с достаточной долей уверенности предполагают, что «сейчас период внешнеполитических шатаний официального Ташкента завершается».
 
Дело в том, что нарастание исламистской угрозы из Афганистана отразился на ситуации в ЦА самым неожиданным образом. Отступление войск НАТО из Афганистана чревато не только масштабным расширением исламистской угрозы для региона, но и усилением политического шантажа со стороны Вашингтона, который уже чувствуют на себе власти в Душанбе, Ташкенте, Бишкеке и даже в Астане. Смысл шантажа довольно прост: в обмен на помощь в борьбе с талибами или боевиками «Исламского государства»  (ИГ) потребуется лишь «демократизация политических систем в странах ЦА и лояльность к стратегическому курсу Вашингтона в регионе».
 
О чем, собственно говоря, может идти речь? Ответ на этот вопрос в определенной степени дает германское издание Deutsche Welle. На страницах этого издания один из экспертов Центра изучения современного Афганистана (ЦИСА) утверждает, что «для американцев контакты с Ташкентом и другими политическими игроками региона сейчас имеют особое значение не столько с учетом крайне опасного фактора ИГ, сколько с наметившимися изменениями позиции Вашингтона в афганском вопросе. Американцы, констатирует этот эксперт, передумали сворачивать афганский проект и готовят «второе пришествие»  на Гиндукуш.
 
Но для этого Вашингтону опять потребуются региональные партнеры, в числе которых ведущую роль они отводят Узбекистану и Туркмении, этим двум странам, которые, по мнению США, так еще и не сформулировали окончательно своего геополитического выбора. В отличие, скажем, от Казахстана и Киргизии, которые, по мнению американцев, включены в российскую сферу влияния, и Таджикистана, который движется в том же направлении, несмотря на растущее влияние Пекина.
 
Германская Deutsche Welle отмечает, что в складывающихся условиях в Вашингтоне по-прежнему делают ставку на Ташкент. Так, в начале века Пентагону удалось «пристроить»  свою военную базу на территории Узбекистана — в Ханабаде. Но уже в 2005-м году янки оттуда пришлось убирать ноги из-за их позиции по событиям в Андижане. Не исключено, пишет издание, что США решили вернуться на эту землю с учетом обострения отношений с Москвой из-за кризиса на Украине.
 
Немецкие эксперты предполагают далее, «что, если президент Ислам Каримов не станет сговорчивым партнером по этому вопросу, то ему в Вашингтоне рано или поздно не найдут замену. А может, уже и нашли…»  Вопрос в том, сможет ли отсидеть в президентском кресле весь пятилетний срок человек, неугодный американцам, да еще в стране, насквозь продуваемой всеми международными ветрами? Опыт всяких «цветных»  революций в арсенале американского Госдепа — огромный.
 
Как отмечала недавно помощник государственного секретаря США по Южной и Центральной Азии Ниша Бисвал, политика американской администрации в отношении Узбекистана должна «выдерживать верный баланс между давлением, партнерством и определенной стратегической терпеливостью». Вашингтон, как известно, всегда готов к своей пользе погреть руки на межгосударственных противоречиях, «поспособствовать» , если надо, их обострению. Именно в этом контексте эксперты рассматривают и намерение американцев передать узбекским властям в качестве «предвыборного подарка» — 308 бронемашин MRAP и 20 бронированных ремонтных автомобилей, стоимостью в 150 миллионов долларов. По словам высокого чиновника из Госдепа США Дэниэла Розенблюма, поставка вооружений Узбекистану «является частью политики Вашингтона в регионе, чтобы подчеркнуть важность демократического развития и уважения, соблюдение прав человека». Однако независимые западные эксперты считают, что такой «подарок»  может быть своего рода вознаграждением за возможность открытия военной базы США близ города Термез — на военном аэродроме Кокайды.
 
В американском Госдепе, судя по оптимизму Дэниэла Розенблюма, не сомневаются в том, что предстоящие поставки военной техники в ЦА станут «демонстрацией очень хороших отношений Узбекистана и США, символом надежных партнерских отношений между дядей Сэмом и Исламом Каримовым». Если за океаном убедятся в правильности своих планов и расчетов, то в ответ может быть гарантирована поддержка результатов президентских выборов в Узбекистане, независимо от личности победителя.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.