В увольнении Игоря Коломойского меня больше всего поразило время, когда это было сделано. Понятно, что любого работающего по найму может вызвать начальник и предложить написать «по собственному». Понятно, что обстоятельства могут сложиться так, что от предложения не отвертишься. Но в любом случае это происходит в рабочее время. А идти на ковер посреди ночи — это уж как-то совсем унизительно.

Сейчас бывший губернатор говорит, что решение уйти зрело много месяцев. И созрело почему-то посреди ночи — да так, что терпеть до утра было невозможно. И такая удача, что президент тоже в этот день засиделся допоздна…

А всего за несколько дней до того всесильный Коломойский с усмешкой наблюдал, как его люди окружают забором государственную компанию под защитой собственных «зеленых человечков». Посреди столицы, вдали от своей днепропетровской вотчины. Какой короткий срок прошел между триумфом и позором!

Надо оговориться: ситуация еще не до конца ясна. Украина — очень слабое и непредсказуемое государство. Есть некоторая вероятность, что у опального губернатора остались козыри, которые помогут ему вернуться к власти. Но в любом случае это временно: мир так устроен, что политики сначала используют олигархов, а потом расправляются с ними.

Загадка не в том, почему Коломойский бесчинствовал у офиса «Укртранснафты», и не в том, почему его уволили. Загадка в том, зачем он согласился из спокойной Швейцарии перебираться в бурлящий Днепропетровск, железной рукой наводить там украинские порядки, на свои деньги финансировать карательные батальоны и кормить «Правый сектор». Зачем продвигать в Раду депутатов, которые в понедельник со скандалом по команде шефа выходят из правящей фракции, а четверг, через несколько часов после его отставки, одобряют решение президента о «деолигархизации»?

Не знаю, был ли Коломойский знаком с Березовским — как раз на-днях исполнилось два года с момента бесславной гибели Бориса Абрамовича. Доводилось ли ему беседовать с Михаилом Ходорковским — земляки как-никак, оба живут в Швейцарии. Но не странно ли, что печальная судьба этих людей не стала ему уроком?

Березовский, как известно, привел к власти Путина — и спустя полгода был Путиным отовсюду изгнан. Ходорковский отсидел десять лет формально за то, что делали все миллиардеры России, а фактически — за намерение влиять на политику с помощью своих капиталов. Какие основания были у Игоря Валерьевича рассчитывать, что ему повезет больше?

И вот что интересно: такие наивные олигархи, поймавшие Бога за бороду и вертящие политиками, как хотят, встречаются повсеместно. В смутные времена они на коне, а потом неминуемо превращаются в изгоев. Даже если удалось не потерять капиталы и не быть выпихнутыми в эмиграцию, политики от них отшатываются, как от зачумленных. Например, один лишь намек, что некий латвийский деятель дружит с Айварсом Лембергсом или Андрисом Шкеле, немедленно послужит поводом для множества обличающих статей.

Итак, мы видим странное противоречие. Чтобы сколотить огромные капиталы в период их первоначального накопления, очевидно, необходимо быть незаурядным человеком с остро развитым чувством опасности. Куда же это чувство девается, когда олигарх зарывается так явно, что это заметно всей стране?

Чтобы объяснить это явление, надо разобраться в разнице между стремлением к власти и стремлением к богатству.

Любой человек испытывает удовлетворение от созидательной деятельности. Гвоздь забил или пол покрасил — и уже собой доволен, не так ли? А власть — это возможность созидать чужими руками и за чужой счет. Ты сказал — и все завертелось. Ты сам вроде ничего не делаешь, но все, что сделано — твоя заслуга.

Поэтому стремление к власти — один из самых сильных человеческих стимулов. Понятно, что есть риски — кто-то не хочет жесткой конкуренции, кто-то опасается сопутствующей ответственности. Но все равно желающих больше, чем командных постов. И чем выше ступень, тем острее соперничество.

Иначе дело обстоит с богатством. В капиталистическом мире денег не хватает почти всем. Столько соблазнов, и за все надо платить. Поэтому стремление к увеличению доходов понятно каждому. Поэтому мы склонны видеть денежный интерес за любыми поступками. И любые не объяснимые другими способами действия объясняем материальной заинтересованностью.

Но здесь наступает насыщение. Состояния богатых людей могут отличаться в разы, а уровень потребления примерно одинаков. То есть удовлетворение приносят главным образом цифры — у меня столько-то, а у тебя только…

И тогда появляется соблазн превращения денег во власть. Просто новая возможность для самоутверждения, когда в прошлой деятельности достиг всего. Тем более, что при определенном уровне взаимодействие бизнеса и политики неизбежно. Мы привыкли называть олигархами тех, кто финансирует политиков, а взамен добивается преференций собственному бизнесу. Но в коррумпированном государстве этот круг слишком широк.
Настоящим олигархом бизнесмен становится, когда делает следующий, уже роковой шаг — сам диктует политические решения. Очень часто намного более объемные, чем нужно лично ему. Потому что таким образом олигарх демонстрирует политикам их слабость и вступает на путь, который приведет к крушению.

При этом удачливость олигарха в политике все равно будет обращена против него. Коломойский был очень успешен как региональный начальник. Днепропетровск стал опорой украинского режима на востоке страны, ставленники олигарха задушили инакомыслие и в Запорожье, и в Одессе. И этого власть ему не может простить еще в большей мере, чем захвата госмонополий. Сравните: Лембергс тоже безумно раздражает латвийскую элиту именно тем, что Вентспилс — самый ухоженный город страны.

Осталось уточнить две вещи. Какую роль сыграл в устранении Коломойского посол США? Они же встречались незадолго до отставки. Думаю, что посол просто высказал свою поддержку Порошенко, которому было трудно решиться на такой острый шаг. Потому что отношение к олигархам — это тот вопрос, в котором едины все политики — что Порошенко, что Путин, что американцы. Профессиональная солидарность: наличие олигархов во власти — признак слабости политиков. Олигархи должны быть изгнаны, как только ситуация позволит. Лучше раньше, чем позже.

И второе. Миллиардера Коломойского уволил миллиардер Порошенко. Это борьба олигархов между собой? На этот вопрос ответ будет дан позже, когда у Коломойского начнут отнимать бизнес. Если его имущество перейдет структурам президента — тогда мы сможем сделать этот вывод.

Но скорее всего, сейчас другая ситуация. Порошенко был олигархом раньше, а нынче он работает президентом. И, как действующий политик, с олигархами враждует. Вот потеряет должность — опять в олигархи вернется. Здесь уместно сравнение с Шкеле. Он пришел в премьеры, уже будучи очень богатым человеком. Но пока был при должности, элита ему смотрела в рот. А когда ему это надоело, и он решил двигать политиками из тени — сразу превратился во врага народа. Потому что политики не терпят, когда формально «рядовой член» ими вертит.

И все-таки — так почему они все попадают в одну и ту же ловушку? А просто очень хочется. И создалась устойчивая привычка быть победителем. И очевидно полное ничтожество всех этих министров и президентов, которые даже денег заработать не сумели. И каждый думает, что уж ему-то удастся поймать бога за бороду. Но мышеловка неумолимо захлопывается…

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.