С пресловутыми 40 миллиардами долларов, которые Украина собиралась получить от МВФ, дело с самого начала обстояло непросто. Изрядную часть этих денег Украине обещали намного раньше, а объем нового финансового пакета был довольно скромным. Более того, получение примерно 15 миллиардов из 40-миллиардной «помощи» МВФ в действительности зависело от исхода переговоров Киева с кредиторами. Таким образом, более трети пакета фактически состояло не из денег, которые МВФ собирался дать Украине, а из денег, которые — по мнению МВФ — Украина могла бы сэкономить, прекратив выплаты по долгам.

При этом у самого МВФ нет украинских долговых обязательств, а те, у кого они есть, фонду не подчиняются. Естественно, эти люди не слишком рады процессу, в результате которого украинские обязательства должны упасть в цене. Другими словами, с самого начала нельзя было гарантировать, что Украина сможет сэкономить эти 15 миллиардов и что ее переговоры с кредиторами не примут дурного оборота.

Если верить Reuters и Financial Times, дела на этих переговорах обстоят плохо. Совсем плохо. Вот что пишет FT:
«Заявив, что комитет кредиторов „несмотря на многочисленные призывы... отказывается раскрыть свой состав“, Минфин подчеркнул, что к июню ему и кредиторам необходимо „договориться о достижении целей приемлемого уровня долговой нагрузки и обслуживания долга, обозначенных в программе МВФ“, которая была разработана в этом году.
„Министерство стремится к прозрачности, ответственности и добросовестности переговоров и ожидает, что комитет кредиторов будет вести себя так же“, — добавил Киев».

Для обычно крайне сдержанных финансовых ведомств подобный тон — почти аналог кабацкой драки.

В своих заявлениях об этих переговорах Украина придерживается крайне странной риторики, поставив во главу угла достижение заданных МВФ целей. Между тем иностранные кредиторы, которых, судя по всему, неофициально возглавляет инвестиционная компания Franklin Templeton, никак не связаны с программой МВФ. Они покупали украинские облигации не ради макроэкономической стабильности, и их вряд ли волнует долгосрочное финансовое здоровье Украины. Их главный — а на самом деле, единственный — интерес заключается в том, чтобы Украина вовремя и полностью оплачивала свои счета.

Кредиторы Украины заняли исключительно агрессивную позицию, полностью отвергающую требования МВФ, который хотел бы «подстричь» стоимость их активов. Судя по тому, как идут переговоры, Украина вряд ли сможет сэкономить 15 миллиардов долларов — что МВФ считает необходимым условием для достижения финансовой стабильности. В этом случае Украину ждет серьезная нехватка средств, которую так или иначе придется покрывать (может быть, опять же с помощью дефолта).
Вполне возможно, что из этой ситуации удастся выйти взаимовыгодным образом — так, чтобы кредиторы чувствовали, что они получили адекватную компенсацию за задержанные или сниженные выплаты, и чтобы Украина получила при этом приличную финансовую подушку. Однако намного вероятнее, что красивого выхода стороны не найдут, и вместо спокойного и мирного процесса Украину ждет беспорядочный дефолт.

У западных правительств имеется достаточно финансовых ресурсов, чтобы легко и быстро разрешить этот спор, однако, несмотря на риторическую поддержку, которую они оказывают украинскому суверенитету, платить деньги они откровенно не хотят. Таким образом, ближайшее экономическое будущее Украины в большой степени зависит от результата переговоров, которые, по-видимому, выходят из-под контроля.