По мере эскалации напряженности на Донбассе на востоке Украины, несмотря на хрупкое перемирие, украинское правительство вынуждено обратить внимание на запад, где назрели внутренние проблемы.

11 июля произошла вспышка насилия в Мукачево, к востоку от границы со Словакией и Румынией. Конфликт начался с того, что местная милиция обвинила активистов ультранационалистической организации «Правый сектор» в контрабанде сигарет. «Правый сектор» — это не обычные граждане, они вооружены армейским оружием и независимо служат на линии фронта с пророссийскими мятежниками на востоке. Конфликт остался нерешенным. Лидер «Правого сектора» Дмитрий Ярош обвинил Киев в нападении на своих, вместо того, чтобы сосредоточиться на боевых действиях в восточных областях. Так как Правый сектор снова заявил о себе, то стоит вспомнить об истоках этой организации и проанализировать влияние участия этой группировки на конфликт на Донбассе.

В феврале 2014 года после сопровождавшихся насилием акций протеста, в которых ультранационалисты играли большую роль, президент Украины Виктор Янукович столкнулся с угрозой импичмента и предпочел сбежать из страны. Этому предшествовало спорное решение Януковича начать новое обсуждение вероятного членства Украины в Европейском союзе. На акции протеста он отреагировал драконовским законодательством и жесткими действиями, в результате чего силу набрали не только умеренные националисты, но и крайне правые элементы. Экстремистские и ультраправые фашистские организации, такие, как «Патриоты Украины» и «Трезубец», объединились и сформировали «Правый сектор». По мере роста насилия украинцы преодолели политические разногласия и объединились с «Правым сектором» против пророссийского правительства как общего врага. По мере роста численности «Правого сектора» это движение стало катализатором процесса, приведшего к падению Януковича. После революции «Правый сектор» создал политическую партию, которая ныне представлена в Верховной Раде.

После революции Майдана «Правый сектор» получал лишь незначительную общественную. поддержку. На данный момент партия представлена в парламенте лишь одним депутатом из 422. Тем не менее, недавно организация стала громогласно критиковать президента Петра Порошенко, и ее численность начала увеличиваться. В октябре «Правый сектор» поддерживали 1,8% населения, сейчас — 5,4%. 21 июля Дмитрий Ярош выступил перед пятитысячной толпой, требуя провести всенародный референдум по вотуму недоверия президенту Порошенко, который, вместе с премьер-министром Арсением Яценюком, постепенно теряет поддержку граждан.

Несмотря на минимальное представительство в Верховной Раде и незначительный политический вес, «Правый сектор» играет важную роль как иррегулярные силы, поддерживающие украинскую армию в боевых действиях на Донбассе. Эта организация осталась единственным ополчением, которое действует независимо от правительственных войск. Бойцы «Правого сектора» воюют в соответствии с собственной доктриной, основанной на ультранационализме и консервативных ценностях. В течение прошлого года батальоны «Правого сектора» завоевали уважение и поддержку солдат правительственных войск на Донбассе. Помощь с их стороны оказалась очень важна для армейских подразделений, страдающих от невысокой боеспособности из-за неэффективности и тяжелой экономической ситуации правительства Украины.

Располагая оружием в изобилии и новыми рекрутами, «Правый сектор» исчезнет нескоро.

Многие считают их экстремистами. «Правый сектор» представляет ядро непримиримых сторонников анти-российских взглядов, считающих любые уступки на востоке поражением украинского национального государства. Небольшое, но прочное присутствие «Правого сектора» на украинской политической арене должно беспокоить его союзников. Украинское правительство зависит от военной поддержки ультранационалистов. На официальном уровне «Правый сектор» отвергает ксенофобию и фашизм и называет себя открытым для всех сторонников украинского государства. Тем не менее, российские СМИ используют риторику активистов движения, часто преувеличивая и фальсифицируя ее, чтобы доказать обратное. Для России расширение и усиление влияния «Правого сектора» служит предлогом для защиты этнических русских на Донбассе. Помимо проблемы искаженного имиджа «Правого сектора» в российских СМИ, насилие в Мукачево и последующее столкновение с Киевом сделало новую проблему весьма критичной для Донбасса.

Двусмысленность Второго Минского протокола, вкупе с разными задачами украинских и пророссийских сил, продолжают блокировать возможность реального перемирия и серьезных реформ на Донбассе. Контактные группы продолжают обсуждать вопросы выполнения договоренностей, и в связи с этим необходимо сохранить даже незначительный достигнутый прогресс. «Правый сектор» несет в себе потенциал сорвать возможность умеренного решения украинского кризиса, причем не обязательно из-за своей идеологии. Группировка угрожает решению конфликта, так как сочетает радикальные идеи с эффективным ополчением, не подчиняющимся правительству. «Правый сектор» полезен для Киева только до тех пор, пока их цели совпадают. И это может стать большой дилеммой для целей и задач США в регионе.

Для США работающий Второй Минский протокол от февраля 2015 года служит самым надежным путем к предотвращению дальнейшей эскалации напряженности в региональном конфликте. Как компромисс после успешного наступления мятежников в январе 2015 года, Минск-2 не может считаться идеальным протоколом. Тем не менее, альтернативой работе в рамках соглашений служит возобновление конфликта, в котором Украина рискует потерпеть поражение. Такая ситуация потребует от украинских союзников из НАТО, в первую очередь, от США, отреагировать. Реальная поддержка может потребовать шагов, которые не готов защищать ни Конгресс, ни администрация президента. Ввод сухопутных войск или конфликт с российскими ВВС в воздухе возымеют непредсказуемые последствия для США и поставят под угрозу интересы в сфере национальной безопасности. По этой причине США и Европейский союз считают Минск-2 лучшим решением украинского кризиса.

Так как Украина стала жертвой российской агрессии. то в США воздерживаются от критики любых сил, сражающихся против Москвы и ее клиентов. Преувеличенные заявления России об украинском фашизме не облегчают объективное обсуждение «Правого сектора». Неудивительно, что в Вашингтоне колеблются относительно отношения к организации как к угрозе. Они союзники наших союзников и мишень российской пропаганды. Многие американцы воспримут враждебность к «Правому сектору», как поддержку российских целей или, что еще хуже, как восприимчивость российской пропаганды.

На данный момент США легко могут отмахнуться от «Правого сектора», как от мелкой помехи, раздутой российскими СМИ для оправдания продолжения агрессии. Более трезвая оценка, однако, покажет, что «Правый сектор» может стать угрозой не только для пророссийских мятежников, но и для украинского правительства, которое поддерживает Вашингтон. Хотя военные цели украинского правительства и «Правого сектора» сегодня совпадают (в том, что касается Минска-2), это радикальное движение не поддержит никаких уступок Киева.

Вне зависимости от того, как СМИ изображают «Правый сектор», даже консервативная оценка его доктрины показывает, насколько он не готов к компромиссам. Без серьезных переговоров между правительством Украины и пророссийскими мятежниками «Минск2» провалится, и возобновится полномасштабный вооруженный конфликт. Возобновление конфликта поставит суверенитет Украины под еще большую угрозу, что потребует вмешательство НАТО и США. По мере падения популярности президента Порошенко «Правый сектор» грозит подорвать цели США в регионе, тем самым, по иронии судьбы, помогая президенту Путину защищать российские интересы. США, несмотря на неприязненное отношение к внешней политике России, должны понять, что, для эффективной поддержки Украины, они должны опасаться растущего присутствия «Правого сектора».

Джулия Эмбоди — сотрудник Центра «Национальный интерес».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.