— Вступая в  должность премьера Украины, главную  миссию своих министров вы  охарактеризовали так: быть «камикадзе». Как изменилась ситуация за  эти годы?

— Когда я 20 месяцев назад  давал присягу, я видел, что моя задача прибрать наш дом и навести в нем порядок. Прежняя власть оставила в госказне Украины всего 10 тысяч евро, валютные резервы составляли 5 миллиардов долларов, в подземных газохранилищах у нас было 9 миллионов кубометров газа, были проблемы с выплатой зарплат, а также нефункционирующий государственный аппарат. В то время Россия начала противозаконную аннексию Крыма, затем последовало вторжение российских сил в Луганскую и Донецкую области. Задача правительства заключалась в том, чтобы реализовать очень суровые и болезненные реформы, которые, по сути, нужно было выполнить еще 20 лет назад. Сейчас на счетах госказны Украины 5 миллиардов долларов, валютных резервов на 13 миллиардов долларов, в подземных газохранилищах у нас 17 миллиардов кубометров газа. Мы осуществляем очень жесткую реформу в энергетике, поэтому правительство непопулярно. К примеру, счета за газ выросли на 500%. Мы сумели трижды провести выборы — парламентские, президентские и недавние выборы в самоуправления. Это считалось словно невыполнимой миссией, а теперь она стала возможной. Однако в настоящее время правительство по-прежнему остается «миссией».

— Каков ваш  взгляд на способности нынешней  украинской армии?

— 20 месяцев назад в  нашем распоряжении было 5 тысяч солдат, находящихся в полной боеготовности и сильных в смысле качества. Сейчас мы заново создали армию, в которой 250 тысяч солдат, а также в Украинской национальной гвардии еще 50 000 национальных гвардейцев. На национальную безопасность и оборону мы расходуем 5% от ВВП. Наша армия — единственная в Европе, которая ведет борьбу с Россией, удерживая ее от дальнейшей агрессии в Европе. Наша армия получает дружественную помощь от США и Канады. Украине доступны пять трастовых фондов НАТО, например, на улучшение военного снабжения. Наша армия защищает Европейский союз и входящие в него страны, в том числе Латвию. Вспомните Будапешт в 1956 году и Прагу в 1968 году, когда вмешалась Советская армия. Тогда советские солдаты базировались чуть ли ни в каждой восточноевропейской стране. Путин хочет завоевать и воскресить советскую империю. Тем временем, украинская армия защищает мир и стабильность в Европе.

— Часто звучат  предположения, что государства  Балтии могут стать следующими  после Украины. Такой сценарий  высказало, в частности, британское  издание The Economist.

— НАТО предприняло правильные  шаги. Американцы направили в  страны Балтии не только солдат, но и бронетехнику, чтобы продемонстрировать  солидарность. Это был ясный сигнал  России — НАТО в полной мере  выполнит требования 5-го параграфа  Североатлантического договора, если в этом возникнет необходимость.

— Каковы человеческие  и материальные последствия поддерживаемой  Россией агрессии?

— Самые больше потери, которые нельзя измерить деньгами, — это жизни наших солдат и  гражданских жителей. Экономически мы потеряли 20% потенциала своего государства, часть Луганской и Донецкой областей. Цена слишком высокая. Мы провели подсчет убытков и подали юридические иски против России в Европейский суд по правам человека и в другие международные судебные инстанции. Мы начали также другие юридические процедуры, к примеру, в антитеррористическом измерении. Мы применим все юридические средства для того, чтобы Россия предстала перед судом. Украинские предприятия и организации также подали различные иски против России.

— Считаете ли  вы, что Путин военный преступник?

— То, что Россия сделала  на Украине, — это международное  преступление. Россия захватила  землю независимого государства, незаконно аннексировав Крым, направила  свои силы и сторонников на восточную Украину и начала настоящую агрессию. Это явные нарушения международных законов. Да, есть финансовые потери, но Россия за эти действия должна ответить уголовно-юридическим путем.

— Насколько реально  вернуть Крым?

— Это сложный вопрос. Верю, что настанет время, когда всеми политическими и юридическими средствами нам удастся вернуть Крым.

— Вы были министром  экономики автономной Республики  Крым в начале 2000 года. Каков ваш  взгляд на Крым тогда и сейчас?

— У меня в Крыму по-прежнему  очень много друзей. Те, кто поддержал аннексию Крыма, теперь получают холодный душ. После аннексии настал совсем другой мир, в котором у людей совершенно другие ценности. Многим нравился доступный на Украине свободный и демократический образ жизни, а теперь они столкнулись с другим режимом, который активно использует спецслужбы и специальных агентов, основные свободы и права не соблюдаются. По вопросу крымских татар у нас в правительстве Украины есть специальный представитель, создан также департамент в ведении правительства, он работает как посредник между крымскими татарами, находящимися сейчас на Украине, и теми, которые остались в Крыму.

— Как вы оцениваете  так называемое подключение Путина  к сирийской кампании?

— Путин бросает вывоз  всему свободному миру. Он очень  циничен, опасен и осуществляет негуманные действия. Его цель — отвлечь внимание глобальных игроков от Украины и сконцентрировать его на Сирии. Это попытка продемонстрировать на международной арене, что без России нельзя решить проблемы сирийцев, к тому же, он поддерживает Башара аль Асада. Боевые операции Путина в Сирии создают проблемы ЕС, потому что они влияют на людей в Сирии, которые решаются стать беженцами, и в ЕС создается дополнительная напряженность. Это попытка дестабилизировать мировой порядок. ЕС и весь свободный мир должны быть едины и противостоять этому вызову.

— Как Украина  панирует упорядочить границу  с Россией?

— Мы реализуем проект «Европейский вал». Ранее граница Украины с Россией находилась не в порядке — было легко пересечь ее нелегально в любом месте. За исключением контрольно-пропускных пунктов, не было инженерно-технических сооружений. Сейчас они построены на протяжении нескольких сотен километров, это сделано в тех регионах, которые под контролем украинского государства. «Европейский вал» — это проект, на реализацию которого нам потребуется четыре года. Это обеспечит нам возможность контролировать границу, устранить поставки оружия и засылку террористов из России, а также вести борьбу против торговли людьми. После того, как из Луганской и Донецкой областей будут отведены российские силы, там мы тоже укрепим границу.

— В российских  СМИ встречаются предположения, что в молодости вы во время  войны в Чечне воевали на  стороне чеченских борцов за  свободу. Что вы скажете по  этому поводу?

— ...Как это комментировать… С одной стороны, такие заявления абсолютно идиотские. С другой стороны, могу пояснить корни этого мифа. Российские учреждения власти основывают свой миф на показаниях, которые получены в результате пыток граждан Украины, и они сказали, что Яценюк участвовал в чеченской войне. Показания, полученные под попытками, не имеют юридической силы. Это часть российской стратегической коммуникации, которая занимается введением в заблуждение и ложью. Информационную войну Россия ведет не только против Украины, но и против вашего государства.

— По итогам  недавно прошедших выборов в  самоуправления в некоторых крупных  городах Украины к власти пришли  представители пророссийских и  проолигархических партий. Как вы  будет действовать в такой  ситуации?

— В двух третях самоуправлений  успеха добились партии коалиции. В обществе непопулярны осуществляемые  нами меры экономии и рост  платы за коммунальные услуги. У оппозиционных сил значительное  представительство, мы принимаем  это во внимание. Так работает  демократия.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.