Из размытой дождем земли торчат ровные ряды деревянных свай: это остатки старинной крепости XVII века, которую построил Петр Великий для защиты от шведского вторжения. Позднее по приказу императора крепость была разрушена, и здесь вырос Санкт-Петербург. Расположенный недалеко огромный бетонный цилиндр свидетельствует о том, что в 30-е годы Петрозавод стоил минные тральщики для советского флота.

Место, что хранит воспоминания о старой имперской крепости, скрыто от глаз горожан. Его окружает стройплощадка, и жителям видны лишь ковши работающих с оглушительным шумом экскаваторов. От исторического центра Санкт-Петербурга и Смольного собора район отделяет один из притоков Невы.

Именно здесь "Газпром" намеревается построить свою 400-метровую башню с культурными и досуговыми центрами, новыми дорожными развязками и неизбежной подземная парковка. Не удовлетворившись ролью "грелки" для немалой части населения Европы, гигантская российская монополия (380 000 рабочих мест) воображает себя строителем Новой России и хранителем национального наследия. Компания считает, что нашла на питерских болотах идеальное место для соответствующей ее престижу штаб-квартиры, способной поспорить своей с башнями-близнецами Petronas в Куала-Лумпуре или Эмпайр Стейт Билдинг в Нью-Йорке.

Окопная война


Как и везде в России, бетон источает запах денег. Добавьте сюда и присущую проекту гигантоманию. "Строительство этой башни можно рассматривать как этап развития России в XXI веке", не скрывает гордости Владимир Гронский, генеральный директор "Охты", дочерней компании "Газпрома", которая занимается строительством башни. Губернатор Санкт-Петербурга оказала полную поддержку проекту. Назначенная Путиным Валентина Матвиенко (она и сама начинала свою карьеру в Северной Венеции) не может ни в чем отказать "Газпрому" с тех пор, как монополия стала инструментом политического давления на службе у власти.

Тем не менее, несколько недель назад в политическом механизме возникли неполадки. 44 видных питерских деятеля – артисты, бывшие диссиденты и оппозиционеры – написали в конце сентября письмо президенту Дмитрию Медведеву. Они попросили его поговорить с руководством "Газпрома" с тем, чтобы уменьшить предполагаемую высоту башни. Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский считает, что этот "ужасный" небоскреб, который будет видно с Дворцовой площади, разрушит архитектурное единство города, основывающееся именно на своей "горизонтальности".

В спор вмешались и пользующиеся большим уважением в стране ветераны Великой Отечественной войны. "Мы защитили этот город во время блокады 1941 года и поэтому являемся, можно сказать сказать, его хозяевами. Мы не хотим, чтобы он изменился", - утверждает президент Международной ассоциации блокадников Ленинграда Валентина Леоненко.

Археологи со своей стороны опасаются за сохранность сделанных во время строительства находок: некоторые из них настолько древние, что относятся к эпохе неолита. Небывалый для города случай, 10 октября на акцию против строительства башни собралось около 3 000 человек.
Руководство "Газпрома" сравнивает петербургские страсти с недовольством во французском обществе в связи с возведением Эйфелевой башни в 1887 году. Они считают себя своего рода авангардистами, которых сегодня презирают, а завтра будут превозносить. Свою поддержку им оказало уже около 40 деятелей науки и искусства. Вице-губернатор Санкт-Петербурга Роман Филимонов говорит о "политических силах, которые используют архитектурную полемику для своих черных замыслов".

Вмешательство Кремля или Владимира Путина могло бы легко положить конец этой окопной войне. Пока же власти постепенно начинают сдавать назад. Министр культуры обратился к городской прокуратуре. Неделю назад на государственно канале вышел крайне критический репортаж о башне "Газпрома". А губернатор Матвиенко стремится тем временем дистанцироваться от обсуждения вопроса.

Противники проекта опасаются шагов, направленных на то, чтобы усыпить их бдительность. Ведь остановка строительства будет означать для "Газпрома" потерю 45 миллионов евро.