6 июня в Москве пред зданием Замоскворецкого ОВД прошел сбор подписей под коллективными заявлениями в адрес руководства этого ОВД и прокуратуры – Генеральной и московской – с протестом против милицейского произвола, учиненного 31 мая после разгона митинга на Триумфальной площади.

В воскресенье 6 июня на Пятницкой улице в Москве пред зданием Замоскворецкого ОВД собралось необычайно много народу. Выстроившись в три очереди, человек 70 один за другим подписывали коллективные заявления в адрес руководства этого ОВД и прокуратуры – генеральной и московской. В своих заявлениях люди протестовали против милицейского произвола, учиненного сотрудниками Замоскворецкого ОВД 31 мая после разгона митинга на Триумфальной площади в защиту 31-й статьи конституции. Тогда в этом отделе милиции задержанных участников митинга избивали, к ним не допускали адвокатов, их держали больше предписанных законом трех часов, рассказывает один из участников акции на Триумфальной площади Всеволод Чернозуб.

Всеволод Чернозуб, участник акции 31 мая на Триумфальной площади:

Нас привезли в отделение с Триумфальной площади. Мы около полутора часов ехали в автобусе. Нас выгрузили во дворик. Мы стояли около двух часов во дворике – нас не оформляли. В какой-то момент они решили всех снова засунуть в автобус. Начали очень грубо нас запихивать. Меня душили, волокли. В итоге, нас засунули снова в автозак, в котором мы приехали. Тогда мы потребовали, чтобы нам сказали, кто собственно дал приказ нас так жестко задерживать снова и засовывать в автобус. Мы попросили, чтобы кто-нибудь предъявил документы из милиционеров, и отказались выходить из автобуса. Так мы просидели около часа. Одну женщину увезли на скорой помощи. А в какой-то момент ОМОН, который сопровождал нас в этом автобусе, стал грубо вытаскивать оттуда. Я не видел, как сломали руку Артемьеву, потому что меня вынесли первым. Но вслед за этим пришел Артемьев с «перекошенной» рукой. К нему приехала скорая, его забрали. А нас здесь держали… Меня отпустили в начале третьего ночи, а людей держали до утра.

Прежде чем собравшиеся начали подписывать заявления, активист демократического движения «Солидарность» Дмитрий Георгиевский зачитал их вслух. В заявлении, адресованном Генеральному прокурору, сообщалось о многочисленных нарушениях закона, которые допускает милиция и московские власти, пытаясь нейтрализовать политическую активность оппозиции.

Дмитрий Георгиевский ("Солидарность") зачитывает Заявление Генеральному прокурору РФ:

Генеральному прокурору Российской Федерации Чайке. 31 мая 2010 года в Москве на Триумфальной площади произошло ничем не мотивированное нападение сотрудников милиции на мирных граждан, собравшихся в поддержку 31 статьи Конституции РФ. С применением грубой физической силы, сотрудники милиции, не представляясь и не объясняя причины задержания, хватали людей. Некоторые задержанные граждане были избиты в районных отделениях внутренних дел города Москвы. Видеосюжеты и фоторепортажи о событии по разгону мирной акции, событии, позорящем нашу страну, московскую власть и органы охраны правопорядка, облетели информационные каналы всего мира. Не имеющие никакого оправдания противоправные действия московской милиции были спровоцированы очередным – уже восьмым по счету – воспрепятствованием исполнительной властью Москвы проведению нами митинга в защиту 31 статьи Конституции на Триумфальной площади. Всякий раз направляя в мэрию уведомление о планируемом митинге, в один и тот же день, месяц и в одно и то же время, мы получаем запрет на его проведение в виде силовых действий московской милиции под предлогом несогласованности: в связи с тем, что заявляемое нами место проведения публичного мероприятия уже занято кем-либо раньше – и именно в это же время. В сложившейся ситуации мы вынуждены напомнить власти и правоохранительным органам о том, что согласно Конституции России, права и свободы гражданина являются «непосредственно действующими». Принадлежащее нам, гражданам своей страны, содержащим на свои налоги избираемую нами же власть, право собираться на митинги с мирными целями не требует от кого-либо каких-либо санкций на реализацию этого права. Приходится констатировать, что 31 мая 2010 года свои обязанности не выполнила ни мэрия Москвы, ни московская милиция. Мы, граждане России, подписавшие настоящее обращение, требуем от Генеральной прокуратуры РФ обеспечить проведение объективного, полного и всестороннего расследования:


В отношении действий должностных лиц мэрии Москвы как ответственных за рассмотрение уведомлений о проведении публичных мероприятий, так и отдавших распоряжение органам ГУВД города Москвы о воспрепятствовании нам в проведении заявленного в соответствии с законом митинга, и привлечении виновных должностных лиц к уголовной ответственности.

В отношении действий сотрудников милиции, причастных к воспрепятствованию проведения нами митинга как руководителей, отдавших противоправные приказы на массовые задержания граждан, собравшихся с мирными намерениями в защиту своих политических прав, так и исполнителей этих приказов – и привлечения виновных к уголовной ответственности.


Имеет ли смысл обращаться в органы власти за тем, чтобы они наказали виновных в произволе? Каков может быть результат от подачи этих жалоб? Активист «Солидарности» Михаил Шнейдер считает, что петиционная кампания может принести успех.

- Какого Вы ожидаете результата от подачи этой жалобы?

Активист «Солидарности» Михаил Шнейдер о результатах петиционной кампании:


Я ожидаю следующего – чем больше людей подпишет, тем больше вероятность того, что будет хоть какой-то результат от этой жалобы. Сегодня собралось много народа на удивление. Мы собираемся подавать эти жалобы не только здесь, но и в ОВД Басманное и ОВД Арбат. Кроме этого, мы планируем подать жалобу в Генпрокуратуру после того, как мы соберем здесь все подписи. После того как мы все это сделаем, я думаю, что какие-то результаты будут. Хватит! Надо положить конец этому беспределу!

Сейчас трудно сказать, возымеют ли действие эти заявления с требованиями наказать виновных в произволе милицейских чинов. Нынешняя система правосудия в России ориентирована, главным образом, на защиту органов власти и дружественных ей структур. Российская юстиция в целом равнодушна к человеку с улицы, а к оппозиции – и подавно. Но каким бы безнадежным делом не казалась эта петиционная кампания, надо помнить, что в России даже самые, казалось бы, безнадежные начинания заканчивались иногда неожиданным успехом.