С конца прошлого века центральным инструментом легитимизации авторитарного курса Владимира Путина стала апелляция к имперской ностальгии и национальной гордости русских. Последствия этой рискованной политики будут угрожать целостности российского государства в 21-ом веке.

В середине декабря 2010 г. российскую столицу в течение нескольких дней сотрясали массовые выступления ультранационалистов, жестокие столкновения между представителями разных национальностей и связанные с этим массовые аресты. Толчком к этим взаимосвязанным между собой событиям послужила гибель фаната одной из российских футбольных команд 6 декабря этого года в Москве в результате стычки между молодыми русскими и выходцами с Северного Кавказа. Освещая последующие события, зарубежные СМИ писали в основном о конфронтации российской милиции с неонацистами на Манежной площади 11 декабря 2010 г. и других столкновениях в российской столице. Однако до и после вышеописанных московских событий демонстрации русских националистов происходили и в других российских городах, в том числе Ростове-на-Дону и Санкт-Петербурге.

Российское движение скинхедов

Более того - то, что происходило в эти дни в Москве, это только последние эпизоды в длинной цепи событий, характеризующих тенденцию, которая развивается в России уже несколько лет. Эти тренды недостаточно освещаются в зарубежных СМИ и иногда замалчиваются в российских государственных масс-медиа. Ведущей российской неправительственной организацией по вопросам ксенофобии является московский Информационно-аналитический центр «Сова», систематически отслеживающий ультранационалистические тенденции в России с середины текущего десятилетия. Согласно данным Центра «Сова» в период с 2004 по 2009 гг. в России еженедельно регистрировалось в среднем от одного до двух случаев убийств на почве расовой ненависти. По этому показателю Россия, видимо, обошла все сравнимые с ней страны мира. Рекордным в этом смысле оказался 2008 год, когда по данным «Совы» число убитых достигло 114 человек, и еще 497 человек получили серьезные увечья. Большинство из этих преступлений совершалось русскими ультранационалистическими скинхедами.

Справедливости ради здесь следует отметить, что в период с 2009 по 2010 год зарегистрированная центром «Сова» кривая преступлений (убийства и нанесение тяжких телесных повреждений) на почве расовой нетерпимости пошла на спад благодаря принятым российским правительством жестким мерам по пресечению деятельности самых агрессивных неонацистских группировок. Однако, как показали события декабря 2010 года, демонстрируемая в последнее время российским руководством решимость в борьбе с расистами-убийцами пока не оказывает серьезного влияния на распространение идей ультранационализма в российском обществе в целом и в юношеской молодежной среде в частности. (Также необходимо отметить, что «Сова» использует консервативный подход при подсчете количества преступлений на почве ксенофобии, т.е. подходит осторожно к квалификации правонарушения, как преступления на почве нетерпимости). Кроме того следует иметь в виду, что из-за низкого уровня доверия российского общества к правоохранительным органам, возможно, во многих случаях информация о таких преступлениях просто не доходит до милиции. Исходя из этого можно предположить, что приведенное в следующей таблице реальное число преступлений, совершенных ультранационалистами, – выше, а может быть и намного выше данных, с которыми работают эксперты «Совы»).

Реальные масштабы неонацистской субкультуры в России пока недооценены ни в самой России, ни за ее пределами. Между тем, московским посольствам стран Азии и Африки приходится сталкиваться с тем, что десятки их соотечественников в России ежегодно подвергаются оскорблениям, преследованиям, нападениям и избиениям, а иногда даже гибнут от рук расистов. Например, в марте текущего года, Министерство иностранных дел Южной Кореи пошло на беспрецедентный шаг, официально обратившись к своим гражданам с рекомендацией воздержаться от поездок в Российскую Федерацию после нескольких случаев нападений на корейских граждан, имевших место в течение предыдущих месяцев.

Грустная ирония постсоветского российского антифашизма


В течение последних десяти лет Россия особенно решительно позиционирует себя на международной арене, а также в собственных СМИ как главный победитель фашизма. Между тем, в глазах иностранных студентов, гастарбайтеров и имигрантов, которые приезжают в Россию на временное или постоянное место жительства, а также российских граждан с «неславянской» внешностью Россия приобрела амбивалентную репутацию. С одной стороны, российские официальные лица и СМИ при каждом удобном случае обвиняют некоторые соседние государства, такие как Украина и Эстония в том, что они поддерживают «фашистские» тенденции. (В большинстве случаев такие обвинения связаны с терпимой позицией правительств некоторых постсоветских государств к мероприятиям ветеранов, которые сражались против Красной армии на стороне СС и Вермахта во времена Второй мировой войны.)

С другой стороны, в разных слоях самогό российского общества существуют куда более опасные тенденции, которые российские власти упорно не замечают или же не понимают их опасности, либо намеренно искажают их сущность. Преступления на почве расовой нетерпимости часто квалифицируются как «хулиганство», а массовое движение скинхедов, имеющее откровенно неонацистский характер, считается маргинальным явлением. Поэтому оно пока и не стало объектом систематических научных исследований, широкой общественной дискуссии и эффективных государственных мер. Это при том, что российское движение скинхедов, имеющее преимущественно ультранационалистический характер, насчитывает по разным оценкам от 20,000 до 70,000 членов. Если это действительно так, то российских скинхедов можно считать крупнейшим в мире неформальным молодежным движением откровенно неонацистской направленности.

В подтверждение того, что ведающие этими вопросами российские чиновники плохо представляют себе или же не хотят понимать, что происходит в их собственной стране, свидетельствует и тот факт, что государственные СМИ поначалу пытались представить последние московские события в контексте специфической субкультуры болельщиков футбольных клубов, хотя подобные утверждения были отвергнуты руководством соответствующих московских фан-клубов. Министр внутренних дел РФ Рашид Нургалиев дошел до того, что назвал зачинщиков массовых беспорядков на Манежной площади «левыми радикалами».

Путинская утилизация русского национализма

Очевидная нерешительность российских властей в борьбе с растущими ультранационалистическими тенденциями в собственной стране объясняется простой причиной. Более умеренный и мягкий, но от этого не менее выраженный русский национализм является одним из главных инструментов легитимизации неоавторитаризма, который реализуется в течение последнего десятилетия в России.После своего назначения Президентом Борисом Ельциным на пост руководителя правительства в 1999 году, Путин изначально приобрел популярность благодаря ярко выраженной воинственной риторике в отношении Северного Кавказа и обещаниям «навести порядок» в стране. Именно Путин в августе 1999 года начал Вторую чеченскую войну. В сентябре того же года серия взрывов жилых домов в Москве и других российских городах, предполагаемо организованная террористами с Кавказа, еще больше осложнила проблемы в отношениях России с ее кавказскими республиками.

Однако впоследствии, рейтинг популярности Путина резко возрос, так как он считался тем человеком, который способен обезопасить граждан России от фанатических сепаратистов и религиозных фундаменталистов нестабильного российского юга. Кавказофобия и чувство незащищенности, охватившее российское общество во второй половине 1999 года, стали важными предпосылками того, что весной следующего года ранее неизвестный бывшый сотрудник КГБ легко выиграл президентские выборы РФ.

Странное ощущение от этого неожиданного кульбита российской политики еще больше усилилось в марте 2002 года после выхода на экраны фильма Юрия Фельштинского «Покушение на Россию». Эта документальная лента, которая сегодня находится в свободном доступе на нью-йоркском русскоязычном сайте RUNYweb.com, представляет собой тщательное историческое расследование террористических атак 1999 года, подтвержденное шокирующими кадрами и подлинными свидетельствами очевидцев. Представленные факты говорят о том, что российские спецслужбы либо непосредственно причастны к серии взрывов жилых домов 1999 года, либо готовы были продолжить ее в собственных целях в будущем.

Что бы ни стояло за событиями сентября 1999 года - природа политических тенденций, зародившихся в вихре антикавказской истерии осенью того года, - очевидна. С тех пор в общественных настроениях в России, находящих свое отражение в СМИ, деятельности политических партий, научных дискуссиях и в других сферах жизни общества стали все явственнее проявляться признаки изоляционизма, этноцентризма и манихейского взгляда на мир. Согласно логике подобного мировоззрения, русские - это не получающая должного признания и уважения, но в действительности героическая нация, которая оказалась зажатой в своих нынешних границах благодаря действиям коварного Запада, продажных российских либералов и неблагодарных национальных элит бывших советских республик. В созданном Владимиром Путиным «дивном новом мире» слово «националист» (в его «хорошем смысле») стало комплиментом, а все те, кто критикуют советскую историю и методы правления Путина - это не кто иные, как «агенты» иностранных держав, отъявленные русофобы или даже «фашисты».

Диалектика политической интсрументализации национализма

Сегодня в среде российского общества широко бытуют представления о том, что их страна со всех сторон окружена врагами разных мастей, которые пытаются проникнуть на ее территорию с целью подрыва российской национальной безопасности, суверенности, традиции и культуры. (Показательно, что та страна, которая действительно представляет потенциальную угрозу российскому государству и незыблемости его границ, Китай, мощь и национализм которого с каждым годом только усиливаются, не является объектом многочисленных ксенофобских кампаний государственных массмедиа России.) Цель этноцентристской риторики российского руководства последнего десятилетия очевидна: в условиях, когда российское государство является, по сути, крепостью, которая должна защитить суверенитет и целостность страны, полная гарантия гражданских свобод, слишком доверительные отношения с иностранными государствами и излишний политический плюрализм следует считать непозволительной и даже опасной роскошью. Такие понятия, как «суверенная демократия», «диктатура закона» и «вертикаль власти», введенные в последнее время в политический обиход Путиным и Ко, не просто отражают модели правления, имеющие глубокие корни в российской истории. В условиях неопределенности политической ситуации постсоветского периода - это еще и важнейшие предпосылки, которые должны обеспечить выживание России.

Кажется, только сейчас российское руководство начинает понимать, в чем состоит особая диалектика подобной политики. Когда общество находится в переходной стадии, джинна национализма разбудить легко, но куда менее легко его контролировать, когда он уже вышел из бутылки. Путин и его команда сегодня успешно решили задачу укрепления своей собственной власти в стране с помощью разжигания ксенофобских и националистических чувств. Но они должны понимать, что играют с огнем, манипулируя национальными чувствами и тревожными настроениями общества. Будет злой шуткой для будущей судьбы русских, если в один прекрасный день историки придут к выводу, что целостность постсоветского российского государства подорвали не его «враги», а руководители РФ и их рискованные политические технологий.

Андреас Умланд, к. и. н. (Dr. phil.), к. пол. н. (Ph. D.), доцент магистерской программы по немецким и европейским студиям кафедры политологии Киево-Могилянской академии (www.des.uni-jena.de), редактор книжной серии «Советская и постсоветская политика и общество»

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.