Когда в середине 1990-х появились российские олигархи, скупившие собственность бывшего Советского Союза и сделавшиеся многократными миллиардерами, целая панорама интриг, спекуляций и невероятного перехода от коммунизма к капитализму пленила Кэтрин Коллинз, находившуюся далеко-далеко в нью-йоркском мире дизайна.

Эти невероятные пути развития после холодной войны переменили не только Россию, но и саму Коллинз, которая стала режиссером и продюсером, поэтому она может рассказать историю, остановившись как на средстве для такого рассказа на жизни Михаила Ходорковского.

После того как нефтяной магнат был осужден по обвинению в уклонении от уплаты налогов в 2005 году, а его компания ЮКОС была фактически расформирована и захвачена государством во главе с президентом Владимиром Путиным, ее повествование получило свой полноценный сюжет.

Распад Советского Союза породил разнузданный капитализм и новые свободы, пока государство не консолидировалось снова и не восстановило свой контроль над людьми и собственностью.

Коллинз назвала свой фильм "Власть", это не только перевод английского слова power, но и то, как русские называют своих руководителей, это слово имеет агрессивный и слегка зловещий оттенок. Документальный фильм, который уже был показан на нескольких кинофестивалях, начинается с событий октября 2003 года, когда убогие агенты спецслужб захватили Ходорковского в его частном самолете и посадили в белый микроавтобус темной сибирской ночью.

Это был его последний день на свободе. В конечном счете он был приговорен к восьми годам тюрьмы вместе со своим деловым партнером Платоном Лебедевым. Они должны были выйти на свободу в октябре, но им предъявили новые обвинения – в хищении нефти у своей собственной компании – обвинения, которые многими считаются абсурдными. 30 декабря судья дал им еще шесть лет, оставив их за решеткой до 2017 года, если только апелляция не окажется успешной.

Коллинз, которая последний раз была в Москве в декабре, не изучает вопрос вины или невиновности Ходорковского. Он и еще шесть олигархов никогда не обвинялись в использовании юридических тонкостей во время накопления своего богатства. Но он единственный, кто сидит в тюрьме. Двое бежали из страны, а остальные присягли на верность Путину, который пообещал не трогать их, если они не будут бросать вызов ему.

Хотя Коллинз и использует случай Ходорковского в качестве каркаса для своего фильма, на самом деле он – о меняющейся России, об искажении юридической системы теми, кто стоит у власти, и об ущербе гражданам – и всему государству.

"Я всегда считала, что его жизнь – это квинтэссенция хорошего, плохого и всего остального, что произошло в России в последние 25 лет, - говорит она, - я была под бОльшим впечатлением от людей вокруг него, у которых не было иного выбора кроме как идти у него в кильватере".

Лебедева арестовали первым, взяли прямо с больничной койки, подразумевалось, что в связи с этим он будет уязвим и будет спасать себя, давая ложные показания. Когда его адвокаты поняли, что Ходорковский обречен, они посоветовали ему бежать из страны. Он отказался.

Тени удлиняются. Его сын, Павел, учащийся в Америке, не может вернуться в Россию и не видел отца с 2003 года. Его мать Марина, которая помнит репрессии 1930-х годов, боялась, что сыну придется заплатить за свой успех. "Я всегда предполагала, что что-то случится", - говорит она.

Друг с хорошими связями предупреждает внешнего консультанта Ходорковского Павла Ивлева, что власти решили уничтожить его компанию. Он исчезает из поля зрения и покидает страну.

Через несколько месяцев жену и детей Ивлева, пытавшихся присоединиться к нему, задерживают в аэропорту до тех пор, пока они не пропускают свой рейс. Когда у их преследователей не получается связаться со своим руководством, чтобы получить дальнейшие распоряжения, они улетают-таки другим самолетом.

Выбор Коллинз темы был предвиденьем. Российская раболепная система правосудия стала темой, к которой проявили активный интерес как в США, так и в Европе, и Коллинз делает из нее мрачную и леденящую душу историю.

В своем докладе прошлым летом правозащитная организация Freedom House, некоммерческая структура, базирующаяся в Вашингтоне, которая работает над защитой прав человека по всему миру, описала все ухудшающуюся правовую обстановку в России.

"Российская судебная система остается омрачаемой несколькими резонансными случаями, которые предполагают наличие политического и бизнес-влияния на судебные дела", - говорится в докладе. "Политики и бизнесмены в России как правило используют закон как средство продвижения своих интересов".

С приближением президентских выборов 2012 года, власти не терпят никакого инакомыслия. В канун Нового года стражи правопорядка арестовали лидера оппозиции Бориса Немцова, когда он покидал санкционированный митинг.

Судья отказался рассмотреть видеозапись ареста в качестве доказательства и приговорил Немцова к 15 дням тюрьмы по свидетельству двух сотрудников милиции, которые заявили, что он нарушал общественный порядок.

Георгий Сатаров, президент экспертно-аналитического центра Индем в Москве, говорит, что миру стоит ожидать лишь усиления этой тенденции.

"Безразличное отношение США к тому, что происходит в России, вносит свой вклад в тот факт, что тренд лишь ужесточается", - говорит Сатаров.

Коллинз сделала свой фильм как заявление против безразличия. Она профинансировала его сама, сначала с доходов от своего дизайнерского бизнеса, I Pezzi Dipinti, а потом при помощи исполнительного продюсера Пилар Креспи (Pilar Crespi). (Рядовому зрителю еще предстоит его посмотреть; ее дистрибьютор сейчас пытается продать "Власть" телевизионщикам, также есть предварительные планы выпуска на DVD).

"Она цинична и опасна, - говорит она, описывая произвольно применяемую конституционную и судебную систему, - а мы ведем дела с Россией так, как будто бы ничего этого не происходит".

В фильме делается вывод, что олигарх стал чем-то вроде политического диссидента. Арсений Рогинский, который провел четыре года в исправительно-трудовом лагере в 1980-х годах, пытаясь написать честную историю, обратился к Ходорковскому, пытаясь встретиться с ним, чтобы спросить, как он мог бы сделать из России лучшее государство.

До своего собственного заключения, советские власти говорили ему: "Уезжай из страны". Он отказался позволить им лишить его родины, и отправился в тюрьму.

"Это моя страна," – говорит он о своем сопротивлении, повторяясь, теперь как бы за неповинующегося Ходорковского.

"Это моя страна."

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.