Они открыли мир, в котором ни законы, ни правила не действуют. Мир, в котором они могут ощутить себя героями, хотя бы и ценой нескольких минут ужаса.

Они сами с гордостью называют себя скайуокурами или руферами (от английских слов skywalkers и roofers). Сумасшедшему увлечению, которое, как полагают, возникло несколько лет назад благодаря усилиям пары русских парней, сейчас предаются сотни последователей в России и тысячи по всему миру.

Суть явления такова: руферы пробираются на крышу небоскреба, на стрелу строительного крана, на верхушку высотного памятника, башни или моста. Оказавшись на самом верху, подчас балансируя на крошечных выступах и карнизах, они ухитряются делать фото простирающейся в сотнях метров внизу панорамы, от одного вида которой можно упасть в обморок. Затем они выкладывают эти снимки в интернете.

Для этих молодых людей (а увлечение в основном охватывает парней) скайуокинг (хождение по небу) - своего рода бегство от совокупности проблем, с которыми сталкивается молодежь в современной России, начиная с поиска работы и кончая выбором сторон в противостоянии Кремля и оппозиции.

«Людские проблемы кажутся несущественными, когда ты висишь на звезде, — рассказывает 19-летний Артем Лахтионов, изучающий фотографию в техникуме. — Даже автомобильные пробки, которые парализуют вашу жизнь внизу, сверху не кажутся такими уж безнадёжными».

«Да, выглядит страшновато, — продолжает он, — но это та ситуация, которой ты сам руководишь, и если что-то пойдёт не так, то виноват будешь ты. В то время как в обычной жизни, если ты вообще контролируешь эту свою обычную жизнь, с тобой может случиться все, что угодно».

Это форма своеобразного искейпизма [бегства от действительности], которая, между тем, взывает к вниманию и признанию, заявил один московский психолог.

«Эти молодые люди пытаются компенсировать острое чувство собственной уязвимости и отсутствие самодостаточности в реальной жизни, но они в этом не виноваты», — говорит Александр Колмановский, руководитель центра социально-психологической реабилитации «Наша жизнь».

«Нет ничего удивительного в том, что их так много в России, которая до сих пор борется с последствиями социального катаклизма глобального масштаба [распад Советского Союза], в результате которого большинство старых культурных и социальных традиций были уничтожены, но ничего прочного не было создано взамен», — добавляет он.

Александр Ремнёв, 18-летний московский студент, изучающий программирование, обычно отправляется на высоту в компании с одним или парочкой друзей. Они не пользуются ни альпинистским снаряжением, ни страховочными тросами, ни подвесками. Одежда подчеркнуто повседневная: они «просто обычные парни, а не какие-то скучные профессионалы».

Ремнёв говорит, что всё это началось пять лет назад, когда они с другом обнаружили открытую дверь, ведущую на крышу одиннадцатиэтажки в центре Москвы.

Возникло ощущение свободы, «когда вдруг оказываешься там наверху, в стороне от всей своей прошлой жизни, в совершенно другом мире, который только тебе и принадлежит», — вспоминает Ремнёв за чашкой чая в компании двух своих друзей-руферов в московском кафе, «в старом мире внизу», как он теперь выражается.

С тех пор, худощавый и подтянутый Ремнев, с несколько застенчивой, но открытой улыбкой и копной непослушных волос, совершил сотни восхождений на крыши зданий и сооружений в окрестностях Москвы и в других местах России.

«Используешь лестницы или лифт, как обычный человек, чтобы забраться, как можно выше, и уже там, наверху, тебе нужно найти путь на крышу, сломать замок, обойти препятствия, найти способ перехитрить сигнализацию, — говорит он. — Иногда взламываешь или, скорее, выламываешь дверь, не обращая внимания на сигнализацию, которая сработает в какой-нибудь канторе там внизу».

А что думают об этом власти?

«В большинстве случаев, взломом и проникновением они нарушают закон, — говорит Михаил Пашкин, глава российского профсоюза работников полиции, — но в случае, когда ущерба серьезного нет, самое большее, что им грозит, это незначительный штраф».

Пашкин, похоже, испытывает невольное уважение к скайуокерам: «Я думаю, что государство должно как-то обратить внимание на эту группу и использовать навыки этих сорвиголов с пользой для дела, например, для проверки и испытания систем безопасности и определения уязвимых мест в этих системах».

Ремнёв и его друзья не раскрывают деталей того, как они обвели вокруг пальца агентов ФСО, когда забрались на крышу знаменитого универмага ГУМ, тщательно охраняемый объект, который является идеальным местом для снайперов, задумавших держать под прицелом Красную площадь. Единственное, что они говорят, это то, что они сделали это. И любовались в лучах заката красными звёздами на башнях Кремля и позолоченными куполами его церквей.

Они также покорили четыре из «семи сестёр» - сталинских высоток, построенных в Москве в начале 50-х. Они забирались на шпиль Московского университета. Они поднимались на крышу одного из самых высоких, более 300 метров высоты, офисной башни, нового и продолжающего расти комплекса «Москва-Сити».

20-ти летний друг Ремнёва и коллега-руфер, Алексей Назаров, студент-компьютерщик,  прошлым летом автостопом преодолел тысячи километров через всю Россию, — путешествие, занявшее у него полтора месяца, — чтобы забраться на вершину вновь построенного высотного моста, соединившего дальневосточный порт Владивосток с островом Русский.

«Забрался я на этот мост, сижу такой на самой верхотуре, словно я достиг цели своей жизни, — рассказал Назаров. — А потом спустился вниз, сел на самолёт, вернулся в Москву и понял, что просто залез на очередной мост, ну и стал себе думать о новых подвигах».

Назаров вызвал шквал восхищения среди руферов всего мира в качестве героя головокружительного, хоть и содержащего ненормативную лексику клипа  на YouTube, который получил уже почти девять миллионов просмотров. В клипе Назаров проползает по балке, выступающей с верхней платформы ржавеющей и заброшенной радиотрансляционной башни под Москвой.

Достигнув конца балки, он встает, и в течение нескольких бесконечных секунд обозревает пейзаж внизу, там, где высокие деревья с темно-зелёными кронами выглядят, как трава. «Какого черта ты делаешь? — кричит его друг на платформе. — Вернись!»

Но он продолжает стоять в созерцании, на высоте 215-ти метров над землей, где даже легкий порыв ветра может нарушить его равновесие и сбросить на землю.

«Я чувствовал кайф от притока адреналина, когда ощутил, что могу пересилить страх, могу владеть и управлять своим телом с предельной уверенностью, что-то такое, чего никогда не ощутишь внизу на земле, – вспомнил Назаров. – А потом развернулся и иду себе назад, как по тротуару, счастливый такой, вообще, как никогда».

Когда у него спросили разрешения поговорить с его матерью, узнать что она думает о его высотных достижениях, Назаров воскликнул: «Пожалуйста, не надо! Что угодно, только не это! Она смотрела видео и не одобрила».

Ремнёв, Назаров и другие руферы из их окружения, утверждают, что они не пьют спиртного и не курят. По их словам они наслаждаются жизнью в наибольшей степени, когда в буквальном смысле ловят кайф на высоте.

Ремнёв с удовольствием вспомнил, как он и его друзья наблюдали восход солнца с головы Петра I, более чем 90-метрового памятника, одной из достопримечательностей в центре Москвы.

Он также вспомнил и случай, когда они, взобравшись на купол мечети в Санкт-Петербурге, были спасены полицией от толпы размахивавших палками мусульман. Это был единственный раз, когда их арестовали, чему, по их словам, они были очень рады.

Молодые люди со смехом вспоминали, как Ремнёв присоединился к группе коллег-скайуокеров из Миннесоты во время их тура по московским крышам месяц назад.
«Они никогда не забудут свою Москву», — сказал он, скромно не вдаваясь в подробности.

Психолог Колмановский предсказывает, что рано или поздно руферам придётся спуститься и столкнуться с реальностью. Но он понимает их желание сбежать от нее.

«Российское руководство меньше всего, если вообще обеспокоено психологической ситуацией, в которой пребывает молодое поколение, и не делает ничего, чтобы помочь молодым людям адаптироваться к жизни в обществе, которое не даёт им ни шанса почувствовать, что они могут быть успешными», — говорит он.

Тем временем, руферы строят новые планы. Они мечтают о восхождениях в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе, и даже замахиваются на Бурдж Халифа в Дубае — самое высокое здание в мире.

«Я уже залез на все доступные здания и сооружения в Москве, и однажды наступит момент, когда взбираться будет больше не на что, — говорит Ремнёв. - Но я знаю, что мы были первые, кто сделал это, и это ощущение останется у нас на всю жизнь».

«Постой-ка, а ты разве не помнишь, как мы залезли на шпиль [Московского] университета, и увидели там надпись, что такой-то и такой-то здесь был в 1971 году?» — возразил Лахтионов.

Ремнёв быстро нашелся с ответом: «Да, но этот такой-то и такой-то, чтобы доказать, что он там был, не снял таких обалденных фоток, как мы».