В Латинской Америке первая декада нового тысячелетия, возможно, запомнится как эпоха быстрого экономического роста и беспрецедентного сокращения неравенства (1). Более 70 миллионов человек смогли выбраться из нищеты, благодаря благоприятным экономическим факторам и проведению в жизнь важной политики перераспределения доходов. В этот период роста и процветания, который некоторые называют «золотым десятилетием», жизнь латиноамериканского коренного населения складывалась по-разному, были достигнуты различные и зачастую противоположные результаты.

Эта декада совпала с концом первого Международного десятилетия коренных народов мира под эгидой ООН (1995–2004) и большей частью второго (2005–2014). В этот период коренные народы упрочили свое положение как важные участники социально-политической жизни региона. Из 22 стран, ратифицировавших Конвенцию № 169 Международной организации труда (МОТ), 15 находятся в Латинской Америке, и, благодаря настойчивости соответствующих социальных движений, многие страны положительно отнеслись к принятию специальных законов и норм в области поощрения и защиты прав коренных народов. Несмотря на то, что многие из этих нормативных документов пока находятся на этапе разработки и внесения поправок, наметившиеся тенденции внушают оптимизм.

Подписание международных договоров и деклараций, подтверждающих стремление коренных народов к самоопределению, сопровождается их растущей вовлеченностью в политическую жизнь региона. В настоящее время представители коренного населения участвуют в работе национального парламента и муниципальных законодательных собраний, органов местного самоуправления и на более высоком уровне государственной власти. Их лидеры активно вступают в национальные политические партии или создают собственные движения. На сегодняшний день самые влиятельные партии коренных народов находятся в Боливии и Эквадоре и, в меньшей степени, в Венесуэле, Колумбии и Никарагуа. Участие в выборах позволяет коренным народам выносить волнующие их вопросы на общее обсуждение, повышая таким образом свое влияние в соответствующих странах. Эти реформы также улучшили реализацию мер, направленных на поощрение участия в политической жизни и принятия решений на местном уровне, таких, как Принцип добровольного предварительного и осознанного согласия. В Латинской Америке уже неуместно звучал бы вопрос о необходимости привлечения коренных народов к принятию решений по вопросам, прямо или косвенно связанным с их положением и уровнем жизни. Стоит лишь обсуждать, как и когда их нужно привлекать.

Также были достигнуты положительные результаты в сфере социально-экономического развития. Регион достиг успехов в области сокращения уровня бедности, что пошло на пользу коренному населению. Процент индейских семей, живущих в бедности, снизился в Перу и Боливии, а число живущих в условиях крайней нищеты уменьшилось в Боливии, Бразилии, Чили, Эквадоре и Перу. Разрыв в размере заработной платы сократился в городах Боливии и Перу, хотя в сельской местности и в семьях коренных народов продолжает сохраняться значительное неравенство в этой области, включая разницу доходов по половому признаку, например. Начальное школьное образование предоставляется на большей части территории проживания коренных народов, что, возможно, является одним из наиболее важных и явных достижений последних десятилетий. В действительности, в ряде стран (Эквадоре, Мексике, Никарагуа) разрыва между детьми коренного и некоренного населения больше нет. Помимо этого, доступ к системам электроснабжения, водоснабжения и канализации улучшился в разной степени во всем регионе. Таким образом, очевидно, что благоприятная экономическая конъюнктура в совокупности с разумной политикой привели к финансовым выгодам и положительным изменениям.

Тем не менее, эти блага не распределялись равномерно ни в рамках всего региона, ни на территории конкретных стран. В целом, коренные народы получили меньше преимуществ, чем некоренные, в большинстве областей, что способствовало сохранению, а в ряде случаев увеличению значительного разрыва. Число коренных обитателей, живущих в бедности, уменьшилось, но разрыв между ними и остальными латиноамериканцами не сократился, а в некоторых случаях даже увеличился. По сути, 43% коренного населения Латинской Америки живут в бедности, что более чем в два раза превышает число бедных представителей некоренного населения. 24% коренных жителей живет в условиях крайней нищеты, что в 2,7 раз больше, по сравнению с некоренными народами.

Таким образом, рождение в семье коренных народов значительно увеличивает вероятность того, что эти дети будут расти в бедности, а это препятствует их полноценному развитию и обусловливает их нищету в будущем. Например, в Эквадоре вероятность того, что семья будет бедной, увеличивается на 13%, если глава семьи — представитель коренного населения, вне зависимости от его уровня образования, пола, места жительства (город или сельская местность) и количества человек, находящихся на его попечении. В Боливии и Мексике такая вероятность повышается на 11% и 9% соответственно. Кроме того, несмотря на общее расширение доступа к базовым услугам, доступ коренного населения к системам канализации и электроснабжения на 18% и 15%, соответственно, меньше, чем у других латиноамериканцев (2).

Этот разрыв представляет собой проблему не только потому, что является отражением модели неравномерного распределения богатств в период роста, но и в связи с тем, что повышает уязвимость коренных народов, в то время как регион движется к менее благоприятному сценарию глобального экономического развития. В этой ситуации необходимо задуматься о необходимости разработки стратегии развития на период после 2015 года. Она позволит преодолеть структурные барьеры и невидимые препятствия, не позволяющие сократить разрыв между коренными народами и большинством населения, вне зависимости от обстоятельств, а также сохранить и улучшить успехи на социально-политическом фронте, достигнутые за последние 20 лет.
В настоящем отчете содержится критический анализ доступной информации и основных вызовов, с которыми сталкиваются коренные народы Латинской Америки, с целью поощрения подобных рассуждений. Исследование основано на данных переписи населения 16 стран и опросах общественного мнения, проведенных в девяти странах, а также на анализе дополнительной информации, нормативной документации и данных, полученных опытным путем в регионе. Несмотря на то, что доступ к информации в отношении коренного населения Латинской Америки ограничен в результате культурных и методологических разногласий между коренными народами и большинством населения, данные, представленные в настоящем отчете, проверены, их точность и достоверность гарантированы.

Данные переписи и опросов общественного мнения представлены по-разному в отчете. Данные переписи используются для того, чтобы наглядно показать модели распределения услуг, демографические показатели, рост обеспечения и т.д. без детального анализа причин всего этого. В целом, эти данные указывают на сохраняющиеся проблемы в области доступа ко многим услугам на территории всей Латинской Америки. С другой стороны, данные, полученные в результате социологических опросов, используются, в основном, для эконометрического анализа, цель которого — понять, усиливается ли этот заметный разрыв условиями, оказывающими отрицательное влияние на коренное население, в частности, на тех, кто живет в бедности. Анализ уровня бедности дает неоспоримые доказательства того, что положение коренных народов в большинстве случаев гораздо хуже, чем у некоренных, живущих в подобных условиях, в той же среде (городской или сельской), имеющих такой же уровень образования, тот же возраст, тип занятости и подобную семью. Это свидетельствует о том, что существуют ограничения, применяющиеся к этим людям на основе принципа дифференциации и изоляции.

Сохранение разрыва во многих областях, несмотря на проведение благоприятной инклюзивной политики и экономический рост, предполагает необходимость пересмотра ряда мер, направленных на решение проблем коренных народов, а также подходов к развитию территорий их проживания. Хотя развитие обычно ассоциируется с достижением определенных политических, экономических и социальных целей, в настоящем отчете признается, что коренные народы, в целом, имеют более сложное и многогранное представление о том, что есть развитие, и почему оно важно. Для того, чтобы эти народы стали играть ключевую роль в тех областях, которые для предусматриваются в стратегии развития после 2015 года, необходимо принять во внимание их альтернативную точку зрения. Это влечет за собой исследование не только процедур, используемых для реализации планов развития, но и способов постановки целей развития и механизмов оценки результатов достижения этих целей.

Определение того, кто является, а кто не является представителем коренного населения, приобретает все большую важность и каждый раз вызывает все больше разногласий в регионе, так как после подписания очередного пакета рамочных соглашений, пактов и международных договоров, направленных на защиту прав коренных народов, лишь от их официального признания зависит, будут ли эти народы, действительно, защищаться и привлекаться к принятию решений по вопросам, которые затрагивают условия их жизни, их имущество и культуру. Хотя акцент делается на пропасти, которая пролегла между коренным и некоренным населением, в этом отчете подчеркивается сложность идентификации коренных обитателей в регионе и поднимается вопрос о том, что статус коренного народа может меняться со временем и в ряде случаев зависит от обстоятельств и от конкретной страны.

Согласно доступным данным последних из проведенных в регионе переписей населения, в 2010 г. в Латинской Америке проживало около 42 миллионов коренных обитателей, которые составляли приблизительно 8% населения региона. В Мексике, Гватемале, Перу и Боливии численность коренного населения была больше, чем в других странах, как в абсолютных, так и в пропорциональных показателях: 80% (34 миллиона) от общего числа. Сложно рассчитать рост численности коренного населения на региональном уровне из-за различий в сборе информации при проведении переписи населения в разных странах. Тем не менее, Боливия — единственная страна, в которой было зарегистрировано сокращение численности коренного населения за последнее десятилетие, и это связано, возможно, с различием методов сбора данных, используемых при проведении последних двух переписей, а не с реальной тенденцией к сокращению численности.

Хотя территории традиционного проживания коренных народов считались одной из основных точек отсчета при определении их исторической преемственности, национальной идентичности и самоопределения, в отчете указывается, что 49% коренных обитателей Латинской Америки живет в настоящее время в городах. Переезд из села в город связан с рядом факторов и приводит к разным результатам и ожиданиям. В городах предоставляется больше услуг лучшего качества, шире доступ к услугам здравоохранения и образования, а также имеется больше возможностей финансового обеспечения. В рамках всего региона представители коренных народов, живущие в городах, имеют в 1,5 раза больше доступа к системам электроснабжения, в 1,7 раз больше доступа к системам водоснабжения, по сравнению с теми, кто живет в сельской местности. Кроме того, в 1,6 раз больше детей коренных народов, живущих в городах, заканчивает начальную школу, в 3,6 раз больше — среднюю, и в 7,7 раз больше — старшую. С другой стороны, город может стать средой, где сократится уровень дискриминации по половому признаку и будут поощряться новые формы участия в политической жизни и культурного самовыражения. Хотя переезд из деревни в город оказывает влияние не только на коренное население, его представителей отличает высокая степень различий между теми, кто проживает в разных средах. В Перу, например, у семьи коренных народов на 37% меньше вероятность находиться в бедности и на 26% меньше вероятность находиться в условиях крайней бедности, если она живет в городе, вне зависимости от других обстоятельств, таких, как пол и уровень образования главы семьи или количества человек, находящихся на его попечении.

Тем не менее, в городе также наблюдаются значительные различия в уровне жизни коренного и некоренного населения, в частности, в том, что касается доступа к государственным услугам и финансовых возможностей. Коренное население, живущее в городах, сохраняет высокую степень уязвимости, по сравнению с другими городскими жителями, и они подвергаются новым формам изоляции. В бедных районах или трущобах живет почти вдвое больше представителей коренного населения, чем некоренного. 36% всех городских коренных обитателей живет в местах небезопасных, вредных для здоровья и загрязненных. В городских зонах Мексики семьи коренных народов имеют в два раза реже доступ к системам электро- и водоснабжения, в пять раз реже доступ к системам канализации, чем другие, и в три раза чаще живут в квартирах на первом этаже. Миграция в города также лишает коренные народы социальной защищенности и обрывает их традиционную связь с землей, еще больше увеличивая уровень маргинальности их представителей. В Боливии, например, 90% коренного населения в сельской местности имеет собственное жилье, в городах эта цифра снижается до 61%.

Фавела в Рио-де-Жанейро


В целом, растущее экономическое неравенство между коренным и некоренным населением Латинской Америки связано с вовлечением их в рыночные механизмы. В городах представители коренного населения обычно устраиваются на тяжелую и плохо оплачиваемую работу. В странах с большой численностью коренного населения, как Перу, Эквадор, Боливия и Мексика, процент коренных обитателей, имеющих стабильную работу и занимающихся квалифицированным трудом, в два-три раза меньше, чем некоренных. Таким образом, во многих странах вероятность работы коренных жителей в «сером» секторе экономики повысилась или осталась на том же уровне в течение «золотого десятилетия». В Эквадоре и Гватемале вероятность работы в «сером» секторе повышается на 12% и 8%, соответственно, если работник является представителем коренного населения, вне зависимости от его уровня образования, пола, количества человек, находящихся на его попечении, или места жительства. Поэтому вероятность того, что работающие представители коренных народов получат такие льготы, как социальное страхование, медицинскую страховку, пенсию и другие обязательные отчисления, намного меньше, чем если речь идет о некоренном населении.

Даже если представитель коренного населения закончил старшую школу, он, скорее всего, будет зарабатывать намного меньше, чем представитель некоренного населения с теми же характеристиками. Данные, полученные в результате опросов общественного мнения, свидетельствуют о том, что, вне зависимости от уровня образования, пола, возраста, количества человек, находящихся на попечении, места жительства, представитель коренного населения обычно зарабатывает на 12% меньше, чем представитель некоренного населения, в городах Мексики и приблизительно на 14% меньше в сельской местности этой страны. В Боливии представитель коренного населения имеет вероятность зарабатывать на 9% меньше в городах и на 13% в сельской местности; в Перу и Гватемале — приблизительно на 6% меньше. Тем не менее, в Перу и Боливии разница в заработной плате между представителями коренного населения, живущими в городах, сократилась за последнее десятилетие. В Перу она уменьшилась почти на треть с начала декады. В то же время, разрыв в заработной плате женщин-представителей коренных народов намного больше, чем у мужчин. Коренные жительницы Боливии получают приблизительно на 60% меньше, чем некоренные, за однотипную работу. С другой стороны, разрыв в уровне образования между мужчинами и женщинами, представляющими коренные народы, вырос. Это подразумевает, что большие инвестиции в образование могли бы значительно улучшить востребованность коренных народов на рынке.

Доступ семей коренных народов к ряду государственных услуг расширился в абсолютном значении, но это расширение не всегда сопровождается качественным изменением, которое, действительно, могло бы помочь коренному населению достичь собственных целей развития. Например, расширение доступа к образованию, в частности к начальному, является одним из наиболее значительных достижений последних 10 лет, так как это позволило сократить до минимума или полностью стереть брешь, которая в течение многих лет держала детей коренных народов в изоляции. Но реформа системы школьного образования не сопровождалась значительным улучшением его качества ни адаптацией детей коренного населения как граждан определенного государства или представителей определенной культуры, которая позволила бы им развить свой потенциал в полной мере. Несмотря на существование общих законов и норм, которые защищают язык и культуру коренных народов, вместе с признанием важности межкультурного двуязычного образования для детей коренных народов, формальное образование ведет к потере ими традиций и родного языка. Можно привести множество примеров, как межкультурное двуязычное образование могло бы изменить эту тенденцию, но оно должно применяться правильно, что, как правило, не происходит.

Таким образом, коренные народы не получили большой выгоды от быстрого развития и демократизации новых технологий. Хотя Латинская Америка занимает второе место в мире по росту рынка мобильной телефонии, коренное население имеет в два раза меньше возможностей приобретения сотового телефона, чем некоренное. Они также отстают и в плане доступа в интернет и обладания компьютером. Разрыв в цифровой сфере еще больше увеличивает изоляцию коренного населения, так как доступ к новым технологиям стал фундаментальным аспектом структуры акционерного капитала во все более глобализированных латиноамериканских компаниях.

В связи с этой постоянной социальной изоляцией, коренные народы в настоящее время составляют 14% населения Латинской Америки, живущего в бедности, и 17% населения, живущего в условиях крайней бедности, несмотря на то, что их доля составляет приблизительно 8% населения региона. Без всякого сомнения, сокращение разрыва в ряде областей и расширение юридических рамок в последнюю декаду улучшили условия жизни и упрочили права коренных народов, но еще многое надо сделать. Изоляция коренного населения не только не позволяет ему получать потенциальную выгоду от экономического роста региона, но и наносит ущерб экономике стран Латинской Америки.

В итоге, можно сказать, что первая декада нового тысячелетия принесла коренным народам региона два противоположных результата. С одной стороны, получение важных преимуществ, включая беспрецедентное расширение возможности самовыражения и принятия совместных решений в отношении своего будущего. А с другой стороны, продолжение изоляции, которая ограничивает их способность приносить пользу своей стране, получая от нее дивиденды и не отказываясь от своей культуры и национальной идентичности. Регион же накопил значительный багаж знаний и опыта, чтобы справиться с вызовами, которые несет в себе это противоречие. Меры по интеграции коренных народов не только важны сами по себе как средство формирования более равноправного, справедливого и процветающего общества, но и необходимы для всех. Латинская Америка не сможет положит конец бедности и добиться устойчивого развития, если в этом процессе не будут участвовать все коренные народы. Этот доклад ставит целью углубить знания о многогранном развитии с осознанием национальной идентичности, с выдвижением разных предположений для достижения поставленных задач.

1.- Всемирный банк, Региональное отделение главного экономиста, Латинская Америка и Карибский бассейн без попутного ветра: в поисках более быстрого роста (América Latina y el Caribe sin vientos a favor: En busca de un crecimiento mayor) (2013).

2.- Средние показатели доступа к электроснабжению в регионе составляют 82% для коренного населения и 97% для некоренного населения, в то время как средние показатели доступа к системе канализации составляют 57% и 75% (по подсчетам авторов, на основе данных региональных переписей населений).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.