Президент Путин усиливает бомбардировки суннитской в своем большинстве сирийской оппозиции, а патриарх Московский Кирилл официально благословляет операцию по защите восточных христиан от «геноцида» мусульманских боевиков. Получается, Россия стала оплотом христианской Европы на пути идущего с Ближнего Востока вооруженного ислама?

Как бы то ни было, налет крестовых походов в российской операции в Сирии не должен вводить в заблуждение: Россия — земля ислама на протяжении многих веков. А президент занимает предельно прагматичную позицию по отношению к 20 миллионам сограждан-мусульман и исламским партнерам с Ближнего Востока. В своей риторике он чередует агрессивность и примирительность в зависимости от международной обстановки и изменений во внутренней политике. С одной стороны он называет Россию несовместимой с исламом, как это было 4 августа 2013 года в Думе. Однако 30 августа 2012 года он называл ислам неотъемлемой частью российского общества и культуры. Сегодня президент Путин обостряет религиозные расхождения, чтобы укрепить власть внутри страны и отношения с внешними союзниками.

Тем самым он продолжает историю неоднозначных исторических отношений России с исламом.

С одной стороны, напряженность пронизывает всю историю российского государства. Национальное самосознание опирается на борьбу с монголо-татарским игом (1236-1480). Империя выстраивалась против османских султанов и азиатских мусульманских ханств. Большевики рушили мечети, Сталин депортировал татар, а распад СССР был отчасти связан с войной с афганскими исламистами и демографической динамикой советских мусульман.

С другой стороны, Россия — православная и мусульманская страна. В 2012 году 41% граждан называли себя православными, а 15% — мусульманами. Ислам существует в России веками и не был принесен мигрантами: мусульмане живут в Татарстане, Поволжье и на Кавказе на протяжении многих столетий, а в стране существует 7 000 мечетей. В международном плане близость России к мусульманским странам проявилась еще в советские времена в союзе с Египтом, а затем и с Ираном против Израиля и Саудовской Аравии.

Своими нынешними действиями президент Путин продолжает логику близости и напряженности в отношениях России с исламом. Борьба напомнила о себе на примере войн в Чечне (1994-1996, 1999-2000), теракты (в театре на Дубровке в 2002 году и в школе в Беслане в 2004 году) разожгли антиисламский настрой населения, а подъем православия представил ислам как угрозу для «Руси». На международной арене Россия схлестнулась с исламистскими организациями. Исламское государство недовольно поддержкой Москвой алавитского режима Асада и ее доминирующим положением на Кавказе.

Как бы то ни было, в геополитическом плане Россия активно сотрудничает с мусульманскими державами: она покровительствует сирийскому клану Асадов с 1970-х годов, является поставщиком, адвокатом и союзником Исламской Республики Иран с 1979 года, а также поддерживает бурные, но тесные отношения с Египтом. Она на постоянной основе ведет диалог со среднеазиатскими мусульманскими республиками (прежде всего, с Казахстаном) в рамках шанхайской организации сотрудничества. Как говорил бывший премьер Примаков, Россия проводит черту между врагами-экстремистами (салафиты и ваххабиты) и союзниками-фундаменталистами. В 2005 году она даже получила статус наблюдателя в Организации исламского сотрудничества! Напряженность в отношениях с прозападными суннитскими державами уравновешивается связями с Дамаском, Тегераном и Каиром. В Чечне президент Путин поддерживает режим Кадырова, который выступает за возвращение ислама на первые роли.

Не стоит заблуждаться: религиозная война России с исламом — всего лишь прикрытие для ее вмешательства в Сирии, попыток привлечь на свою сторону ряд государств Восточной Европы и… подготовки президентских выборов 2018 года.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.