На мессе в Великий четверг папа совершил обряд (в подражание Иисусу, омывшему ноги 12 апостолам), выбрав 11 беженцев и работницу Центра временного размещения. Мы расскажем драматичные истории тех, кто пересек пустыню и Средиземное море, чтобы найти прибежище в Италии.

Иисус омыл ноги своим 12 ученикам, а Иуда продал Иисуса за деньги. «Поступки значат больше, чем картинки, больше, чем слова. Поступки» — прошептал Франциск, комментируя чтение. Впервые в истории папа решил отпраздновать мессу вечери Господней за пределами Рима — и омыть ноги 11 беженцам, а также работнице «Центра временного размещения, в том числе троим мусульманам, троим коптским женщинам, одному индусу и пяти католикам, обращающимся с просьбой об убежище» в Кастельнуово-ди-Порто, к северу от столицы, где живут 892 мигранта и 114 работника социального кооператива Auxilium. Таким образом, Бергольо совершил поступок, прямо противоположный брюссельскому, вдохновением для которого были фундаментализм и ненависть. Два поступка, подобные тем, о которых повествует Евангелие от Иоанна: «Иисус служит, омывает ноги, он, начальник, омывает ноги своим людям, самым малозначительным; а Иуда отправляется к врагам Иисуса, к тем, кто не хочет мира с Иисусом, чтобы взять у них деньги, за которые он его предал, 30 монет. Два поступка» — вздыхает Франциск и поднимает взгляд: «И в наш день совершаются два поступка. Один из них — здесь. Мы все вместе — мусульмане, индусы, католики, копты, евангелисты… но мы братья, дети одного и того же Бога, мы хотим жить в мире и единении. А три дня назад был совершен другой поступок. Люди принесли в один европейский город войну и разрушение — эти люди не хотят жить в мире. Но за этим поступком, как и за Иудой, стоят другие люди. За Иудой стояли те, кто дал ему деньги, чтобы он выдал им Иисуса. За этим же поступком — торговцы оружием, которые хотят крови, а не мира. Они желают войны, а не братства». Франциск совершает мессу под шатром, а рядом с ним стоят заместитель Государственного секретаря Анджело Беччу и архиепископ Рино Физикелла.

Растяжка с надписью «Добро пожаловать» на разных языках

Растяжка с надписью «Добро пожаловать» на разных языках. Женщины с платками на головах, сосредоточенно внимающие мессе. Большинство мигрантов — мусульмане. Сира, когда Франциск встает на колени, чтобы вытереть и поцеловать его ноги, берет руку папы и целует ее. «Мы, все вместе, с разными религиями и разными культурами, но дети одного и того же Отца, мы братья, — повторяет он. — А там несчастные люди, покупающие оружие, чтобы разрушить братство». В этом значение выбора, который делает Бергольо: «Когда я повторяю поступок Иисуса и омываю ноги вам двенадцати, мы все действуем во имя братства и вместе говорим: мы не одинаковые, мы разные, у нас разные культуры и религии, но мы братья и хотим жить в мире. И это наш совместный поступок: у каждого из нас своя история, свой крест, свои страдания, но у каждого и открытое сердце, желающее братства. Каждый из нас на языке своей религии молит Господа, чтобы это братство распространилось в мире, чтобы никто не убивал брата за тридцать монет, чтобы братство и доброта были повсюду. Да будет так».

Беженцы

Трое мусульман из Сирии, Пакистана и Мали, четверо католиков-нигерийцев, три эритрейские женщины, принадлежащие к коптской церкви, один молодой индуист. Их истории — примеры того «глобального феномена», который представляет собой «вынужденная эмиграция». Как много раз объяснял Франциск, это настоящая «человеческая трагедия», которая сталкивается со всеобщим безразличием. Сира — 37-летний мусульманин из Мали. Он приехал в Италию чуть менее двух лет назад, пройдя через Нигер и Ливию. Мохаммеду 22 года, он живет в Центре всего пару месяцев — это мусульманин, бежавший от войны в Сирии, и 11 января прибывший из Ливии на остров Лампедуза. Третий мусульманин зовется Хуррам. Ему 25 лет, он из Пакистана. На своем пути он пересек Иран, Турцию, Грецию, Македонию, Сербию, Венгрию и Австрию — и 1 сентября приехал в Кальтанисетту. Такой же путь проделал и 29-летний Куналь, покинув Индию.

Три женщины

Три коптские женщины тоже в разное время прошли такой же путь от Эритреи до Сицилии, преодолев границы Эфиопии, Судана и Ливии: 26-летняя Лукия добралась до Италии 7 октября, Кбра, которой на следующей неделе исполнится 23, приехала 5 ноября, а 20-летняя Лучия — 4 декабря. Этот же путь в разное время прошли и четыре католика-нигерийца, студенты, прибывшие в Италию после пересечения Нигера и Ливии. 26-летний Шадрач Осахон и 21-летний Эндюранс — братья, но им пришлось разделиться, чтобы суметь бежать: старший приехал в Италию 16 августа 2014 года, младший нагнал его 17 октября того же года. Другие два нигерийца — 26-летний Мимину Брайт и 22-летний Осма, дипломированный физик. Двенадцатый человек — единственная женщина-католичка. Это 30-летняя Анджела Ферри из Стильяно. Она работает в Центре приема беженцев в Кастельнуово-ди-Порто.

Письма

Беженцы написали письма, которые будут вручены папе. Сира, малийский мусульманин, один из двенадцати, рассказывает: «Я проделал долгое и опасное путешествие, пересек пустыню и море. Я мог погибнуть по дороге. Для нас, мусульман, то, что произойдет завтра — символ мира. Я мусульманин, и мои ноги будет омывать такой высокопоставленный человек, как папа Франциск, лидер католиков. Это означает, что сосуществование возможно везде». Знаменательно и письмо сенегальца, живущего в Центре: «Меня зовут Камассо Гвиро, мне 30 лет и я приехал из Сенегала. Я в Италии с 7 мая 2014 года и я сразу же прибыл в центр Auxilium. Мне здесь хорошо, и все в Центре мне очень помогают. Я ходил в школу итальянского языка и продолжаю его учить. Я покинул Сенегал из-за междоусобной войны на юге страны. На этой войне я потерял жену и отца и остался один. Я бежал в Италию, чтобы начать новую жизнь, чтобы работать и жить в мирной стране. К сожалению, меня отказывались защитить. Я был разочарован и чувствовал себя очень плохо физически. Тогда я подал прошение. Я надеюсь, что ответ будет положительным, и я смогу остаться здесь, в Италии. Я очень давно хотел увидеть папу, хотя я и мусульманин, и поблагодарить его за все то, что он делает для бедных и для мира. Я хотел сказать папе, что мусульмане — не террористы. Мне грустно то, что произошло во Франции и в Бельгии. Мы, мусульмане, тоже, как и папа, молим Бога о том, чтобы воцарился мир – и между нами, и во всем мире. Я желаю папе Франциску долгой жизни и много здоровья. Я благодарен Италии за то, что она спасла мне жизнь».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.