Два раза во время холодной войны мир был на грани ядерной войны и судного дня из-за событий, в которые была вовлечена Норвегия. Война могла начаться из-за несовершенной электроники, плохо работающих бюрократов и недоразумений, уж не говоря о Луне.

Пятнадцать минут. Перерыв во время футбольного матча или большая перемена в школе. Это промежуток времени, который был у президента США с момента обнаружения советского ядерного нападения до момента, когда ядерные ракеты могли попасть в цель. В лучшем случае.

За этот короткий промежуток времени президент должен был нажать на собственную атомную кнопку и таким образом убить миллионы людей и сделать нашу планету безжизненной.

Пока что все идет хорошо. Но ситуация подходила к опасной черте несколько раз. И по крайней мере два раза в это была вовлечена Норвегия.

Ракетная паника господствует

Колорадо Спрингс, США, 5-е октября 1960 года. В темном бункере на базе ВВС США Энт сидят рядами офицеры в громадном центре управления Командования воздушно-космической обороны Северной Америки, NORAD. Их задача — обнаружить нападение российских атомных ракет. Неожиданное нападение ядерных ракет — самый большой кошмар американцев в настоящее время.

У них была монополия на ядерное оружие до 1949 года. В 1957 году русские запускают первый в мире искусственный спутник земли, и тогда становится ясно, что у них также есть технологии для производства ракет, которые могут достигнуть США.

В действительности у русских в это время очень мало ракет, но американцы не знали этого. Из-за спутника их охватила ракетная паника. Одним из самых важных ответных шагов явилось строительство 20 громадных радиолокационных станций, чтобы непрерывно наблюдать за Советским Союзом.

Антенны высотой в 50 метров и шириной в 120, напоминающие гигантские церковные органы, строились на Аляске, в Шотландии и на военно-воздушной базе Туле в Гренландии. Каждая антенна позволяла охватить наблюдением большие площади воздушного пространства, которые советские ракеты должны пересечь на пути в США.

Краска на радиолокационной станции на западном побережье Гренландии только-только высохла, а система проработала всего лишь несколько дней. Громадные антенны указывали в направлении Норвегии и советские ракетные базы в Плесецке, лежащие по прямой линии за губернией Финмарк.

В этот день 1960 года центр управления в Колорадо посетили представители нескольких гражданских фирм, поставлявших оборудование на суперсовременный объект. Один из них — Питер Питерсон, вице-президент компании Bell & Howell. Она производила проекторы, которые посылали изображения Земли на экраны центра управления.

Над большой картой мира во всю стену висело большое световое табло с номерами от 1 до 5. Когда бизнесмены вошли в помещение, некоторые из цифр не горели.

«Если горит цифра 1, это значит, что на пути к США находится не идентифицированный объект. Если светится цифра 3, это означает высокую степень опасности. А если загорается цифра пять, это означает на 99,9%, что США подвергаются нападению», — объяснил их гид.

Это ядерное нападение


Питер Питерсон, который тогда был президентом Bell & Howell, получил возможность испытать кресло командующего военно-воздушным центром США как раз тогда, когда луна, которая поднялась на побережьем Норвегии, ввела в заблуждение систему, и она показала начало ядерной войны. Американский писатель и журналист Эрик Шлоссер (Eric Schlosser) описал драматичность происходящей ситуации в книге «Командование и управление» (Command and control).

Питер Питерсон устраился на стуле командующего НОРАД. Только он уселся, как начали загораться световые сигналы. Сначала 1, потом 2 и 3. Когда загорелся 4, в помещение центра управления из своих кабинетов бегом ворвались офицеры. Теперь это настоящая тревога.

И сразу после того. как загорелась цифра 5, они поняли, что США подверглись нападению. Закрылись большие бронированные двери, защищающие объект. Всех гражданских вывели из центра управления и закрыли в небольшом кабинете.

«Там они были предоставлены самим себе, убежденные в том, что только что началась ядерная война», — пишет Шлоссер.

«Где Хрущев?» А там, в центре управления, заместитель командующего НОРАД канадский генерал Рой Слемон (Roy Slemon) лихорадочно пытался найти командира. Он находился на борту самолета. Если это действительно советское ядерное нападение, то начался отсчет пятнадцати минут.

«Chief, this is a hot one» (Командир, это нападение), — сказал Слемон, соединившись с командиром по телефону.

Система оповещения показала, что Советский Союз начал полномасштабную ядерную войну, и что сотни ракет неслись к США. В Вашингтоне заседало высшее руководство Министерства обороны, Объединенный комитет начальников штабов — все ожидали приказа для своих дальнейших действий. Оставалось всего лишь несколько минут до того, как ракеты попадут в цель.

Слемон повернулся к начальнику разведки НОРАД и спросил: «Где Хрущев?». Никита Хрущев — лидер Советского Союза. И начальник разведки вспомнил, что советский лидер как раз в это время принимал участие в заседании в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке.

Это оказалось решающим для Слемона. Он не мог представить себе, чтобы Советский Союз начал ядерную войну, когда его руководитель находился в Нью-Йорке. Но полной уверенности у него не было. Проходит несколько минут, и никакие ракеты не прилетают в США. Становится ясно, что страшное событие произошло из-за технического сбоя.


Лунная ошибка

Но что же произошло? Расследование показало, что сигналы новой радиолокационный станции были настолько мощными, что Луна отразила их, и они вернулись назад к антеннам через две секунды. А компьютер истолковал возвратившиеся сигналы радара как ракеты, летящие к США.

В тот день сигналы радиолокационной станции с антенн в Гренландии, пославшие свои сигналы в направлении Норвегии, попали в Луну, когда она медленно поднималась за побережьем Финмарка.

Для компьютеров в Колорадо это выглядело так, как будто Советский Союз запустил все свои ракеты с севера России.

Когда новость о тревоге в НОРАД просочилась в прессу, военно-воздушная оборона США заявила. что они никогда не воспринимали нападение всерьез. Один из гражданских, переживший все, что произошло, видит это в ином свете. Чарльз Перси (Charles H. Percy), которого позже избрали в Сенат округа Вашингтон (Washington DC), рассказывал впоследствии о панике, царившей в бункере в Колорадо.

Производитель радаров быстро изготовил аппарат, который должен решать проблему, так называемый «moon gater». Его включают каждый раз, когда Луна восходит над Норвегией, и не позволяет ложно истолковывать сигналы.

Эпизод, произошедший 5-го октября 1960 года, был последним в этом роде.

Драма на Андёйа

В 1995 году окончательно закончилась холодная война. Государственный переворот, который пыталась осуществить старая гвардия Советского Союза, чтобы сохранить коммунистическую сверхдержаву, был подавлен за два года до этого. Союз, внушавший страх, распадается полностью — географически и экономически.

Россия унаследовала ядерное оружие Советского Союза и точно так же, как ранее, вооружена до зубов. Но острая нехватка средств сильно влияла на существование системы, которая должна предупреждать о возможном американском ядерном нападении.

Вместе с бюрократической неразберихой это привело к тому, что эксперты назвали самым опасным эпизодом в истории ядерного оружия.

И все началось на Андёйа, на севере, в Вестеролене.

Утром 25 января 1995 года температура была четыре-пять градусов мороза, над островом, где обычно дуют сильные ветры, дул легкий бриз. На пусковой рампе установлена внушительная ракета, Black Brant 12, высотой в 15 метров.

Ракета по своим размерам больше. чем любая другая из ранее запущенных на Андёйа ракет. Ракетный двигатель состоит из нескольких ступеней, которые отстыковываются по мере того, как ракета поднимается к верхней точке траектории в 1500 километров.

Особый день

Ракету должны были запустить для изучения северного сияния. Как обычно, МИД России получил предупреждение о запуске, чтобы команды радиолокационных станций с другой стороны границы знали, что это абсолютно нормальный запуск с мирными целями.

Нам было очень интересно узнать, что же запуск этой ракеты может рассказать, особенно если учесть, что погода должна была быть ясной, и северное сияние можно было наблюдать в трех местах: на Аляске, Шпицбергене и Андёйа, а такие вещи случаются не каждый день, рассказал тогдашний директор ракетного полигона на Андёйа Колбьёрн Адольфсен в интервью НРК в 2012 году.

С желтым огненным хвостом «Black Brant 12» оторвался от пусковой рампы и как горящая стрела исчез в полярной темноте. Курс на Шпицберген. Там ракета должна была упасть в море в 330 километрах к северо-востоку от архипелага.

То, что произошло, заставило международных экспертов произнести потом много громких слов. Питер Винсент Прай — советник Конгресса США по вопросам безопасности и бывший сотрудник ЦРУ. Он написал книгу о катастрофах, которые могли произойти с ядерным оружием, где истории Андёйа посвящены две главы. Он сказал это НРК в 2012 году.

Хотя «норвежский ракетный кризис» продолжался примерно 20 минут, это было самое серьезное происшествие в истории атомного оружия. Никогда ранее мир не находился так близко от ядерной войны.

Кошмар России

Потому что, когда ракета с Андёйа поднялась достаточно высоко, чтобы быть перехваченной российскими радиолокационными станциями раннего предупреждения, никто из операторов радиолокационных станций не знал, что это мирный запуск.

«Норвегия сделала все, что было необходимо, и предупредила МИД России. Но там какой-то бюрократ сделал ошибку и не передал сообщение дальше российскому министерству обороны. В результате там ничего не было известно о запуске ракеты», — говорит Питер Прай.

Теперь русские с ужасом подумали, что один из самых страшных кошмаров — неожиданное ядерное нападение — становится реальностью.

«Такое нападение могло начаться с одной единственной ядерной ракеты, которая взорвалась бы над Россией и уничтожила бы их командную систему управления. Таким образом, они были бы не в состояние запустить свои атомные ракеты и оказались бы беззащитными перед лицом крупномасштабного американского нападения, которое последовало бы после этого. И вот теперь все выглядит для русских так, как если бы как раз это и происходит», — говорит Прай.

Крики у Ельцина

Российское министерство обороны начало производить оценку ситуации, чтобы установить, это настоящее нападение или нет. И пришли к выводу, пишет Прай, что нападение настоящее.

Они активировали так называемый «чегет», или ядерный чемоданчик. Он дает президенту, которым тогда был Борис Ельцин, полный контроль на ядерным оружием России.

Впервые дело зашло так далеко, что нужно было активировать атомный чемоданчик.

«То, что атомный чемоданчик открывается, означает, что Россия подвергается внезапному нападению», — говорит Прай.

На следующий день после запуска ракеты президент Ельцин лично подтвердил в телевизионном интервью это драматическое происшествие.

«Вчера утром я в первый раз использовал черный чемоданчик, который всегда находится при мне, и я моментально позвонил министру обороны и в Генеральный штаб», — говорит Ельцин.

Он предполагал, что Запад хотел проверить реакцию России, считая ее слабой в военном отношении.

Ельцин не рассказал в интервью, что же происходило, пока ракета поднималась. Но Прай, который основательно расследовал это дело, считает, что он знает больше.

Возник ожесточенный спор о том, стоит ли Ельцину нажимать на кнопку или нет. Министр обороны кричал, что он должен сделать это. Но Ельцин медлил, он не мог поверить. что США хотели начать такое нападение на Россию. И сомнения Ельцина спасли мир от ядерной катастрофы, говорит он.

Чем вы, черт возьми, занимаетесь?

Колбьёрн Адольфсен на ракетном полигоне Андёйа, неожиданно попавший в центр этого опасного происшествия, не знал, что произошло, пока ему не позвонил знакомый, узнавший эту новость.

«Чем вы, черт возьми, занимаетесь? Вы понимаете, что ваша ракета натворила? Все очень серьезно, русские собирались начать третью мировую войну!»

«Лишь только тогда я понял серьезность положения», — говорит Адольфсен.

Питер Прай считает, что кризис Андёйа 1995 года должен быть так же хорошо известен в мире, как кубинский кризис 60-ых годов.

Дело Андёйа — это еще один яркий пример того, как может возникнуть ядерная война. Я не думаю, что ядерная война может начаться как следствие того, что какая-либо супердержава захочет завоевать весь мир. Гораздо более вероятно, что ядерная война может начаться в результате несчастного случая или недоразумения, говорит он.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.