Услышав о крушении телекоммуникационной мачты в Хэглареде неподалеку от Буроса, я сразу подумала: это подольет масла в огонь ненависти к русским. В Швеции всегда так.

Как только происходит что-нибудь необъяснимое, непредсказуемое и катастрофическое, в этом обвиняют русских, особенно Путина. Кто же еще? Во всем мире не найдется больше никого, кто желал бы Швеции зла.

Нет никакого международного терроризма, нет никаких криминальных банд в Швеции, который ставят под угрозу шведскую безопасность. Только Путин и русские.



На мой вопрос, каковы мотивы русских, все отвечают уклончиво и неясно. Все суждения строятся на подспудной тревоге и страхе, что Россия того и гляди нападет на Швецию, Европу или весь мир. И русские задают мне те же самые вопросы, только стороны у них меняются ролями.

Русских беспокоит вероятный удар со стороны НАТО в не слишком отдаленном будущем. И русские, и шведы строят многочисленные предположения. Растут тревога и чувство опасности, похоже, они уже глубоко укоренились в умах общественности.

После захвата Крыма во всем мире усилилось беспокойство. Инцидент с Крымом считается незаконной атакой на независимое государство и вопиющим нарушением международного права. Способ захвата — бескровный, практически незаметный, напоминающий переворот — сделал тревогу еще острее, продемонстрировав, как ситуация в регионах на границе с Россией почти незаметно может обратиться российской аннексией.

Россия — крупнейшая страна мира по площади. При этом ее оборонный бюджет соответствует одной восьмой совокупного оборонного бюджета стран Евросоюза. В 90-е годы военный бюджет России был сравним с шведским.

В связи с этим русские нервничают, не понимая, как им защищать свою огромную территорию, если страны НАТО нападут. Сейчас альянс подошел вплотную к российским границам. Тревога и страх обычно основываются не на знаниях и не на доводах разума, они возникают под влиянием эмоций. Как и шведы, русские ощущают угрозу.

Экономика России слаба по сравнению с западной, и это не может не вызывать чувство неполноценности, в том числе в области обороны. Россия ведет себя агрессивно, так как чувствует, что ее притесняют, и ей угрожают. Россия рычит и показывает свой оскал, чтобы не стало слишком поздно. Если Швеция и Финляндия станут членами НАТО, то Балтийское море, важнейший российский торговый путь, превратится во внутреннее море альянса.

Но остается вопрос: зачем России вторгаться в Швецию? Чтобы создать себе еще больше проблем, помимо ослабленной экономики, падающих цен на нефть и нелюбви всего мира? Даже если целью уничтожения телекоммуникационных мачт и других методов саботажа была дестабилизация Швеции, мне не кажется, что за этим стоит Россия. Дестабилизировать Швецию — не в ее интересах.

Напротив, России могла бы пригодиться нестабильная обстановка в одной или нескольких странах НАТО вблизи российских границ, например, в государствах Прибалтики, пока они еще не чувствуют себя в безопасности.

Надеюсь, что мы все откроем глаза и перестанем идти на поводу у страха. Если осознать, что страх, испытываемый обеими сторонами, взаимен, станет проще понимать действия друг друга.

Тогда наши политики смогут начать переговоры и строить отношения, вместо того чтобы раздувать враждебность. Иначе мы попадем в эпоху эскалации холодной войны. Хотим ли мы пережить это снова?

Вера Эфрон — писатель, эксперт по России.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.