Рост бисексуальности привел к резкому увеличению количества однополых отношений в США, говорится в новом исследовании, и американцы проявляют все большую терпимость к ним. Опираясь на данные GSS (General Social Survey — общего социального обследования), национального репрезентативного опроса, проводившегося начиная с 1972 г. среди взрослых американцев и включавшего 33 728 участников, социологи пришли к выводу, что процент мужчин, заявлявших о наличии сексуального опыта с партнерами мужского пола, увеличился почти вдвое в период с 1990 по 2014 гг., в то время как процент женщин, заявлявших о наличии сексуального опыта с женщинами, увеличился более чем вдвое за тот же период. Исследование, опубликованное в среду в журнале Archives of Sexual Behavior («Архивы сексуального поведения»), также показывает резкое увеличение процента американцев, которые считают такие сексуальные взаимоотношения приемлемыми.

«Принятие геев и лесбиянок действительно было острой в последние несколько десятилетий проблемой в области защиты гражданских прав», — говорит один из авторов исследования Джин Твенге, профессор психологии в Университете Сан-Диего, автор книги «Поколение я» («Generation me»). Твенге, изучающая исторические перемены в социальном поведении, считает принятие членов ЛГБТ-сообщества примером одной из таких перемен в новейшей истории. «Эти перемены произошли в обществе относительно быстро», — отмечает она.

С 1973 по 1990 гг. процент взрослых людей, считавших «сексуальные отношения между двумя взрослыми одного пола совершенно не предосудительными» вырос от 11 до 13. А к 2014 г. уже 49% всех взрослых и 63% людей, рожденных в период с 1981 по 2000 гг. (представителей «поколения Y»), выразили терпимость к подобным отношениям.

«Представители "поколения Y" заметно более терпимы к однополым отношениям, чем представители поколения X в аналогичном возрасте — но то же самое относится и к большинству взрослых людей», —  заявляет один из авторов исследования Райн Шерман из Атлантического университета Флориды. «Эти перемены в первую очередь обусловлены определенной эпохой, когда все взрослые люди изменили свое отношение к данному вопросу».

Рост толерантности, вероятно, способствовал переменам в сексуальном поведении (и желанию заявить о них). Процент мужчин, занимавшихся сексом как минимум с одним мужчиной, вырос с 4,5 до 8,2 в период с 1990 по 2014 гг. Количество женщин, заявивших о как минимум одном сексуальном партнере-женщине, увеличилось с 3,6% до 8,7% населения в тот же период времени. Однако Твенге и ее коллеги считают, что эти перемены спровоцировало бисексуальное поведение: процент участников опроса, поддерживавших только однополые отношения, за этот период существенно не изменился, зато процент взрослых, имевших отношения с представителями обоих полов, вырос с 3,1 до 7,7.

«Вот, что меня удивило, — рассказывает Твенге Washington Post, — При более внимательном рассмотрении мы заметили, что эти перемены связаны с  людьми, которые занимаются сексом с партнерами обоих полов».

Но все эти факторы — рост терпимости, поведения и тенденция к сексуальной флюидности — наводят Твенге на мысли о реальной движущей силе этих культурных изменений: мы больше думаем о самих себе. Она считает, это происходит от развития индивидуализма.

«Некоторые мыслители утверждали, что индивидуализм развивался в западной культуре со времен Возрождения, но набрали скорость эти перемены около 1965 — 1970 гг.», — объясняет она. Когда общество достигло удовлетворительного уровня обеспеченности, человеку не нужно беспокоиться о том, чтобы соответствовать правилам и ожиданиям более многочисленной группы.

«Представьте себе, какое групповое усилие требовалось, чтобы приготовить пищу. Теперь вам достаточно лишь пары долларов и микроволновки», — говорит Твенге. Эта надежность снижает мотивацию следовать культурным «правилам», которые не соответствуют личным желаниям индивидуума. И этот индивидуализм тоже мог сделать нас более толерантными.

«Индивидуализм в сущности означает, что ты делаешь то, что хочешь, и позволяешь другим делать то, что хотят они», — отмечает она. «Люди с большей готовностью принимают действия, к которым они не испытывают тяги. Здесь действует принцип: я занимаюсь тем, что мне подходит».

Исследователи пытались выяснить, насколько эти перемены связаны с отдельными поколениями, но это сложно — даже при использовании самых современных методов статистики.

Сегодняшний мир таков лишь потому, что «поколение Y» вступает в эру толерантности и свободной любви? Становятся ли люди с возрастом более или менее открытыми или непримиримыми? Меняемся ли мы в целом как общество с течением времени?

«Очень трудно разграничить эти вопросы, потому что в любой период возраст человека обусловлен и текущим годом, и годом его рождения», — говорит Твенге. Есть и другие минусы: сложно отследить возможности изменений, происходящих с индивидуумом с возрастом, потому что поколению бэби-бумеров не задавали вопроса о партнерах, когда им было по 20 и мы не можем промотать время вперед и увидеть, какими будут представители «поколения Y» в 60 лет.

Некоторые данные позволяют предположить, что молодые женщины более склонны к вступлению в отношения с более старшими женщинами. Это, как отмечают Твенге и ее соавторы, может подтверждать гипотезу о том, что многие женщины «гомосексуальны до окончания вуза». Но это довольно противоречивый вывод: как с готовностью признают Твенге и другие исследователи, трудно отличить этот рост гомосексуального поведения среди молодых женщин от тенденций, свойственных их поколению. Как минимум одно из проводившихся ранее исследований доказывало, что этот феномен — миф. Опрос исследовательского центра Пью (Pew Survey) о сексуальности показал, что бисексуалы склонны вступать в брак с представителями противоположного пола, но это может быть истолковано и как результат (падающего) давления общества, а не происходящего с возрастом снижения сексуальной флюидности.

Твенге рассчитывает проанализировать данные через несколько лет. Она не сомневается, что уровень толерантности продолжит расти — в конце концов, более молодые поколения значительно более терпимы, а самые старшие респонденты постепенно удаляются из базы данных, — но насколько вырастет гомосексуальное поведение, остается только предполагать.

Мы не уверены, какое значение для страны будет иметь уровень толерантности, допускающий, что все лица с сексуальной флюидностью действуют в соответствии со своими гомосексуальными предпочтениями, — потому что мы не знаем, какой процент населения испытывает природное влечение к более чем одному полу. Некоторые исследователи оспаривают существование бисексуальности, которая, по их мнению, нужна исключительно как замещение идентичности для тех, кто не желает признать, что их влечет исключительно к представителям своего пола. Увеличение финансирования от Американского института бисексуальности (American Institute of Bisexuality) помогло поддержать более исчерпывающее исследование сексуального влечения, и многие результаты, включая выводы ученых, утверждавших, что ориентация — это надуманный ярлык, показали, что бисексуальные люди действительно сексуально флюидны. А бисексуальное поведение обнаруживается также и за пределами нашего вида, включая нашего ближайшего родственника, раскрепощенного шимпанзе бонобо. Пока мы можем с полной уверенностью утверждать, что многие люди флюидны в своих сексуальных предпочтениях, но насколько их много, сказать сложно.

«Мы не знаем, что такое естественное ограничение бисексуального влечения», — говорит Твенге. «Поэтому вопрос о том, насколько оно может распространиться, остается открытым».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.