Первый за последние двенадцать веков Всеправославный собор должен пройти с 19 по 26 июня в Православной академии в Колимбари на Крите. Об этом в конце января на встрече в Швейцарии договорились руководители локальных патриархатов. За шесть дней до начала Собора от участия в нем отказались четыре Церкви: Болгарская, Сербская, Грузинская и Антиохийская. Самый большой по численности Московский патриархат уже ранее заявил, что отсутствие хотя бы одной из 14 автокефальных Церквей сделает проведение Собора невозможным. В чем кроются причины проблем современного православия?

Сложности с независимостью

С самого начала в традиции восточного христианства играла большую роль взаимная независимость (автокефалия) крупных церковных объединений — древних Церквей. До раскола христианства в 1054 году гарантом единства выступал епископ Рима и прежде всего Вселенские соборы. После раскола православные патриархаты развивались самостоятельно, не имея над собой вышестоящей инстанции. Правда, функцию почетного главы православия исполняет патриарх Константинопольский, но его роль символична и ограничивается посредничеством в примирении отдельных патриархатов.

Автокефалия порождает сложности. Православие не в состоянии единогласно высказываться на тему современных проблем. Раздирают его и внутренние конфликты, которые сложно преодолеть без решений, которым будут обязаны подчиниться все патриархаты. Католика, например, может удивить значение, которое придают в православии так называемому диптиху: последовательности, в которой на литургии во время больших праздников перечисляются имена патриархов в соответствии со старшинством их патриархатов. В Константинопольском патриархате Митрополита Варшавского и всея Польши Савву ставят на 12-е место перед предстоятелем Албанской православной церкви, а также Православной церкви Чешских земель и Словакии. В свою очередь в РПЦ он стоит на 13-м месте. За этими различиями скрывается спор между Москвой и Константинополем о праве признавать автокефалию (польская Православная церковь получила ее от Константинополя в 1924 году, а потом в 1948 от Москвы).

Также остается актуальной проблема споров на тему канонических территорий. То, что в Католической церкви Папа решает одной подписью под декретом, устанавливающим границы той или иной епархии, в православии из-за отсутствия высшей инстанции превращается в источник конфликтов между независимыми патриархатами. Одна из старейших православных Церквей, Антиохийский патриархат, отказалась от участия во Всеправославном соборе, в частности, потому что его представители не смогли бы принять участие в совместной торжественной литургии с представителями Иерусалимского патриархата, так как они разорвали евхаристическое общение. Это произошло в 2014 году в результате спора по поводу церковной юрисдикции Катара. В контексте того, что на территории Антиохийского патриархата (современная Сирия) идет война, а христиане погибают от рук так называемого «Исламского государства» (террористическая организация, запрещенная в РФ, — прим. ред.), спор за богатую катарскую епархию вызывает в мире возмущение. Однако патриарху Константинопольскому до сих пор не удалось его преодолеть.

Заложник Москвы

Собор мог дать шанс на решение этих и многих других вопросов. Существовали надежды на унификацию литургического календаря в христианском мире и отказ от использования календаря Юлианского, который действует в некоторых патриархатах (это вызывает сопротивление консервативных кругов, считающих этот календарь особенно святым, так как он существовал во времена Христа). Собор мог также подтвердить экуменические устремления православия. Сейчас состоящие из выдающихся теологов комиссии, ведущие диалог от имени православия, создают документы, которые позже бойкотируются духовенством и верующими в особенности на территории Болгарии, Сербии, Грузии или Греции. Перед православием стоят также задачи адаптации религиозной жизни к современным условиям, связанные, например, с признанием каноничности смешанных в религиозном плане браков или реформированием важной в православии процедуры постов.

В связи с этим реформаторское движение, связанное в первую очередь с Константинопольским патриархатом, уже с начала 1960-х годов стремится вернуть в мировое православие соборность (непосредственным импульсом стало намерение папы Иоанна XXIII провести Второй Ватиканский собор). Однако оно сталкивается с множеством препятствий, среди которых — сильное течение фанатичного антиэкуменизма. В конце мая Священный синод Греческой церкви выступил против того, чтобы в документах Собора (часть из них отредактировали) неправославные христианские объединения назывались «церквями». Церкви Болгарии и Греции прямо называют католиков и протестантов «еретиками».

Главной угрозой выступают, однако, амбиции Московского патриархата. Патриарх Кирилл осознает, что возвращение к соборности усилит позицию патриарха Константинопольского, и старается этого не допустить, умело разжигая антиэкуменические настроения.

Тактика, которую избрал почетный глава православия Варфоломей, заключается в игнорировании фанатических кругов (после того, как Болгарская церковь объявила, что она отказывается участвовать в Соборе, патриарх Константинопольский провозгласил, что он состоится в любом случае) и уступках России. Под давлением шантажа Москвы на Соборе отказались рассматривать вопрос автокефалии для Украинской православной церкви, тему диптихов и унификации календаря. Решение Кирилла об участии в Соборе покажет, что он ставит на первое место: частные интересы или благо православия. Отказ России будет означать автоматический перенос Собора, а это — дальнейшую дезинтеграцию православия.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.