Возвращение диктатора. Скончавшемуся в 1953 году властителю в российской провинции даже поставили новый памятник.

В деревне Шелангер, примерно в дне езды на восток от Москвы, в провинции Марий Эл, стоит первая созданная в современной России статуя Сталина.

Сначала от вокзала с его проржавевшими поездами пройтись по деревне. Мимо нарядной церкви и убранному памятнику героям второй мировой войны. Потом несколько ям и рытвин и вот он, Сталин. В полный рост, стоит на постаменте. Сталин улыбается своей загадочной улыбкой, одновременно мягко и недобро. Он приветственно поднял руку. Это привет из прошлого. Здесь, в деревне Шелангер, примерно день езды на восток от Москвы, в республике Марий Эл стоит первый созданный в современной России памятник Сталину.

Установил его в 2015 году Иван Казанков, руководитель местного совхоза «Звенигорский», то есть сельскохозяйственного крупного предприятия, а также Коммунистической партии региона. Казанкову 73 года, он очень коротко подстрижен, одет в темно-синий костюм. Он выглядит немного изнуренным. «У нас предвыборная борьба», — говорит он, имея в виду парламентские выборы в сентябре. «Статую я установил как указатель для сегодняшних элит, чтобы они знали, к кому обращаться в трудные времена».


Затем Казанков приглашает в здание правления совзоза, на котором огромными буквами написано «СССР». Под надписью красуются молот и серп. Добро пожаловать в Советский Союз. Совхоз — это свой собственный мир, в котором 3300 сотрудников занимаются производством свинины. Правда, в здании правления этого не видно и этим не пахнет. Все тщательно убрано, на стенах висят портреты Сталина. У одного портрета надпись: «Наше дело правое. Победа будет за нами!» Казанков охотно проводит совещания в помещении, где много портретов. Однако, не Сталина, а Че Гевары. «А, видите ли, у моих сотрудников свои симпатии…», — говорит он несколько смущенно.

Говорить с Казанковым о статуе Сталина и о социализме нового времени трудно. Он настаивает на экскурсе в историю, в котором звучат показатели советской статистики — «При Сталине каждые семь часов строилась новая фабрика в стране!», а также рассказы о военных подвигах, Курской дуге, Сталинграде. «Нам нужен был вождь, и он у нас был!», — говорит Казанков и тут же коротко дает несколько поручений своей помощнице. Хороший начальник всегда при деле. Сталинистом Казанков стал в условиях рыночной экономики. «Мне было 11 лет, когда умер Сталин. Нам было очень трудно. Тогда я не понял, почему все плачут».

Казанков и его семья собрались с силами, как и вся страна. В совхозе он поднялся до руководителя. После 1990-го года все каналы сбыта рухнули. Казанков уволил своих сотрудников, искал новых покупателей. «Эта страна в течение 25 лет уничтожалась». — говорит Казанков на своем простом русском языке. «Кто в этой местности самостоятельно занимается сельским хозяйством, является своим собственным рабом. Он неконкурентоспособен, вынужден работать даже, если болен. Я забочусь о людях». Казанков уверен в своей правоте, также и когда речь заходит о сталинских репрессиях. «Они были. Но в целом положительное все же перевешивает. Сталин получил пашню и сделал из нее ядерную державу! Эти демократы делают из ядерной державы опять пашню!» Если даже руководитель совхоза предостерегает от превращения России в аграрную страну, то он действительно должен быть очень зол. Однако, о действующем правительстве он предпочитает не говорить. Он о нем не особо высокого мнения, это ясно. Протестов со стороны местных властей по поводу статуи Сталина не было, говорит Казанков. Она стоит на земле, принадлежащей совхозу.

Однако, бывший диктатор в этих краях известен не только как культовая фигура. Несколько лет назад в столице республики Йошкар-Оле прошла выставка о сталинском терроре. Правозащитная организация «Мемориал» озвучила там и цифры. 40 тысяч человек из региона коснулись сталинские репрессии. Во всем Советском Союзе миллионы человек были приговорены к принудительным работам или арестованы. Семь тысяч человек из региона были расстреляны. И все же во всей России в прошлые годы установлены многочисленные бюсты Сталина, к его деятельности обращаются музеи, в основном, в отдаленных местностях. После того как в 90-е годы даже Коммунистическая партия осудила преступления, сейчас происходит переоценка диктатора.

Жителей Шелангера политика интересует мало. «Да, это же хорошо», — говорит одна женщина о статуе. Другая отвечает: «Мне это безразлично». Зарпаты в совхозе лучше чем в других местах, хороший коллектив, начальник справедливый — говорят все, кто проходит мимо здания правления. На парковке перед зданием много новых машин, есть Тойоты, есть и немецкие марки. В нескольких метрах от статуи имеется и бюст Ленина. На одной из стен в рамках портреты лучших производственников. Плакаты знакомят с социалистической мудростью. Одно высказывание от Казанкова и содержит почти капиталистическую мысль: «Успех предприятия зависит от каждого из нас!»

Голос Казанкова становится немного глуше, когда он говорит о своей тяжелой автокатастрофе в 2008-м году. «Несчастный случай, ха», — говорит он и называет затем имя своего политического соперника, который этот несчастный случай «организовал», потому что он, Казанков, посмел выдвинуться и претендует на большую власть. Казанкова дважды оперировали во Фрайбурге. «Я действительно благодарен. Немцы были очень приветливы».

Затем Казанков ведет в комнату на самом верху здания. Там он стоит как священник в своей им же построенной часовне. Казанков всю свою жизнь тяжело работал и в конце стал глубоко верующим человеком. Только его религия называется коммунизм. Комната выстлана мягким ковром, на стене висят красные знамена и флаги. И ничего больше. С одной стороны широкая стеклянная стена открывает вид на совхоз. Оттуда Казанков смотрит на цеха, улицы, телеграфные столбы. А дальше — лес и Россия. Но у Казанкова Советский Союз жив.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.