Подписание мирного договора между колумбийским правительством во главе с Хуаном Мануэлем Сантосом (Juan Manuel Santos) и партизанами из «Революционных вооруженных сил Колумбии» (FARC) означает для Латинской Америки окончание эпохи затяжных войн с партизанами, способными не только успешно противостоять властям, но и взять эту власть в свои руки вооруженным путем. Партизанские группировки, которые промышляют наркотерроризмом или политическим насилием, не совсем исчезли во всем регионе, но теперь уже они не представляют угрозы для государства.

Хотя в 40-е и 50-е годы прошлого века в некоторых латиноамериканских странах существовало партизанское движение (на Кубе или в Колумбии), только после победы Фиделя Кастро (Fidel Castro) в 1959 году это явление распространилось на весь континент — от Мексики до Аргентины. Воспринятая им стратегия, с треском провалившаяся в большинстве случаев, тем не менее продемонстрировала и некоторые несомненные успехи: в 1979 году «Сандинистский фронт национального освобождения Никарагуа» (FSLN) пришел к власти в этой стране.

Итак, период с 1959 по 1989 год — это время зарождения, укрепления и наивысшего расцвета в Латинской Америке партизанской идеи как формы захвата власти с оружием в руках, чтобы положить конец «капиталистическому государству».


Упадок партизанского движения

Падение Берлинской стены, распад СССР и кризис режима Кастро на Кубе в 1990-е на фоне укрепления демократии в Латинской Америке привели к ослаблению партизанской идеи в регионе.

Два события обозначили это ослабление: в 1989 году сальвадорский «Фронт национального освобождения имени Фарабундо Марти» (FMLN) потерпели поражение, пытаясь захватить столицу, Сан-Сальвадор. А в 1990-м бывшие у власти сандинисты из FSLN проиграли президентские выборы в Никарагуа.

Начиная с этого момента крупные партизанские движения Латинской Америки начали распадаться и уже больше не имели такой силы, чтобы захватить власть в стране и поставить какое-либо государство региона на грань гибели.

В 1992-ом в Сальвадоре правительство подписало мирный договор с FMLN. В том же году в Перу был арестован лидер «Сияющего пути» (Sendero Luminoso), Абимаэль Гусман (Abimael Guzmán), после чего эта обезглавленная маоистская организация постепенно начала угасать.

Четырьмя годами позже (1996) мир пришел и в Гватемалу, когда правительство Альваро Арсу (Álvaro Arzú) и повстанцы из «Гватемальского национального революционного единства» (URNG) подписали мирное соглашение во Дворце нации в столице этого центральноамериканского государства. Режим Альберто Фухимори (Alberto Fujimori), покончив с таким дестабилизирующим фактором, как «Сияющий путь», нанес новый удар, на этот раз по Революционному движению имени Тупака Амару в 1996 году после захвата японского посольства в Лиме.

Между тем, в Колумбии «Революционные вооруженные силы» (FARC) и Армия национального освобождения (ELN) последними удерживали позиции. В 1990 г. колумбийское Движение 19 апреля (M-19), возглавившее в 1984-м взятие Дворца правосудия, сложило оружие и превратилось в политическую партию. Этой же тактике последовали позже Народная армия освобождения (EPL), Кинтин Ламе (Quintín Lame) и Революционная рабочая партия (PRT).

Ослабление партизанских движений в регионе резко контрастировало с наращиванием мощи FARC, которая как раз в 90-е годы прошлого века была сильна, как никогда ранее, и провела несколько крупных операций. Ее отряды штурмовали поселения Пуэрто-Льерас и Ла-Урибе (провинция Мета), Эль-Реторно и Мирафлорес (Гуавиаре), где захватили в заложники 129 сотрудников правоохранительных сил и убили шесть военных и шесть гражданских лиц, а также Миту (Ваупес), где погибли 17 полицейских, 61 человек оказался в заложниках и девять пропали без вести.

После FARC

Что же осталось в регионе от повстанческого движения теперь, когда Революционные вооруженные силы Колумбии объявили о своем роспуске?

Партизанская идея не угасла совсем, но основной характеристикой оставшихся группирововк является то, что они уже не в состоянии превратиться в угрозу выживания государства. В действительности латиноамериканские страны сталкиваются с гораздо более серьезными рисками, которые ставят под угрозу их стабильность: организованная преступность (колумбийские банды) и наркокартели (Мексика).

В некоторых странах партизанские организации затаились, ушли в подполье: сапатисты в Мексике, например. На данный момент они ужались до общественного двидения, которое сохраняет ограниченную власть в раде районов штата Чьяпас.
В других странахони трансформирвались в банды, связанные с наркотрафиком, которому покровительствуют и оказывают поддержку, как «Сияющий путь» в Перу.

Перуанский министр обороны Мариано Гонсалес (Mariano González) утверждает, что от этой организации остались только пособники наркоторговцев без идеологии и политической позиции: «У них нет никаких идеологических обязательств, ни политических позиций в противовес правовому государству». Остатки партизан крепко засели в долинах рек Апуримак и Эне, но их возможности очень ограниченны.

В Парагвае бывшие повстанческие движения обратились к политическому терроризму. Таков, например, случай «Армии парагвайского народа» (EPP), которая начала действовать в 2008 году. В августе прошлого года ее жертвами стало восемь военных. Аналитик в сфере региональной безопасности, Даниэль Альбаррасин (Daniel Albarracín) заявил BBC, что EPP «сменила стратегию» и уходит из городов, чтобы закрепиться в занятом регионе: «В последние годы они действуют больше как сельское ополчение, а не как оперативные отряды, совершающие устрашающие набеги. Эта смена стратегии заметно усложняет их поимку из-за того, что повстанцы имеют возможность спорадически появляться в разных точках обширной территории, которую невозможно держать под контролем».

Самой сильной партизанской организацией в Колумбии остается «Армия национального освобождения» (ELN), которая, хотя и ведет мирные переговоры с правительством Сантоса, представляет собой мало сплоченную организацию, в которой каждый полевой командир — сам себе начальник. Некоторые сейчас пытаются занять места, освобожденные FARC.

ELN продолжает свою террористическую кампанию под общим руководством Густаво Анибаля Хиральдо Кинчиа (Gustavo Aníbal Giraldo Quinchía) по кличке Паблито, который был одним из первых военачальников организации.

Управление ELN осуществляется из центрального штаба, в котором кроме Паблито состоят Николас Родригес Баутиста (Nicolás Rodríguez Bautista), по кличке Габино, главный руководитель движения, Пабло Бельтран (Pablo Beltrán) и Антонио Гарсиа (Antonio García). Заместителями являются некто Рамиро Варгас (Ramiro Vargas) и Луис Алькантус (Luis Alcantuz).

Лидер повстанцев — Габино, но реальную власть на земле держит Паблито. Габино представляет тех, кто склонен наладить диалог с правительством, в то время как Паблито поддерживают те, кто против, а это более 60% ELN, что и обуславливает главенство именно этой линии в организации.

Хотя ELN насчитывает менее 2 тысяч членов, в то время как в Вооруженных силах страны служит 300 тысяч, партизаны способны противостоять военным, которые к тому же знают, как воевать с FARC, но не с ELN.

Писатель Вальтер Бродерик (Walter J. Broderick), автор книги «Камило — священник-партизан» сказал в интервью El Radar, что «они могут продержаться очень долго, не просто уничтожить полностью вооруженную групировку, засевшую в сельве. Их можно ослабить, но полностью уничтожить почти невозможно, особенно, если у них останется возможность набирать новых людей».

ELN контролирует районы Арауаки, юг Боливара, Кататумбо и Нариньо и рассчитывает, что в ее ряды вольются бывшие члены FARC, недовольные мирным соглашением. К тому же, это организация являет собой скорее разрозненные отряды, чем единую армию.

Пока главнокомандующий ELN, Николас Родригес Баутиста, или Габино, пытается наладить контакт с правительством, другие отряды организации ужесточили атаки в департаментах Арауака, Каука, Бойака и северный Сантандер.


Журнал Semana пишет, что «пробные соглашения с этими повстанцами были заключены 25 месяцев назад (c FARC пробный период продлился полгода), и были проведены 30 раундов переговоров. Терпение, воля и время вышли. Есть взаимно одобренный черновик повестки дня, но он слишком обширный и абстрактный, а потому неубедительный. Главным препятствием является то, что члены ELN настаивают на проведении переговоров в Венесуэле, правительство которой не в состоянии гарантировать их безопасность в виду переживаемого им глубочайшего кризиса».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.