Обычно во время войны крупные боевые операции получают кодовые названия, чтобы сохранить их в тайне. Враг ни в коем случае не должен понять, о чем идет речь. Нападение на СССР в 1941 году называлось по-разному: сначала «Фриц», потом «Отто» и лишь затем «Барбаросса».


Но операция, начавшаяся 21 марта 1942 года, собственно, не требовала никакого кодового названия. То, которое было выбрано звучало так: «Наводка моста», и тот, кто весной 1942 года смотрел на карту, легко мог догадаться, о чем шла речь: о 100 тысячах немецких солдат, оказавшихся в котле под Демянском. 


С 20 февраля шесть дивизий Вермахта были «отрезаны» советскими войсками в ходе зимнего наступления. С тех пор группа армий «Север» готовилась к операции по их вызволению. Однако из-за 30-градусного мороза возникли серьезные проблемы с логистикой.


Ответственность за операцию была возложена на генерал-лейтенанта Вальтера фон Зейдлица-Курцбаха (Walther von Seydlitz-Kurzbach), который до конца 1941 года командовал 12-й пехотной дивизией, которая теперь — под руководством его преемника — сама попала в Демянский котел.


Операция «Наводка моста» имела первостепенное значение; предполагалось продвижение войск от Старой Руссы на северо-запад блокированной территории. С этой целью немецкое командование стянуло туда несколько мощных войсковых соединений всего Вермахта. Основная нагрузка легла на 5-ю и 8-ю легкие дивизии, которые только недавно «подкрепились» во Франции и получили новое оружие. Это были крупные моторизованные соединения, располагавшие танковым взводом.


На флангах должны были действовать пехотные дивизии. Одна из них, 18-я дивизия ID, однако, в декабре 1941 года в тяжелых боях потеряла около 9 тысяч солдат, а другая, 329-я дивизия ID, была создана лишь в конце минувшего года. Кроме этих четырех дивизий, генерал Зейдлиц-Курцбах располагал несколькими полками из других крупных соединений, а также одной батареей самоходных орудий, заменявших танки. В общем, не такие мощные силы.


Гитлер отдал приказ к немедленному наступлению 21 марта 1942 года, в 13.00 часов проинформировав об этом главнокомандующего группы армий «Север» генерал-полковника Георга фон Кюхлера (Georg von Küchler) и Вальтера фон Зейдлица. К этому моменту уже началась «интенсивная деятельность немецких штурмовых бригад и разведчиков».


Таким образом, операция «Наводка моста» началась не мощным наступлением, а небольшими отдельными атаками во второй половине дня. Обеим передовым дивизиям, по сообщениям командования, удались «незамедлительные успехи, в то время как правому крылу пришлось столкнуться «с упорным сопротивлением» противника. Тем не менее шесть блокированных дивизий, называвшихся в докладах «крепостью Демянск», уже 22 марта «почувствовали облегчение».


Но это было еще не все. Потому что двумя днями позже началось сильное потепление, и мерзлая земля вдруг превратилась в непроходимую слякоть, в которой застревали легкие танки II и самоходные орудия. Командование немецкими войсками вынуждено было доложить: «Когда крепость Демянск действительно удастся освободить, пока невозможно предвидеть».


Красная армия стремилась во что бы то ни стало предотвратить прорыв войск Зейдлица к «котлу». На помощь советским частям пришли два батальона ВДВ. 27 марта командование Вермахта доложило: «Прогресс на северном участке фронта от Старой Руссы с целью освобождения крепости Демянск вчера по причине неблагоприятных погодных условий был невелик».


Через три дня Зейдлицу пришлось даже передать в Берлин, что дальнейшее наступление «невозможно», потому что его войска застряли примерно на половине 45-километрового пути. Он выступил с инициативой по перегруппировке сил и смещению основного наступления на север. Против, однако, выступил командующий 16-й армией, генерал-полковник Эрнст Буш (Ernst Busch), который и без того давно уже конфликтовал со своим начальником Кюхлером. На этот спор ушло не менее двух дней.


2 апреля 1942 года войска Зейдлица возобновили наступление, однако об изначально запланированном быстром прорыве не было и речи. К 15 апреля им удалось дойти лишь до реки Ловати, к которой с противоположной стороны прорывались и блокированные части. На преодоление всего 20 километров ушло почти две недели.


Однако потом это все же произошло: по случайному совпадению, 30 апреля, в день рождения Гитлера, войска Зейдлица и блокированные силы оказались напротив друг друга, на противоположных берегах реки. Таким образом, у командования появился повод официально доложить о прорыве блокады, хотя сухопутное снабжение блокированных частей удалось наладить лишь несколькими днями позже.


Однако по-настоящему прорвать котел немецким войскам так и не удалось — они отвоевали лишь небольшой коридор шириной около четырех километров. Территория площадью около тысячи квадратных километров вокруг Демянска по-прежнему была практически полностью окружена советскими войсками. А Гитлер, который считал это удачным исходным пунктом для начала крупной битвы на окружение к северо-западу от Москвы, запретил «спрямление» линии фронта, которое на самом деле было просто необходимо. Его главным интересом и без того являлась операция «Блау» — мощное летнее наступление Вермахта на юге Советского Союза.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.