По мнению молодого человека из уезда Сааремаа, обязательное изучение русского языка необходимо


На уроке русского языка проходят тему «еда». Учитель 11 «А» класса единой школы Сааремаа забрасывает учеников вопросами.


«Какой суп ты любишь, Март?» — спрашивает по-русски учительница Любовь Паю (Ljubov Paju).


«Солянка… Солянку», — Март Труу (Mart Truu) старается поставить слово в нужный падеж.


В этой школе русский язык является обязательным предметом с шестого класса. Школа самостоятельно приняла решение о том, чтобы сделать этот предмет обязательным, хотя на острове Сааремаа русских практически нет.


Труу слышит русскую речь главным образом на уроках и иногда дома, когда отец, служивший в советской армии, смотрит по телевизору российские комедии. Русскоязычных знакомых у него нет.


«С обязательным русским языком дело обстоит так же, как и с обязательными уроками литературы. Все, что обязательно, становится неприятным. Но, на самом деле, русский язык необходим», — размышляет он.


30% населения Эстонии считает русский язык родным и говорит на нем.


«Хотим мы этого или нет, здесь есть семьи, которые уже на протяжении нескольких поколений не учат эстонский», — говорит Труу.


Большое меньшинство имеет свои места проживания, детские сады, школы и рабочие места. Самыми популярными увлечениями русскоязычного населения являются различные виды единоборств и хоккей, а эстонцы любят баскетбол и хоровое пение. Если к этому добавить еще российское и эстонское телевидение, то становится понятно, что пути совсем не пересекаются.


«Пришли к нам они, но на их родном языке говорим мы. Это голый факт. Этому можно противиться, но можно и жить с этим», — говорит Труу.


Поэтому Труу решил смириться и изучать русский язык. В Таллине знание русского языка часто является условием приема на работу.


Сейчас в Эстонии вспоминают волнения русскоязычного населения, связанные с переносом памятника, которые вспыхнули десять лет назад в Таллине. Тогда Марту Труу было семь лет, и он мало помнит о том, что происходило. Осталось впечатление, что русские могут быстро выйти из себя.


Недавно Труу встретил русских на театральном фестивале в Нарве. Все вопросы решали на английском.


«Молодые больше расположены к сотрудничеству», — считает Труу.


Обычный эстонский день Марта Труу начинается в 7:30 с тостов и кофе в доме, прихожая которого наполнена запахом яблок. Все его предки родом из Сааремаа.


«Нам важны наши корни», — говорит Труу, намазывая масло на хлеб.


Торопящаяся на работу мать-медсестра приносит из почтового ящика местную газету «Meie Maa» («Наша страна»). За событиями в мире Труу следит в новом новостном портале Delfi и иногда по каналу BBC. Много новостей есть в Фейсбуке.


Старший брат отправляется на медицинскую комиссию в связи с призывом в армию. Март Труу завязывает галстук, начищает ботинки и берет из сарая во дворе велосипед.


Первым уроком сегодня философия. Труу приветствует своих одноклассников по-эстонски сдержанным кивком.


Во второй половине дня Труу забегает домой. На стене в его комнате висит множество грамот за успехи в музыке и театре и целая связка медалей за победы в баскетболе. Однако он мечтает о профессии, связанной с вычислительной техникой. В этой области можно было бы зарабатывать и в Эстонии.


Главная проблема Эстонии, по мнению Труу, состоит в эмиграции населения.


«Важно было бы создать такие условия, чтобы у эстонцев не возникало желания или необходимости уезжать из страны по экономическим соображениям».


Вечером Труу спешит на занятия хора в школу.


«На песенных праздниках лучше понимаешь эстонский дух. На них возникает чувство сопричастности. Такое чувство, что вместе мы сможем сделать что угодно».


Парень из Нарвы говорит по-английски лучше, чем по-эстонски


Владислав Константинов из Нарвы поддерживает идеи Евросоюза и хочет учиться в какой-нибудь другой стране ЕС.


На уроке эстонского языка обсуждается тема телефонов с сенсорными экранами, но сначала 17-летнему Владиславу Константинову дают возможность рассказать о поездке в Страсбург.


Константинов, который учится в 11 классе нарвской школы Kesklinna Gümnaasium, прошлым вечером вернулся из Франции. Группа школьников представляла Эстонию на мероприятии ЕС.


— Что больше всего запомнилось?— спрашивает кто-то.


— Старый город. Там больше домов и они красивее, чем в Таллине.


Большинство русскоязычных учеников старших классов хорошо владеют эстонским языком. В соответствии с эстонским законодательством, в подобных русскоязычных школах минимум 60% учебных часов должны проходить на эстонском языке.


14 параграф учебника «Победное шествие сенсорных дисплеев» требует хорошего знания языка, да и тема интересна 17-летним. Уже два часа дня.


По ответам школьников слышно, что они не говорят на эстонском языке в быту.


«По-эстонски я говорю в основном в школе, так что английский у меня лучше. Мои эстонские приятели или двуязычные, или говорят по-русски».


Мы пришли в квартиру к Константинову, которая находится на верхнем этаже четырехэтажного дома сталинского типа на улице Йоаланкату, около восьми часов утра.


Мать, работающая в электрокомпании, и отец, работающий машинистом электровоза, уже ушли на работу. Константинов пьет чай и ест ватрушку, каши сегодня нет. Кроме того, мать испекла кекс с какао.


В доме тихо, потому что телевизор не включен. Константинов вообще не смотрит телевизор. Новости он читает на русскоязычных страницах ВВС на смартфоне. За эстонскими СМИ он следит на эстонском и русском языках в том случае, если в Эстонии происходит что-то важное.


«Но все же я не выношу эти эстонские новости, в которых на полном серьезе пишут про кошку, снятую с дерева».


История семьи Константинова типична для жителей Нарвы. Дедушка и бабушка приехали сюда в советское время, родители появились на свет уже в Нарве. У Константинова, его родителей и бабушки эстонские паспорта, у дедушки — российский.


«Он не получил эстонского гражданства, поэтому взял российское. Все же лучше быть гражданином какой-нибудь страны, чем лицом без гражданства», — рассказывает Константинов по пути в школу.


Путь пролегает по улице Пушкина в центр города. Справа видна Россия.


Константинов говорит, что бывает там пару раз в год. Его двоюродные братья и сестры живут в Санкт-Петербурге.


Первым уроком идет история и обществознание. У дверей класса ребята пожимают друг другу руки.


В расписании также стоит родной язык, биология и эстонский.


Константинов увлекается пением, игрой на гитаре, входит в молодежный совет и играет в театре. Вместе с приятелями они организовали небольшой стартап-проект. Он много читает, в том числе и стихи русских поэтов, например, Маяковского.


Главным его увлечением является полемика. После школы надо готовиться к государственному конкурсу по полемике, который будет проводиться в конце недели.


Хотя конкурс проводится отдельно на эстонском и русском языках, он проходит в одном месте, где обе группы встречаются. В обычной жизни они общаются мало. Социальные сети тоже разные: среди молодых жителей Нарвы русскоязычная ВКонтакте более популярна, чем Фейсбук.


Все же Константинов видит свое будущее в Эстонии. Он вовсе не ощущает себя гражданином второго сорта. Бронзовый солдат — это только история, о которой он слышит из новостей.


Он поддерживает идеи ЕС и хочет учиться за границей, но вернется работать в Эстонию.


«Я не считаю себя ни эстонцем, ни русским, ни эстонским русским. Я считаю себя европейцем».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.