Школьные союзы пытаются привлечь внимание к сексизму, который сейчас царит в отношениях мальчиков и девочек с самых юных лет, путем проведения «Дня юбки» 19 мая, а вчерашние события лишь подчеркнули значимость этой инициативы: на права женщин посягают, а политики по-прежнему отворачивают взгляд. Доходит до того, что в некоторых местах сейчас появление женщины на улице воспринимается, как провокация, и ставит ее под угрозу.


Причем речь идет не о Эр-Ракке, Эр-Рияде или Кабуле, а, увы, о Париже. И даже не об отдаленных его пригородах. В вышедшем в Le Parisien 18 мая репортаже «Париж: женщин прогоняют с улиц квартала Шапель-Пажоль» Сесиль Болье (Cécile Beaulieu) описывает повседневную жизнь обитательниц района, которые не могут появиться на улице без сопровождения, носить юбки и облегающую одежду, не спровоцировав при этом вал оскорблений или даже агрессию. Улицы, тротуары, кафе, бары и скверы — все это для них под запретом. Получается, что выход из квартиры уже становится проступком. Эта территория принадлежит мужчинам, и они устанавливают свои порядки. Такое положение дел распространяется и на самые малообеспеченные районы.


Как бы то ни было, самое поразительное в насаждении таких средневековых порядков, угнетении женщин в стране, где слово «равенство» написано на фронтонах всех государственных зданий, это реакция властей. Точнее, ее отсутствие.


Быть женщиной уже достаточно для того, чтобы оказаться в опасности в некоторых местах и среди некоторых групп населения. У этой ситуации есть общее с шокирующими событиями 31 декабря в Кельне. Как показало следствие, произошедшая там массовая сексуальная агрессия стала делом рук беженцев и экономических мигрантов, которые прибыли в Германию из Марокко и Алжира в течение года. И что же, думаете, тогда было сделано? Никто не захотел задуматься о том, почему эти люди посчитали, что вправе вести себя подобным образом в принявшей их стране, не стал разбираться в культурных основах, которые представляют приемлемым насилие в отношении женщин, и обязательствах мигрантов перед новым государством. Вместо этого там начали обвинять в расизме всех тех, кто осудил культурный фундамент, в рамках которого женщина является низшим существом и собственностью мужчины или всех, если ей хватает дерзости заявить о своих правах. Это явление лишь усиливается на фоне подъема религиозного фундаментализма на Ближнем Востоке. За упоминание этого аспекта проблемы Камеля Дауда (Kamel Daoud) чуть не пригвоздили к позорному столбу.


В Кельне мэр посоветовал женщинам одеваться скромнее и держаться подальше от мужчин. Словно они отчасти сами виноваты в том, что стали жертвой агрессии. И, знаете, что сейчас говорят во Франции жительницам столицы нашей страны, которые лишены предоставленных всем по закону гражданских прав? Прежде всего, подавать заявление бессмысленно. То есть, во Франции вас можно лишить свободы передвижения, потому что вы — женщина, и это никого не волнует. Никто не в силах ничего предпринять, потому что власти лишь смеются над этим, для них это — шутки. Вот, что значит «подавать заявление бессмысленно». В статье упоминаются полицейские операции, с января их было целых 110, однако они так ничего и не дали. Но если бы они сопровождались выдворением и серьезным наказанием, результаты, без сомнения, выглядели бы совершенно иначе. Но если задержанные возвращаются обратно всего через несколько дней или даже часов, все это становится признаком бессилия власти и только закрепляет пороки, которым призвано помешать.


В репортаже также упоминается заместитель ответственного по равенству мужчин и женщин в мэрии XVIII округа Парижа. Она предлагает провести разведывательное шествие, чтобы отметить места, откуда женщин выдворяют, и где с ними плохо обращаются. «Их замечания будут рассмотрены предельно внимательно». Не сомневаюсь, что она прекрасно осознает смехотворность своего призыва к женщинам поставить себя в опасность ради подобного топографического исследования. Она, наверняка, понимает, что подобные действия никак не отражают закон и обязанность власти защитить население, однако ей, судя по всему, больше нечего предложить. Все дело в том, что агрессоры принадлежат к бедному и маргинальному слою населения, который возносится в ранг абсолютной жертвы. Поэтому их превращение в мучителей парализовало бы политическую риторику и действия. Но граждане видят, что их права никого не интересуют, а свободы не защищаются. Все это объясняет усиление позиций Национального фронта куда лучше, чем подъем фашистских настроений.


Тем временем торговцы, дилеры, мигранты и контрабандисты держат улицы в своих руках и в силу политкорректности. У нас не говорят, что этот средневековый менталитет и обскурантизм, с каждым днем набирающий силу, связаны со стремлением этих людей навязать принявшей их стране свои патриархальные порядки, узкое видение отношений между людьми, а также пронизанный неравенством и ограничениями социальный устой. У нас не говорят, что это население становится целью фундаменталистов и сторонников политического ислама, которые накаляют изоляцию на основе идентичности и представляют подрыв основ западных обществ единственной осью социально-политического самоутверждения общин, испытывающих на себе их все более сильное влияние. Они считают, что вправе делать все это, потому что никто во власти не считает нужным объяснить новоприбывшим правила поведения и тем более добиться их соблюдения. В результате эти люди стремятся воссоздать знакомое им окружение, и раз они оказываются на периферии общества без особых перспектив, они пытаются ощутить себя мужчинами и хозяевами жизни с помощью власти над женщинами. Их вдохновляют на это идиоты-проповедники, которым предоставили полную свободу действий в нашей стране. Я не пытаюсь обвинять всех мигрантов (это было бы несправедливо и оскорбительно), а лишь поднимаю вопрос о нашем нежелании отстаивать свое и бороться с поведением, которое не заслуживает уважения и терпимости, а также отсылает нас к обскурантизму и презренной агрессии. Власти же вовсе не должны впадать при виде всего этого в ступор.


Все это мы уже видели: вспомните хотя бы репортаж Antenne 2 из Севрана и Вийербана, где какой-то мужчина прогнал женщин из кафе со словами: «Это вам не Париж!»


Это означает, "тут все принадлежит нам, а ты должна знать свое место". Кроме того, получается, что на части своей территории Франция не существует, а ее законы не действуют. Общественное пространство больше не является общим. На некоторых территориях оно принадлежит лишь тем, кто существуют в обществе, то есть мужчинам, а не их собственности, которая существует лишь в сфере интима. За критику этих явлений, о которых, видимо, не имеют ни малейшего представления лишь избранные нами власти, журналистка France 2 и Надия Реманда (Nadia Remadna) из «Бригады матерей» подверглись яростным нападкам со стороны le Bondy Blog. Кроме того, тех, кто стал говорить об этом репортаже, как обычно, с ходу обвинили во лжи, расизме и фашизме. Причем, все это вопреки растущему числу свидетельств о попытках навязать Франции апартеид по половому признаку.


Сегодня нужно добиться того, чтобы наши главные принципы действовали для всех, чтобы гарантированные законом свободы не зависели от нашего культурного и социального уровня или места жительства. В этом и заключается суть политики: обеспечить защиту прав всех, кто живет на территории страны. Добиться этого не получится без жесткости и справедливости.


Сегодня закон предоставляет защиту лишь тем, кто находится в центре общества, располагает средствами для того, чтобы выбрать свое окружение. Для многих других все оборачивается возвращением в Средневековье: им приходится подчиняться соседям и мужчинам на улице, потому что закон больше не защищает. В оказавшихся под влиянием исламистов зонах часто слышны фразы вроде «у нас так». «У нас» не означает Францию, хотя произносящие эти слова люди — французы. Причем, речь может идти даже не о порядках их родной страны, а о смеси традиций и религии, с помощью которой исламисты создают основу формируемого ими менталитета. Именно поэтому число агрессивных действий растет: они становятся своеобразной инициацией неприятия гражданства и утверждения патриархальных ценностей с религиозными представлениями. Все это на фоне безнаказанности агрессоров и осуждения тех, кто считают наплевательское отношение властей серьезным политическим проступком.


Тем временем наше новое правительство выступает за либерализм в сфере светского общества, обещая бороться с исламизмом. Только вот нельзя вести борьбу с тем, кто желает нам гибели, если мы отказываемся от собственных принципов и идеалов в этой сфере. Терпимость тут равнозначна решению оставить самых слабых в руках их угнетателей. Будет очень жаль, если из-за слепоты в этих вопросах Франция станет страной, которая защищает лишь права тех, у кого достаточно средств, чтобы самим выбирать соседей и окружение.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.