Попытки Москвы, контролировать интернет внутри России провалились после кампании хакеров, которые подорвали систему внесения в черный список сайтов, которые считаются неприемлемыми.


После переизбрания Владимира Путина в 2012 году власти запретили тысячи сайтов. Некоторые — за продвижение «социальных болезней», другие — за политическое инакомыслие. Их данные вносят в черный список и заставляют поставщиков интернет-услуг (ISP) блокировать их.


Но в последние недели активисты, стремящиеся дать отпор репрессиям, подорвали систему, покупая запрещенные сайты и добавляя данные о совершенно законных веб-страницах в свои доменные имена.


Начался хаос.


В прошлом месяце перестали работать банкоматы, принадлежащие крупным государственным банкам ВТБ и Сбербанк. Крупные новостные сайты и службы социальных сетей были заблокированы, и даже Google стал недоступен.


«Кремль оказался неспособен контролировать интернет техническими средствами. Единственное, что частично работает, — это запугивание компаний и пользователей», — говорит Андрей Солдатов, автор книги «Красная паутина», об онлайн-наблюдении в России.


«Чтобы запугивание было более эффективным, нужны более неопределенные и сложные правила, чтобы почти всех можно было сделать виновными по определению», — сказал он.


Учитывая, что система черных списков выглядит уязвимой, существует опасение, что власти отреагируют введением еще более жесткой системы контроля над тем, что могут просматривать веб-пользователи.


Они уже создали новый «белый список» сайтов, которые никогда не будут заблокированы. А на прошлой неделе парламент принял закон, запрещающий применение виртуальных частных сетей (VPN), используемых многими для доступа к заблокированному контенту. Сотни людей организовали марш протеста в Москве в выходные, чтобы возразить против онлайн-цензуры.


Игра в «кошки-мышки» в интернете началась пять лет назад, когда государственному органу контроля, Роскомнадзору, были предоставлены широкие полномочия в области цензуры в российской сети с помощью внесения поправок в закон, призванный «защитить детей от информации, наносящей вред их здоровью и развитию».


Это предусматривало создание реестра, или черного списка, запрещенных сайтов, которые должны были блокировать провайдеры интернет-услуг. Википедия, LiveJournal, крупнейшая в России социальная сеть VK и крупнейшая поисковая система Yandex опротестовали закон как противоречащий свободе информации.


Со своим черным списком Роскомнадзор начал преследовать сайты, содержащие детскую порнографию и информацию о наркотиках и самоубийствах. Но также он блокирует страницы за «экстремистские заявления» — скользкий термин, который применяется к чему угодно от террористических группировок до либеральных новостных сайтов оппозиции, а также к информации о несанкционированных публичных демонстрациях.


В первые два года было заблокировано более 50 тысяч веб-сайтов, около 4 тысячи из них — за экстремизм. Сайты могут блокироваться на основании решения суда или жалобы государственных органов или граждан.


Решения контролирующего органа часто граничат с политикой, например, когда в 2015 году был заблокирован сайт самой известной оппозиционной фигуры России Алексея Навального за пост, в котором упоминалась возможность «акции протеста». Навальный обвинил агентство в «политической цензуре».


Почти с самого начала эксперты предупреждали, что «черный список», который включает доменные имена и IP-адреса сайтов, может стать источником злоупотреблений. В конце мая владельцы запрещенных сайтов выяснили, что если они указывают IP-адрес любой другой веб-страницы в своей DNS-информации, поставщики автоматически блокируют этот сайт.


Помимо банков, были заблокированы ВК и Яндекс, а также прокремлевские сайты НТВ и LifeNews. Даже собственный сайт Роскомнадзора был недоступен. В посте «Анус себе заблокируй, Роскомнадзор!» 14-летний программист утверждал, что он заблокировал несколько «популярных сайтов» через лазейку.


Некоторые из них просто занимались «троллингом» властей, в то время как другие использовали уязвимость «как оружие в войне с Роскомнадзором», рассказал один из участников сайту Медуза, не раскрывая свое имя.


«Задача этих людей (и я один из них) состоит в том, чтобы максимально усложнить жизнь всем, кто пытается атаковать свободу слова и анонимности в интернете», — сказал он.


IT-консультант Владислав Здольников, который пишет о свободе веб-сайтов и политике оппозиции для почти 20 тысяч подписчиков своего канала в анонимной службе обмена сообщениями Telegram, опубликовал список запрещенных доменных имен, которые были освобождены их первоначальными владельцами. В течение 15 минут почти все раскупили.


«Я демонстрировал преступную некомпетентность Роскомнадзора, который не только игнорировал уязвимость, но и не удалял из регистра домены, которые были освобождены», — сказал он The Guardian.


Роскомнадзор обвинил Здольникова и веб-разработчика Александра Литреева (оба — активисты антикоррупционного фонда Навального) в организации блокирования непричастных сайтов и попросил министерство внутренних дел открыть расследование. После этого оба активиста сбежали в Киев.


Агентство также выпустило новый «белый список» из нескольких тысяч сайтов, которые нельзя блокировать ни при каких обстоятельствах, большинство из них — правительственные страницы. 11 июля список был расширен.


Многим провайдерам не хватает оборудования и персонала, чтобы проверять постоянно изменяющиеся IP-адреса и следить за тем, чтобы заблокированные сайты оставались заблокированными, а сайты из белого списка — нетронутыми, говорит Саркис Дарбинян, адвокат проекта РосКомСвобода, который борется за свободный интернет.


Что еще более важно, методология Роскомнадзора вызывает обеспокоенность в отношении будущего интернет-свободы в России. По словам Дарбиняна, интернет-регулирование приближается к «презумпции, что все запрещено», за исключением того, что разрешено явно.


Эта тема стала особенно актуальной после масштабных несанкционированных акций протеста Навального в центре Москвы в марте и июне. Многие из участников заявили, что их вдохновило вирусное видео на YouTube, показывающее экстравагантную недвижимость премьер-министра Дмитрия Медведева.


Пакет поправок, известный как закон Яровой, который был принят в прошлом году и вступит в силу в 2018 году, уже вызвал бурные споры. Законодательство потребует от поставщиков телекоммуникационных услуг хранить информацию о всех сообщениях пользователей от звонков до электронной почты в течение шести месяцев.


Помимо жалоб на неприкосновенность частной жизни, стоимость внедрения технологии для хранения такой информации оценивается в 4,5 триллионов рублей (60 миллиардов фунтов стерлингов). Такие расходы, скорее всего, отразятся на потребителях.


Многие рассматривают новое законодательство, регулирующее анонимность и виртуальные частные сети, такие как Telegram, как следующий шаг в постепенном подавлении интернета Кремлем. По словам Солдатова, поскольку этим службам технологически сложно блокировать сайты, они станут легкими мишенями для давления и запугивания, если закон будет принят, как ожидалось.


«Этот закон, как и другие, подвергающие цензуре интернет, будет применяться выборочно, — предсказывает Здольников, — тогда, когда это выгодно режиму».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.