Несколько дней назад патриарх Тавадрос II прибыл в Токио, чтобы открыть первую коптскую церковь в Японии. Это событие египетские средства массовой информации, сославшись на слова руководителей Церкви, назвали «частью ее плана по расширению своего влияния в Африке и Азии». Однако, несмотря на недостаток информации по этому плану, благодаря сообщениям египетских СМИ нам кое-что об этом известно. Так, несколько недель назад Церковь объявила об открытии коптского собора в Санта-Крус в Боливии. В середине июля отец Антоний, епископ по делам Африки, отправился в Кампалу, чтобы заложить фундамент для церковного комплекса, в который войдут первая коптская церковь в Уганде, медицинская клиника, образовательный центр и общежитие для волонтеров, а также первое святилище для коптской церкви. В феврале во время своего второго визита в Каир президент Того посетил патриарха Тавадроса и выступил с инициативой создания первой коптской церкви в своей стране, выразив восхищение деятельностью коптских медицинских конвоев. Также стоит упомянуть, что после визита в Японию патриарх Тавадрос отправится в Австралию, чтобы заложить фундамент для коптской митрополии в Сиднее и новой церкви, запустить некоторые другие проекты и посетить монастырь отца Шенуды и коптскую семинарию в Маквари.


Исторически сложилось так, что коптская церковь пользовалась влиянием за пределами египетских границ, простираясь от Ливии на западе до Судана и Эфиопии на юге, вдобавок к присутствию на Кипре, церковной собственности в Иерусалиме и святым местам в Палестине, что стало результатом географической близости. Увеличение числа коптских общин в первую очередь в Европе и Северной Америке, а затем и в Австралии подтолкнуло Церковь (когда ее возглавлял патриарх Кирилл в 1960-х годах) к созданию в этих регионах церквей для служения коптским общинам. С приходом Папы Шенуды, который занял Святой Престол в 1971 году, Церковь стала считать пасторскую службу в коптских общинах за рубежом недостаточной. В 1976 году коптская церковь учредила епископство по делам Африки. В 1979 году Папа отправился в Кению и Заир, чтобы открыть коптские церкви в этих двух странах. Затем последовало создание подчиняющихся церкви в Александрии церквей, медицинских центров и социальных учреждений в Танзании, Нигерии, Кении, Гане, Кот-д'Ивуаре, Замбии, Южной Африке. Кроме того, были созданы регулярные медицинские конвои во многих странах континента. Однако амбиции Папы Шенуды не ограничивались Африкой и странами диаспоры. В 2006 году Папа Шенуда посетил Бразилию и Боливию, чтобы заложить фундамент для первых двух коптских церквей в Южной Америке вдобавок к церквям Святого Престола, основанным в Азии, в частности, Корее, Гонконге, Пакистане, Сингапуре, Малайзии, Индонезии и Таиланде.


Невозможно установить точные мотивы расширения влияния коптской церкви на шести континентах. Об этом написано очень мало. Тем не менее наряду с теологическими причинами, которые соответствуют призыву в Евангелии к тому, чтобы распространить «благую весть» в мире, глобальные причины кажутся более значимыми. В статье, опубликованной в марте 2006 года под названием «Коптская церковь приходит в Латинскую Америку», Маджди Халиль связывает случаи межрелигиозного насилия в Египте в 1970-х годах с ограничениями по строительству коптских церквей в стране, а также указывает на снижение влияния церкви в Африке после того, как от нее отделилась Эфиопская церковь. Нужно учесть в этой связи, что ранее Папа Шенуда признал роль зарубежных церквей в духовной, политической, финансовой, социальной и психологической поддержке коптской церкви и общины в Египте. По этой причине он прилагал усилия, чтобы эти церкви стали поддержкой для Церкви и народа во всех отношениях.


Однако дело не ограничивается внутриполитической ситуацией или инициативами церковных лидеров. Интеграция более поздних поколений коптских общин в диаспору, особенно в Северной Америке и Австралии, привела к тому, что коптские церкви стали вести проповедническую и общественную деятельность по примеру местных протестантских и католических церквей. Это можно наблюдать на примере коптской экспансии в Азии и южной части Тихого океана, которая привела к созданию коптской церкви на Фиджи при добровольной финансовой поддержке коптских общин Австралии и Новой Зеландии, а также на примере коптской экспансии в Мексике и Южной Америке, которая достигла Карибского бассейна, Бермудских островов, Доминиканы, островов Сент-Китс и Невис благодаря пожертвованиям коптских общин в Соединенных Штатах и Канаде и миссиям их добровольцев.


Хотя коптская церковь попыталась компенсировать проблемы, стоящие перед ней внутри страны, внешней деятельностью и найти поддержку и солидарность среди своих граждан в Египте, это обстоятельство вызывает больше сожаления и беспокойства, чем что-либо еще. Поскольку политический аспект коптской экспансии, по-видимому, выходит за рамки границ, Церковь достигла согласия с нынешним режимом в Египте насчет дипломатической поддержки режима со стороны церквей, созданных за рубежом. Несмотря на бездействие коптских церквей в Соединенных Штатах в ходе организации приема египетского президента в Нью-Йорке, в последнее время не прекращаются заявления руководителей церкви о связи внешней деятельности церкви с египетским режимом. «Церковь будет расширять свое влияние на континенте в соответствии с подходом президента ас-Сиси к поддержке отношений с Африкой», — сказал архиепископ Антоний Маркос, архиепископ Африки, во время закладки фундамента церкви в Кампале в прошлом месяце. Месяцем ранее в ходе встречи с епископом Боливии Иосифом и послами латиноамериканских стран в Каире, обсуждалась не только деятельность коптской церкви в странах континента, но также была затронута внутренняя ситуация в Египте. В конце прошлого года епископ Бразилии Агафон в интервью газете Nedaa Al Watan по большей части говорил о защите египетского режима со стороны церкви и выражал похвалу египетскому президенту Ас-Сиси, рассказывая о деятельности коптской церкви в Бразилии.

 

© AP Photo, Nariman El-Mofty
Президент Египта Аб­дул-Фат­тах Халил Ас-Сиси и коптский Патриарх Александрийский Феодор II в соборе св. Марка в Каире


Однако если оставить в стороне использование церковью дипломатических инструментов с целью поддержки режима и обратить внимание на сайты, форумы и другие средства коммуникации внутри коптской общины, сообщения, связанные с деятельностью Церкви за рубежом, то увидим, что в них используется «язык колониализма». Название, выбранное архиепископом Африки Антонием Маркосом для одной из трех его книг о коптской церкви в Африке, «Придите и помогите нам», возможно, по чистой случайности оказалось девизом первых белых колонистов, адресованным индейцам в Соединенных Штатах. Выражения вроде «экспансия в Африке и Азии» используются церковными лидерами для описания своей деятельности за рубежом, в частности, для изображения коптской деятельности в странах третьего мира. В отношении местных жителей, получающих помощь и лечение со стороны коптских медицинских конвоев, применяется термин «коренные народы» или «африканцы» без уточнения их национальности. Можно также увидеть видеоролики, в которых кенийские дети поют церковные песни на коптском языке, что напоминает колониальный характер деятельности западных миссионеров в прошлом. Хотя такое мнение может показаться преувеличенным, статья на веб-сайте Copts.net под названием «Коптская империя от южного Египта до северной Кении» шокирует своим имперским языком и имперским видением. Это может быть лишь результатом сильного желания компенсировать сложное положение коптов «дома», а также влиять на членов коптских общин в «первом мире», используя западное миссионерское наследие.


В конце концов, еще больше вопросов остается без ответа относительно имперской политики и логики в церковной деятельности коптов за рубежом. В статье, опубликованной на одном из коптских сайтов и озаглавленной «Церковь начинает реализацию своего плана по расширению в Африке и Азии», указывается на то, что за пределами Египта действуют 400 коптских церквей в 60 странах и 120 монастырей в 40 странах, не считая приюты, учебные заведения и медицинские центры. Вопросы, которые возникают по поводу огромных финансовых ресурсов, требуемых для осуществления церковной деятельности за рубежом, касаются не источников этих средств, поступающих в основном из общин в «первом мире», а способов управления ими и прозрачности. Особенно если учесть тот факт, что финансовыми делами общины занимается только духовенство без участия светских лиц и коптской общины.


Даже если мы признаем добросовестность служителей Церкви, на самом ли деле приоритеты Церкви в распределении ее ресурсов отвечают потребностям коптов? Является ли обращение боливийских католиков или протестантов в Кении в «истинную» православную веру, что приветствуется многими коптами, достаточным основанием для щедрого распределения Церковью своих ресурсов для миссионерской работы за границей? Принимая во внимание уровень нищеты и неграмотности и ухудшение качества образовательных, медицинских и социальных услуг в Египте, в целом, и среди коптов в Верхнем Египте, в частности, не рационально ли направлять ресурсы Церкви для удовлетворения потребностей коптов в стране и их египетских сограждан и облегчения таким образом страданий многих из них?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.