Финляндия очень редко выдает разрешение на пребывание родителям взрослых детей.


«После того, как мы получили отказ на запрос о разрешении на пребывание, я каждый вечер ждала, что в дверь позвонит полиция, и боялась того, что может за этим последовать».


Елена Адель (Elena Adel) из города Вантаа жила в страхе четыре года, но теперь этот период позади. Ее 76-летняя мать Людмила Маркянова получила разрешение на пребывание в Финляндии. Маркянова — русская карелка, у которой стремительно развивается болезнь Альцгеймера. Сначала Миграционная служба Финляндии не давала ей разрешение остаться в Финляндии, хотя заботиться о себе самостоятельно ей уже трудно.


Елена Адель привезла свою мать в Финляндию в ноябре 2013 года, после того, как ее сиделка в Петрозаводске умерла. С тех пор дочь пыталась получить для матери разрешение на постоянное пребывание. Получить его оказалось тяжелее, чем выиграть в лотерею, поскольку Финляндия очень редко выдает разрешение на пребывание родителям взрослых детей.


«Нет», — ответило Миграционное ведомство Финляндии на заявление о разрешении на пребывание.


Дочь подала жалобу на это решение в административный суд, но и там ответ был отрицательным. Верховный административный суд даже не взял этот вопрос на рассмотрение.


Ситуация была безнадежной. Адель часто рассуждала со своим мужем, что произойдет, если мать все же отправят обратно за границу. В Петрозаводске у нее нет родственников, и клиники для людей, страдающих от потери памяти, там нет.


Маркянова — бывший лингвист, работы которой высоко оцениваются в Финляндии. Поэтому группа лингвистов обратилась в Верховный административный суд с просьбой отменить решение о высылке Маркяновой по гуманитарным соображениям, а также с учетом важности ее работ. Чтобы отменить решение о высылке Маркяновой из страны, была создана петиция, которую подписали пять тысяч человек.


«Мою мать любили и уважали. Люди вспоминают о ней с теплом», — рассказывает дочь.


Елена Адель не потеряла надежду. Она вновь отправила запрос о предоставлении разрешения на пребывание, но в этот раз с другим обоснованием. Разрешение на пребывание можно получить и для «другого родственника», который полностью зависим от родственника, живущего в Финляндии.


В последнюю среду ноября Елене пришло письмо по почте из Миграционной службы страны. Разрешение на пребывание подтвердили.


«Я так устала после этой румбы, которая длилась около четырех лет, что даже не сразу поняла, что было написано в письме. Когда, в конце концов, я все осознала, с моих плеч упал огромный груз», — рассказывает Елена Адель.


Семья на протяжении многих лет жила одним днем. Муж Олли Янтунен (Olli Jantunen), находящийся на пенсии по нетрудоспособности, заботился о матери, когда Адель была на работе.


«Он готовил еду и следил за моей матерью, за что я ему бесконечно благодарна».


Конечно, для Елены Адель гораздо важнее вылечить мать, чем получить разрешение на пребывание. Полгода назад накануне Первого мая Людмила Маркянова упала на ступеньках двухэтажного дома семьи Адель.


Дочь не сразу поняла, что мать получила серьезную травму, и отвезла ее в больницу только через неделю.


На рентгене был виден перелом берцовой кости ниже колена. На ногу наложили гипс, и мать осталась в больнице.


«Я была в полном оцепенении, я никогда не переживала настолько сильно. Не могла думать ни о чем другом, кроме здоровья матери. Что делать, если мать больше не сможет ходить?»


Мать провела в больнице практически месяц.


В конце мая Маркянову перевели в другую больницу.


«Там мать пробыла четыре с половиной месяца. Она больше не воспринимала речь, указания физиотерапевта, но они поставили ее на ноги. Теперь мать может ходить — медленно, но все же может».


Несчастный случай и лечение все же оказались большой удачей для Людмилы Маркяновой и ее родственников.


«Врачи и социальные работники отнеслись к ситуации по-человечески. Социальный работник сказал мне, что связался с Миграционной службой по вопросам, связанным с моей матерью», — рассказывает Елена Адель.


Это оказало решающее влияние на получение разрешения на пребывание.


Когда пришел положительный ответ, Маркянова получила удостоверение личности и документы об официальном месте жительства. Дочь стала опекуном своей матери.


Елена Адель сопереживает всем, кто оказался в подобной ситуации.


«Мне показалось, что Миграционная служба — это какой-то бездушный автомат. Службе следовало бы рассматривать ситуации с человеческой позиции, по крайней мере, в отношении тех, кто живет в Финляндии и платит здесь налоги».


Если бы Людмилу Маркянову выслали из страны, Елене пришлось бы переехать к матери в Россию.


«Чтобы получить там статус опекуна, надо постоянно жить в России, и получение статуса занимает много времени. Затем пришлось бы пройти кучу врачей».


Сейчас Людмила Маркянова живет в доме для престарелых в городе Вантаа.


«Это временное решение. Сейчас я обсуждаю с социальными чиновниками вопрос о том, где ее можно будет разместить в дальнейшем», — говорит Елена Адель.


Семья должна была отметить Рождество вместе. Однако в этот раз Рождество будут праздновать только после Нового года, как это делают русские. Елене Адель нужно было уехать в Петрозаводск по делам.


«Позвонили соседи и сказали, что на имя моей мамы пришли какие-то странные счета. Поеду выяснять, в чем дело. Во время финских рождественских праздников в России все работают».


Поэтому дочь собиралась встретиться с матерью за два дня до Рождества. Адель надеялась, что мать узнает ее, хотя она больше не помнит ее имени.


«По крайней мере, она всегда радуется, когда меня видит. Правда, она радуется всем, кто ее навещает».


Болезнь Людмилы Маркяновой прогрессирует. Она все хуже понимает окружающих.


Она может произносить отдельные слова, но не целые предложения. Она часто рассказывает о мужчине, который что-то говорит. Когда дочь спрашивает, о ком мать говорит, та не может ответить.


Она всегда говорит «да», когда ее о чем-нибудь спрашивают. И даже когда не спрашивают.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.