В кругу моих русских друзей есть молодой человек по имени Глеб. Я его не особенно хорошо знаю, скорее он относится к разряду «знакомый знакомых».


Однажды мы вместе оказались в Париже, навещая общего друга. Его ежедневный продолжительный шопинг приводил меня в недоумение: он в огромных количествах скупал всевозможную дорогущую брендовую одежду, не особенно выбирая. Было ясно, что деньги у него есть. Очень много денег.


Я спросила, где он работает, и получила уклончивый ответ. Тогда я еще не так долго жила в России и не знала, что люди тут дают такие ответы не обязательно потому, что речь идет о каком-то настоящем секрете. Это может быть и некое обстоятельство, о котором все знают, но никто не говорит.


Несколько лет спустя оказалось, что Глеб переехал в Прагу. Он больше не мог вернуться в Россию. Я удивилась еще больше. Наконец, кто-то мне рассказал, что Глеб работал на разведывательную службу ФСБ, и, очевидно, у него там с кем-то случился конфликт.


Когда в России государственные служащие внезапно становятся очень богатыми, это обычно связано лишь с одним — с коррупцией. Об этом среди друзей мы тоже не говорим, то есть не рассуждаем о том, откуда у сотрудника ФСБ средства на яхту, жилье в Праге и масштабные шопинги в Париже.


Я не думаю, что людям это все интересно, но они не решаются спросить. Они просто-напросто не хотят ничего знать, потому что так лучше.


Одна моя подруга в Москве несколько лет встречается с мужчиной. У обоих — тяжелая работа, так что общаются они не так часто.


Единственное, что она о нем знает, — то, что он работает в банке и, судя по всему, весьма успешный человек. Но она не знает ни где он живет, ни есть ли у него, например, дети.


«Сам расскажет, когда захочет», — говорит она.


Сама я никогда в жизни не стала бы с кем-то постоянно встречаться, не потребовав информации о таких важных обстоятельствах. Но многие русские женщины усвоили некий мужской идеал, который подразумевает, что мужчина должен быть свободен. Его жизнь вне их личного общения принадлежит только ему. Думаю, именно поэтому один бар у Садового кольца в Москве называется «Офис».


В то же время дистанция между незнакомыми людьми часто стремится к нулю — даже в таком миллионном городе, как Москва. Гуляя с собакой, я узнаю всевозможные вещи о других владельцах собак в моем доме.


Хозяйка самоеда с четвертого этажа развелась с мужем, но недавно снова начала с ним общаться. У моей соседки — сын-алкоголик. И так далее.


Но зато в близких отношениях они часто предпочитают не знать всего о других. Возможно, потому, что опасаются, что переизбыток информации может все испортить.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.