Ради успеха рэперы предпринимают определенные шаги. Они начинают давать небольшие шоу без вложения крупных средств, пробившись лишь на несколько фестивальных сцен. Они вбрасывают в интернет бесплатные микстейпы и синглы, которые, как они надеются, пробьются и на влиятельные музыкальные сайты, а затем и более крупные ресурсы — больше бесплатной с технической точки зрения музыки, которая способна обеспечить себе достаточное количество прослушиваний на «Спотифай» (Spotify), а затем множество концертов по заоблачным ценам. Это чем-то напоминает процесс закатывания валуна вверх по склону холма с повязкой на глазах. Никогда не угадаешь, когда доберешься до вершины — если вообще доберешься, — но как только там окажешься, скорость начнешь набирать очень быстро.


Канадский рэпер Найт Лавелл (Night Lovell), похоже, провел последние пару лет, собираясь с силами для подобного переломного момента. Его имя упоминалось в крупных рэп-изданиях, он выступал на разогреве у исполнителей, имеющих тысячи фанатов, и дал интервью влиятельному хип-хоп подкасту No Jumper, которое набрало четверть миллиона просмотров. А в мае он получил возможность выступить на знаковом рэп-фестивале Rolling Loud. Все признаки указывают на то, что 2018 станет для Найта Лавелла годом прорыва.


А на постсоветском пространстве Найт Лавелл был «большим человеком».


К началу 2017 года тогда еще 19-летний Лавелл дважды гастролировал по Восточной Европе, включая марафонский заезд по Эстонии, Латвии, Белоруссии и пяти городам России: Москве, Санкт-Петербургу, Екатеринбургу, Самаре и Новосибирску, где он балансировал на краю балкона в набитом битком клубе.


Среднестатистическому американскому поклоннику рэп-музыки популярность Найта Лавелла в России покажется неслучайной. Но молодые фанаты рэпа в России выстроили собственную теневую рэп-экосистему.


Если к популярности Лавелла и есть ключ, то это, скорее всего, связано с его популярностью в ВК, российском эквиваленте «Фэйсбука», где количество его подписчиков — 33 000 — превосходит, скажем, коллектив «Мигос», которые хоть и возглавляют чарты в Америке, в российской соцсети обеспечили себе лишь около 30 000 фанатов.


«Речь о подписчиках группы в ВК и количестве их залитого туда аудио. Вы можете проверить статистику об исполнителях, а затем определить, пойдут ли на них [их шоу] люди», — говорит московский блогер Борис Вилковыский, который в 2014 году создал популярный канал Fast Food Music. Он добавляет: «Исполнитель может быть популярен в США, а россияне при этом в нем  не заинтересованы».


Подобного рода асимметрия популярности может оказаться весьма резкой. Возьмем, к примеру, Джея Коула (J. Cole). В американском штате Северная Каролина этот эмси был не раз номинирован на Грэмми, выпустил четыре возглавлявших чарты альбома и собирает полные залы везде, где душа пожелает. А что в ВК? На страницу Коула подписаны 11 000 человек, примерно столько же имеет рэпер из Мемфиса Ксавье Вульф (Xavier Wulf), который ездит по маленьким клубам Америки и не подписал контракт ни с одним крупным лейблом.


Если читая это, вы не являетесь жителем одной из бывших социалистических стран, то, скорее всего, никогда не слышали о ВК. Краткая справка: это десятый по популярности в мире сайт, самый популярный в России (и среди пяти лучших на Украине, в Белоруссии и Казахстане), который, наряду с целым рядом других целей, служит благодатной почвой для нового поколения русифицированных хайпбистов, которые обуславливают популярность некоторых американских исполнителей. (Он контролируется путинским приспешником Алишером Усмановым, но это совсем другая история.) ВК органично интегрировала платформы обеспечения видео- и музыкального потокового контента, вовсю пользуясь преимуществами нечетко сформулированных ограничений в области российского авторского права. ВК к тому же содействует наступлению бесплатной для всех эпохи Limewire — вы просто ищите исполнителя или композицию на сайте, и вам выдают сотни песен для бесплатного прослушивания.


«ВКонтакте — важнейшая соцсеть для российской молодежи, — говорит 25-летняя переводчица из Волгограда Наталья Бриндюкова. — Это наш источник информации». Наталья ведет ВК-аккаунты популярных американских рэперов Lil Xan и Tekashi 6ix9ine, официальной взаимосвязи с которыми у нее нет. Каждая страница насчитывает около 30 000 подписчиков.


«Россияне почти никогда не платят за музыку и фильмы, — говорит Бриндюкова. — Люди просто не могут понять, зачем платить, если можно скачать все из интернета».


«Они хотят все знать о полюбившихся исполнителях, но именно посредством ВК, а не „Твиттера" или „Инстаграма"», — говорит Вилковыский. В видеороликах на своем канале Fast Food Music он разгребает американские соцсети и переносит музыку, фотографии и переводы своим 300 000 последователям ВК. Вилковыский считает, что российские фан-страницы ВКонтакте соответствуют идеалам хип-хопа. «Не столь заметные исполнители — скажем, Найт Лавелл — не создают официальных страниц, и единственный, кто может это сделать — его фанаты. Рэп — наиболее независимый музыкальный жанр всех времен, поэтому фанаты, как и сами рэперы, делают то, что им нравится, и я думаю, что это круто».


Таким образом, фан-аккаунты ВК обладают огромной властью, служа зачастую единственным представительством того или иного исполнителя в этой пятой по величине экономике мира. Администраторы таких аккаунтов относятся к этому очень серьезно.


«Лавелл — проект, предназначенный не ради одного лишь дохода, — говорит 18-летний админ страницы исполнителя Александр Кононенко из Челябинска, — Лавелл — это состояние души». Страница почти ежедневно наполняется музыкальными файлами, переведенными на русский язык интервью и мемами о Лавелле, которые набирают сотни лайков и десятки комментариев. Когда я спросил Александра, собирается ли он когда-нибудь передать аккаунт самому Найту Лавеллу, он ответил, что готов в том случае, если тот «окажется хорошим человеком».


Бриндюкова, переводчик и администратор аккаунтов Lil Xan и 6ix9ine, утверждает, что культурные и языковые барьеры делают работу хорошо налаженного фан-аккаунта еще более существенной. «Поскольку многие люди не знают английского языка, проверить информацию на достоверность они не могут, — говорит она мне. — Поэтому я считаю важным относиться к администрированию страницы как к работе».


«Эти ребята-хозяева фан-аккаунтов превратятся в законных современных экспертов и законодателей моды в области хип-хопа, — говорит ведущий No Jumper Адам Грэндмейсон. — В какой-то момент они устанут от администрирования простой фан-страницы и попытаются тоже заняться рэпом, открыть какой-либо бренд или что-то в этом духе». И действительно, 20-летний москвич Борис Вилковыский, создавший канал Fast Food Music со своего ноутбука, говорит, что планирует использовать привлеченную аудиторию для того, чтобы и самому начать заниматься концертной деятельностью.


Предприимчивые американские исполнители только начали проявлять интерес к ВК как легитимной платформе. Имеющий контракт с «Атлантик рекордс» Lil Skies снял с помощью селфи-видео представление своей официальной страницы ВК, а рэпер из Буффало Bill $aber зарегистрировал собственную страницу.


«Однажды я искал свое имя и увидел, что у меня есть фан-страница ВК, которую посещает больше народа, чем мой профиль на „Фейсбуке", — говорит $aber через „Твиттер". — Я создал [персональную] страницу с надеждой на то, что русские фанаты оценят это, и они оживились». Он часто общается со своими фанами ВК и намекает, что в скором времени поедет в тур по России.


Существует неожиданно глубокое понимание между новым брендом американских интернет-рэперов и российской молодежью, почти как в 1980-х годах. Как написал несколько лет назад документалист Адам Кертис (Adam Curtis), советская молодежь вдохновилась отвергавшей западный капитализм нью-йоркской панк-сценой, дабы помочь справиться с коррумпированной версией государственного коммунизма, в котором они выросли.


«Настрой поколения, отвернувшегося от политики и идеологии, стал теперь намного сложнее, циничнее и скептичнее, — пишет Кертис. — В Ленинграде и Москве вырос новый авангардный андерграунд, который обращался к культуре — прежде всего к музыке — как способу выражения абсурдности в обществе, на что политика, по их мнению, была не способна».


Сегодня о схожем чувстве отчуждения говорит Александр Кононенко, подросток-администратор аккаунта Найта Лавелла. «Я не смотрю новости, не читаю газеты, — говорит он. — Мне кажется, мы далеки от всех этих политических игр».


Грэндмейсон, посетивший Россию в бытность представителем BMX-сцены, говорит: «В музыке многих из этих парней можно найти определенный негатив, который, вероятно, и привлекает россиян. В поездке в Россию меня поразило то, что множество живущих в мегаполисах этой огромной страны людей только и мечтают убраться оттуда».


«Исполнители вроде Ghostemane имеют, вероятно, гораздо больше общего с типичным русским фанатом, чем тот же 50 Cent », — добавляет он, имея ввиду рэпера из Флориды с татуировками на лице, который ранее выступал в составе различных метал-групп.


С учетом относительно недавней истории рэп-музыки в России, барьеры для доступа к произведениям нехарактерных для данного жанра исполнителей чуть ниже, особенно в том случае, если их художественные взгляды резонируют с какой-либо политической или социальной принадлежностью. «Мы не имеем столь фиксированного, традиционного понимания американского рэпа, как у американского народа, — говорит Бриндюкова. — Нам нравится слышать и видеть что-то новое».


Московский организатор концертов и лейбл Booking Machine активизировал процесс извлечения выгоды из этого стремления к «чему-то новому». Они начинали как организаторы концертов метал- и индастриал-музыки и, как и сами эти жанры, развивались относительно плавно относительно агрессивных форм, начиная с рока и заканчивая рэпом. Они сконцентрировали усилия на этой нише, организуя туры для исполнителей вроде вышеупомянутого Ghostemane и Найта Лавелла, а также $uicideboy$ из Нового Орлеана и рэпера Bones из Мичигана, чей стиль уходит корнями в болезненное постиндустриального состояние штата Детройт.


Для Бриндюковой, которая слушала ранее в основном рок-музыку, подобная оценка звучит актуально о многим причинам.


«Все, у кого есть глаза, хотят уйти, — говорит она, отмечая, что камнем на сердце ее сверстников лежат недостаток социального продвижения личности и стереотипы вокруг психического здоровья. — Люди любят негатив [в творчестве этих исполнителей], потому что постоянно думаешь о том, как бы найти работу, где взять деньги, кем стать в этой жизни, как находить выход из различных ситуаций, а затем приходишь домой, включаешь Найта Лавелла или Lil Peep и вслушиваешься в то глубокое звучание, которое поможет забыть о реальной жизни и задуматься о своих проблемах».


Неофициальные аккаунты в социальных сетях, глубокая одержимость россиян американской подноготной, пара меркантильных предпринимателей и в довершение ко всему — зловещий саундтрек с мощными басами… Заговор с целью подрыва культурных устоев, спросите вы? Нет, правда горька и хорошо нам знакома: недовольные молодые люди, имеющие возможность выхода в интернет, как умеют ищут резонанс и общение несмотря на языковые препятствия и границы.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.