В последнее время на Украине разгорелось несколько оживленных дискуссий в стиле «есть ли жизнь на Марсе, нет жизни на Марсе… какая разница». Речь идет о теме коррупции и бедности. Первый дискурс характерен при обсуждении украинских элит, мол воруют, «паки, паки, иже херувимы». Естественно, «херувимы» наоборот или, как слышится, так и читается. Вторая тема регулярно выныривает при определении уровня бедности простых украинцев. И в первом, и во втором случае мнения разделились. Бесполезно искать в этом набившее оскомину деление на «зраду» и «перемогу».


Что касается бедности, то здесь действительно есть несколько лагерей искренних сторонников и противников называть украинцев бедными или богатыми. Те, кто «топят» за бедность, оперируют в основном статистикой и всевозможными расчетами. Ну а сторонники «богатства» украинцев опираются либо на опросы населения, либо на субъективные ощущения, мол посмотрите сколько машин на улицах, пассажиров в аэропортах, «бухих» в ресторанах. Как можно говорить о бедности, если в Киеве нормального сантехника не сыщешь, при чем за вполне вменяемые деньги, что и порождает маркетинговые мемы, наподобие «трезвый сантехник выполнит любой заказ, интим не предлагать».


Что касается коррупции, то на всевозможных эфирах, коррупционеры рассказывают нам, как это постыдное явление стало на Украине «горизонтальным», а также унылые басни о том, как этим недугом болеют даже сами американцы.


Но мы все же попробуем подвести черту под темой украинской бедности. Ну или наметим пунктирную линию.


По различным социологическим опросам, уровень бедности на Украине составляет 12-20%. Но это все чистой воды сенсуализм и субъективность. Просто люди у нас не любят называть себя бедными. Кроме того, тяжелое колониальное прошлое в виде миллионов «хрущевок» и «брежневок» давит на массовое сознание в виде наличия собственного жилья. Ну а в селах есть земельные паи. Правда, украинцы не совсем понимают, что делать со всем эти добром. Управлять своими активами у нас практически не умеют. Вот и получается, что жители центра столицы, обладающие имуществом на миллионы, иногда ведут полунищенское существование. Называть бедным человека, который не может эффективно использовать свое имущество как-то не комильфо.


Отечественные демографы различают абсолютную бедность (со следами голодного изнеможения на лице и рубищами на теле) и относительную, когда человек не может вести привычный уклад жизни и чувствует себя ущемленным по сравнению с окружающим миром. А так как «Украина — это Европа», то и сравнивают себя украинцы именно с европейцами со всеми вытекающими в виде незаживающей психологической травмы, общественной фрустрации и кальцинирования в коллективном подсознательном стойкого убеждения относительно собственной бедности и ущербности. Конечно, можно сравнивать себя с африканцами и азиатами, как это предлагают некоторые эксперты, но украинцы почему-то не хотят. Да и Африка нынче не та, что была во времена Чуковского, о которой писали «не ходите дети…».


По данным постоянного представителя программы развития ООН на Украине Нила Уокера, в нашей стране 60% живут за чертой бедности. Под оной по стандартам ООН подразумевают примерно 5 долларов в день на человека (для стран Восточной Европы). Если применить номинальный обменный курс, получается 150 долларов в месяц или 3,9 тысячи гривен. Если мы возьмем семью из четыре человек (двое взрослых и две детей) получается, что черта бедности находится на уровне 15,6 тысячи гривен в месяц.


Но дело в том, что наши эксперты при расчете этого уровня применяют не номинальный курс, а его аlter ego в виде паритета покупательной способности (ППС), который составляет примерно 8 гривен за доллар. Столь разительное отличие в размере номинального курса и курса по ППС объясняется тем, что внутренние цены не увеличились пропорционально девальвации и жить на Украине можно сравнительно дешево. В таком случае, доход домохозяйства из четырех человек должен составлять не менее 4,8 тысячи гривен в месяц или 1,2 тысячи гривен на человека. А таких у нас не более 2% и то лишь по статистике. Но проблема заключается как раз в том, что ППС — это ловушка для бедных: коммунальные услуги рассчитываются через импортный паритет цены на газ, а электроэнергия — через импортный паритет цены на уголь.


Бензин у нас значительно дороже, чем в той же РФ или США. Кроме того, большая часть потребительских товаров — импортного происхождения, то есть зависит именно от номинального курса в обменниках. То же самое можно сказать про лекарства, качественное медицинское обслуживание, отдых. Не говоря уже о покупке автомобиля, бытовой техники или жилья. Таким образом, уровень ППС позволяет украинцам сравнительно дешево питаться и это касается лишь самых простых продуктов, а на рыбе, мясе, некоторых видах фруктов и молочных продуктов, приходится жестко экономить. Называть при этом украинцев богатыми — это все равно, что также величать кубинцев, потому что у них тепло, можно ходить в шортах и есть бананы вдоль трассы.


Причины бедности украинцев заключены в рентной и монопольной модели экономики. Как написал когда-то известный экономист и нобелевский лауреат Джозеф Стиглиц: «Неравенство — вовсе не роковая неизбежность, а результат политических решений». Тот же Стиглиц ввел понятия неравенства в обществе и влияния на него так называемых экстерналий. Под ними экономист подразумевал влияние транзакций на третьих лиц, не опосредованное рынком. Причина экстерналий — внешние эффекты, которые искажают существующий рыночный механизм. Например, возьмем США, где действие экстерналий существенно ограничено. Если бы там кому-то вздумалось резко, в два-три раза поднять коммунальные тарифы, эти действия неминуемо привели бы к включению механизма рыночной конкуренции, а инициатор подобного безумства вылетел бы в трубу.


На Украине же, где рынок не амортизирует влияние транзакций на третьих лиц, экстерналии буквально пронизывают всю экономическую систему. И у нас в случае повышения коммунальных тарифов в трубу вылетают десятки миллиардов гривен из карманов простых украинцев, а также колоссальные бюджетные ресурсы. При таких условиях завтра можно выписать счет за тепло хоть на десять тысяч, и потребитель ничего не сможет сделать. Эту ситуацию можно обозначить термином «фиаско рынка». Кстати, у экстерналий есть и иные признаки: решения в системе принимает ограниченный круг участников, но их последствия влияют на жизнь большинства; только узкий круг лиц имеет реальную информацию; большинство участников не могут застраховать свои основные риски.


А теперь вспомним о том шабаше с курсом гривны, который происходил в 2014-2016 годах и мы поймем, что перед нами очередная экстерналия, ведь если расшатать курс национальной валюты хоть до 100 гривен за доллар, то все равно найдутся безумные покупатели и «осведомленные» продавцы, которые на этом заработают. Но только среди счастливчиков не окажется «парней из народа», ведь информация о будущем обвале курса будет доступна лишь очень ограниченному кругу лиц, обладающих к тому же всем необходимым ресурсом и инструментарием для спекуляций.

 

В структуре доходов украинцев, заработная плата составляет лишь 40%, прибыль и смежные доходы — еще 25%. Зато почти 35% — это социальные трансферты со стороны государства в виде льгот и субсидий. Конечно, можно сколь угодно долго говорить о неэффективности данной системы, но лишь ее наличие говорит о том, что украинцы действительно бедные как церковные мыши, ведь почти на 35% зависят от бюджетной помощи, и если ее убрать, вот тогда призрак абсолютной бедности действительно зашагает по стране.


Кроме того, в структуре расходов населения, накопления в финансовые активы составляют лишь 0,7% (ценные бумаги, депозиты, покупка валюты), а в нефинансовые и того меньше — 0,3% (земля, недвижимость), что в десятки раз меньше, чем в развитых странах. И наблюдаемый ныне строительный бум — это лишь жалкая имитация оного, ведь если брать минимальные стандарты возобновление жилого фонда, принятые в развитых странах, то на одного жителя нужно строить 1 м.кв. жилья в год, то есть на Украине сейчас должно сдаваться в эксплуатацию почти 40 миллионов квадратов ежегодно. А сдается в разы меньше.


Кроме того, как показывают данные Госстата, 4,35 миллиона из 14,6 миллиона домохозяйств (или 29%), не могли в полной мере получить медицинские услуги и купить лекарства. В 97% случаев, причиной тому была нехватка денежных средств. Следовательно, треть населения Украины по пирамиде Маслоу не может удовлетворить свои базовые запросы, связанные с элементарными физиологическими потребностями.


Уровень бедности украинцев — это слепок коррумпированной, рентной и монополизированной экономики, когда нищие, благодаря государственным субсидиям, молятся на то, «что их нищета гарантирована». Лишь медленная амортизация запасов прошлых лет в виде квартир, дач, накоплений, позволяет украинцам не опуститься за плинтус. Сегодня, они и не в земном аду с бедными, и не в земном раю с богатыми. Они просто живут в чистилище. Почти по Данте: «И я второе царство воспою, где души обретают очищенье и к вечному восходят бытию».

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.