С Ромасом, известным исполнителем, музыкантом и его женой Дайвой я встречаюсь в их уютном доме, в нескольких часах езды от Денвера. Небольшой дом в американском стиле, где гостеприимный хозяин вместе с женой встречают хлебом и солью, усилиями Ромаса и Дайвы превратился в маленький уголок Литвы, в котором любой гость сможет познакомиться с традиционным литовским гостеприимством, пообщаться с радушными хозяевами и отдохнуть душой от всех проблем.


Ромас и Дайва оказались невероятно открытыми и приятными собеседниками, постепенно в беседе передо мной разворачивается история их переезда из Литвы в Штаты, жизни, знакомства и карьеры. Стол ломится от традиционных литовских блюд, нетрадиционно приправленных одним из самых острых перцев в мире Carolina Reaper, который просто выбивает слезы из глаз и невероятным образом меняет вкус блюд.


Осторожничаю, микроскопические порции перца жгут, пожар приходится тушить пивом, время от времени ловлю любопытный взгляд хозяина. Сам Ромас, в отличие от меня, не осторожничает, накладывает себе горку перца, перемешивает его с едой и с нескрываемым удовольствием поглощает без видимых последствий!


В Штаты Ромас приехал 28 лет назад в 1990 году, через шесть месяцев после объявления Литвы о независимости и выхода из состава СССР. Эмигрантский хлеб, пока не получилось найти себя в Штатах, оказался нелегким, полным взлетов и падений. Путь в Америку начался в 1985 году, когда Ромасу удалось найти в США брата отца, с переписки на немецком. По прошествии некоторого времени родственник пригласил к себе в гости и отца Ромаса и самого Ромаса с женщиной, на которой он тогда был женат.


«Мой отец с братом не виделись 39 лет. Боже, я хорошо помню, что такое железный занавес, для меня, для отца и жены возможность уехать из СССР, была чем-то совершенно невероятным! Никто из нас не верил, что Советский Союз падет, когда мы уезжали то расцеловались со всеми родственниками, словно бы прощались на всегда», — вспоминает Ромас.


На американскую землю самолет опустился в Нью-Йорке, там их встретили родственники экс-жены. Мегаполис ни Ромасу ни жене не понравился, множество людей, толпы, и шум все это казалось чужим и непонятным, была даже шальная мысль вернуться назад. К давно потерянному и вновь обретенному родственнику они втроем выехали автобусом, банально не хватило денег на билеты на самолет. В пути в автобусе они провели 48 часов, что оказалось нелегким испытанием для 80-летнего отца Ромаса.


Тем не менее даже опыт путешествия автобусом оказался совершенно иным нежели в СССР. В американском автобусе был кондиционер, можно было получить кофе и там был туалет! «Когда я приехал сюда, мне жизнь казалась чудом, все было необычным, отличалось от той грустной и серой советской реальность, которая царила тогда в Литве. Когда я впервые пошел в американский супермаркет за покупками, я расплакался как ребенок. Сейчас, когда Литва свободна и уже 28 лет может строить свою судьбу, трудно поверить, что жизнь из-за советской оккупации была такой…», — вспоминает советский период в своей жизни и жизни Литвы Ромас.


Первую работу в Штатах Ромас получил в китайском ресторанчике, владельцем которого был китаец. И Ромас, литовец из глубинки, вся жизнь которого прошла за железным занавесом начинает работать на Уолтера Ванга. «Я радовался что мне дали работу, поверили, дали работу кладовщиком, мясником на кухне и курьером китайских продуктов на склады больших супермаркетов, доверили все ключи. В ресторане я проработал полтора года, брался за все, что предложат, иногда рабочий день продолжался до 18 часов в сутки», — делится воспоминаниями Ромас.


После Заблецкас познакомился с поляком, который оказался его соседом, тот помог ему найти работу на заводе, где за час платили на три доллара больше, чем в китайском магазинчике. Для того, чтобы купить автомобиль Ромасу понадобилось полгода, еще два с половиной, чтобы заработать на дом. Все это для человека, который только-только вырвался из-за железного занавеса, казалось необычным и фантастическим. «Как сейчас помню, какая у меня была эйфория, я купил сигарет и в первый раз на своем собственном автомобиле поехал на озеро купаться и отдыхать. Сел на пляже и подумал, что моя американская мечта сбывается», — улыбается Ромас.


Сейчас мы беседуем о Литве, хотя Ромас и Дайва в Штатах уже давно, они продолжают пристально следить за тем, что происходит на родине. «Странно, что у нас столько спорят по поводу разрешать ли там, где живут национальные меньшинства или не разрешать таблички с названиями улиц на двух языках. Понимаю, что в паспортах — это проблема, но будем серьезными — зачем создавать проблему из названий улиц», — восклицает Ромас. С другой стороны, Заблецкас удивляется, что многие представители нацменьшинств, хотя и прожили всю свою жизнь в Литве, но литовский язык знают плохо или не знают совсем.


С местными поляками, здесь в США, у Ромаса хорошие отношения, все дружно, и он и они избегают общаться на темы политики, музыка — вот, что их объединяет. Наш разговор делает неожиданный поворот в сторону политики в Штатах. «Либералы все изменили, они желают предоставить всем равные права, а что это как не коммунизм? При них Америка стала другой. Если ты ничего не умеешь и не желаешь делать, так что, мне и таким как я тащить таких за уши и платить налоги на содержание таких бездельников. У бездельников условия жизни должны быть хуже, чем у тех, кто вкалывает от зари до зари», — волнуется Ромас.


Беседа продолжается и что совершенно естественно, поскольку Ромас известный музыкант и исполнитель раз за разом переходит к любимой теме музыки. В молодости собеседник играл с 16 лет в школьных молодежных эстрадных ансамблях, в 17 лет первый раз выступил на сцене в Лаздияй. Страсть к музыке выдержала испытание и учебой в политехническом училище в Алитусе и службой в рядах советской армии. После армии он стал свадебным музыкантом, а через некоторое время основал музыкальную группу «Ведрас». Здесь в Штатах он начал с того, что играл и пел с друзьями в ресторанчиках в Колорадо для местных. По его словам, было всякое, сколько раз местные ковбои, перебрав алкоголя, лезли то целоваться, то драться.


Здесь в Штатах появились его первые компакт-диски, здесь Ромас стал популярным. «Музыка для меня — это хобби, способ самовыражения. Каждый день я тружусь на двух работах — на одной я — инженер-программист кондиционеров, на другой — переводчик. Инженером я стал в Литве, программистом после нескольких лет жизни в Америке, так и объединил две профессии», — рассказывает о своей нынешней работе Ромас. Таким образом, Ромас стал, по его словам, незаменимым работником в огромной сети школ, но неожиданно здесь появились сложности: поскольку Ромас один такой инженер-программист в фирме, который присматривает за системами кондиционеров в 26 школах штата, его свободное время стало стремительно сокращаться.


Внезапно собеседник загорается мыслью показать мне что-то особенное, мы переходим в другую комнату, где у Ромаса студия, стены украшают гитары и фотографии наших, родных литовских звезд музыки и экрана. Все они гостили здесь, выступали, веселились и отдавали дань тостами, выпитыми за здравие Ромаса и Дайвы. Через минуту Ромас показывает мне, старый уокмэн, портативный аудиоплеер, который притаился на шкафу, среди разного рода сувениров. Оказывается, при помощи этого устройства Заблецкас за полгода научился английскому языку. «Я сидел, минуту за минутой слушал уроки английского, так и научился, может мне помог музыкальный слух, может то, что я уже знал русский, польский, немного немецкий», — рассуждает Ромас.


Несколько минут беседа меняет тему за темой, пока неожиданно хозяин не начинает напевать песни польских и литовских исполнителей. Легендарные мелодии заполняют студию, словно море, убаюкивают и неожиданно пробуждают тоску по Литве. Через несколько минут Ромас ненадолго прерывается, чтобы рассказать мне о том, что занимается переводами польских песен на литовский язык. Пока Ромас с головой уходит в исполнение своих трогающих душу мелодий, мы с Дайвой тихонько беседуем.


Дайва родилась в Вилиямполе, так называется один из исторических районов Каунаса. В Штаты, как и многие эмигранты, до и после нее решила уехать в поисках лучшей жизни. «Когда я была маленькой девочкой, в четвертом классе родители спросили какой иностранный язык хочу изучать, помню как сейчас — ответила — английский, потому что поеду в Америку!», — вспоминает свое детство Дайва. Уверенность, что она окажется в Штатах, не покидала ее всю ее жизнь, пока детская мечта не стала реальностью.


Тем не менее первые впечатления оказались не из лучших, после приезда в Штаты Дайва поселилась у своего экс-мужа (американца) в небольшом городке Рок-Спрингс в горах штата Вайоминга. «И я вот вся такая сижу и думаю: неужели вся Америка такая! Куда я попала, что мне делать. Первое время хотела все бросить и вернуться в Литву, приходилось работать всюду, где только можно: и уборщицей и швеей, и присматривать за пожилыми людьми», — продолжает свой рассказ Дайва. Адаптация к новой жизни в Штатах, адаптация к жизни в городке, расположенном на высоте два километра над уровнем моря, заняла по ее словам, как минимум полгода. В этот период ее лучшими подругами стали белоруска Анжела и украинка Татьяна, которые помогли пережить этот тяжелый период в ее жизни.


Но это было тогда, давно в самом начале сейчас она работает в школе, заведует хозяйственной частью. Пока Дайва пыталась устроить свою жизнь, Гедрюс, ее 16-летний сын, в Литве нашел девушку. Когда женщина вернулась в Литву, чтобы забрать сына, оказалось, что он и Раса влюбились друг в друга и идею уехать из страны с мамой в США принял в штыки. «Их расставание было самой настоящей трагедией, с плачем, слезами, объятиями, большая любовь одним словом! Любовь выдержала проверку и расстоянием, и временем, они переписывались, потом поженились и сейчас у них двое детей», — вспоминает Дайва.


Сейчас у ее сына есть фирма в Америке, Раса его девушка, стала доктором математических наук, и они вместе живут на две страны и в Литве, и Штатах. Что же, эта история любви, хотя началась трагически с расставания, но превратилась в счастливую сказку. А как началась история любви Дайвы и Ромаса? По ее словам, встреча с Ромасом — это любовь с первого взгляда. Сам Ромас рассказывает, что с Дайвой познакомился во время бракоразводного процесса с прежней женой, тогда наступил сложный период в его жизни, женщины, алкоголь… и как в сказке появилась она — Дайва. Они встретились на одной из вечеринок в Денвере.


«Ты только представь себе, на вечеринке были три Дайвы, три свободные женщины, я танцевал с каждой из них. Но запала в сердце только она, которая и стала моей Дайвой, будущей женой», — рассказывает историю своей любви Ромас. Внезапно вокруг становится тихо, и я вижу, как он и она обмениваются влюбленными взглядами, а мне становится ясно, что пора прощаться, оставить этот дом и вернуться туда, где осталось мое сердце — в Литву.