В воскресенье, 17 июня, в Киеве прошел «Марш равенства». В нем приняли участие, по разным данным, от 3,5 до 5 тысяч человек. Акцию поддержали некоторые европейские политики. В частности, в колонне шли депутат Европарламента Ребекка Хармс (Rebecca Harms) и госсекретарь МИД Германии по делам Европы Михаэль Рот (Michael Rott).


По словам Елены Шевченко, главы общественной организации «Инсайт», его цель заключалась в том, чтобы обратить внимание общественности на вопросы равенства. «Наше общество не состоит из воображаемого большинства: общество состоит из очень разных групп людей — это и ЛГБТ, и разные этнические и национальные меньшинства, и люди с инвалидностью. То, что сегодня говорится, что мы [ЛГБТ] выходим и что-то навязываем — это реакция на видимость, именно поэтому „Марш равенства“ и нужен», — сказала Елена в одном из ток-шоу перед маршем.


Елена четко видит свою миссию — это не только создание условий, где представители ЛГБТ могут жить без страха, но и построение государственного строя, где верховенство закона и права человека — основа жизни. И это для нее в первую очередь основывается на просвещении. Она видит, что нежелание властей меняться и непросвещенность общества порождают консервативное лобби за так называемые «традиционные ценности». По ее мнению, традиционные ценности — не более чем удобный инструмент контроля. И эти ценности одни как у праворадикалов на Украине, так и в условиях российского режима или в Саудовской Аравии.


«Они тоже выступают против равных прав мужчин и женщин, против ЛГБТ. И понятно почему, цель-то одна. Цель — тотальный контроль. Когда в обществе четко все по расписанию — церковь, семья, дом — такое общество легче контролировать», — сказала Елена в интервью Eurasianet.org.


Мы встретились с Еленой в Тбилиси еще в апреле. Интерес к ее организации возник после скандала с проведением акции за права женщин, приуроченной к 8 марта.


Елена — молодая девушка с короткой стрижкой, пронзительным взглядом и стойким характером. Ее уверенность ощущалась с первых минут знакомства. Несмотря на сильную энергетику, Елена очень сдержанный собеседник, ей свойственно аргументировать свою позицию сухими фактами и ссылками на юридическую практику в сфере прав человека.


Организация «Инсайт» в основном предоставляет правовую защиту, психологические и медицинские консультации, и помощь в поиске работы, а также организует культурно-просветительскую деятельность, чтобы показать людям, далеким от этой тематики, что ЛГБТ-сообщество вовсе не сборище чудовищ, а просто люди. Но в своей работе «Инсайт» и другие правозащитные организации, работающие в этом сегменте, сталкиваются с множеством преград.


Во многих интервью Елена рассказывает, что «активно занималась спортом еще со школы, причем, как принято говорить, чисто мужским видом спорта — борьбой. Сначала это было дзюдо и самбо, потом вольная борьба. Это было серьезным испытанием — заниматься видом спорта, в котором превалируют мужчины, и практически нет девушек. Дискриминация и пренебрежение были практически везде. Это помогло мне осознать себя как феминистку, как человека, который борется за равноправие мужчин и женщин». По ее словам, именно в спорте пришло понимание абсурдности жестких рамок, в которые общество ставит людей.


«Неравноправие — это когда тебе приходится работать в два или три раза больше, чем мужчинам рядом с тобой, только для того, чтобы доказать им, что ты имеешь право вместе с ними заниматься этим видом спорта. Хотя твои результаты гораздо выше, чем у них, все равно тебя не воспринимают как равного. Но ведь личность всегда индивидуальна, и нужно этой личности позволять развиваться так, как ей интересно», — отметила Елена.


В спорте Елена начала понимать, что всех людей разделить только на две категории — «женщины» или «мужчины» — не просто не получается, но это приводит к своего рода потере талантов и энергии.


Действительно, реакция на ЛГБТ у украинцев очень разная. Многие, проявляя солидарность, участвуют в «Марше равенства», но есть и случаи проявления нетерпимости, со стороны как обычных прохожих, так и организованных праворадикальных группировок.


По данным правоохранителей, в этом году было задержано 57 человек. Безопасность на марше обеспечивали около 2,5 тысячи правоохранителей. В этот день были привлечены подразделения спецсил, нацгвардии и недавно созданной полиции диалога.


Организация «Инсайт» была в составе инициаторов шествия 8 марта за права женщин, во время которого Елена была задержана.


Организаторы уведомили как киевские городские власти, так и полицию. Учитывая нападения на прошлых подобных акциях, организаторы встречались с полицейскими напрямую и заранее.


Марш должен был закончиться митингом у Киевской городской администрации. К началу митинга стали происходить мелкие потасовки: в основном радикалы пытались вырвать у шествующих плакаты. Когда Елена закончила свое выступление, к ней подошли полицейские. «Они сказали, что на меня сейчас составят протокол, а потом они все там уже расскажут», — поделилась воспоминаниями активистка.


Елену обвинили в нарушении порядка проведения массовых акций. Примечательно, что административная статья (185-1, КУПаП) сохранилась еще из кодекса УССР, несмотря на решение ЕСПЧ о необходимости ее отмены (дело «Веренцов против Украины»).


Статьей предусматривается административное взыскание, но при повторном привлечении уже можно получить судимость — от штрафа до административного ареста. Такая практика может использоваться как удобный механизм для запугивать активистов, ограничивая их активность. Елена рассказывает, что в 2012 году ее уже привлекали по этой статье: тогда пришлось заплатить штраф.


После Майдана 2014 года многие активисты надеялись, что эта статья перестанет применяться, но практика показывает иное.


Более того, некоторые случаи демонстрируют, что методы работы правоохранительных органов с активистами не поменялись. Так, акция 8 марта завершилась тем, что полиция обвинила организаторов в надругательстве над государственными символами.

Сотрудники полиции и противники «Марша равенства» в поддержку ЛГБТ сообщества в Киеве


«На марше присутствовал баннер, который, по их мнению, являлся надругательством над гербом Украины. Это был арт-объект, растяжка, на котором была нарисована женщина и символически изображены инструменты насилия над ней: монета — экономическое насилие, веревка — символ физического насилия. В числе прочего был нарисован символ «Национальных дружин» — одной из националистических организаций на Украине — который похож на герб Украины. Он символизировал праворадикальные движения и давление, которое они на нас оказывают», — рассказала правозащитница.


Когда активистка с коллегой пришли в суд, то сложившаяся ситуация вызвала тревогу: в зале суда, занимая все свободное место, находились около 40 человек в балаклавах, с закрытыми лицами и с палками.


«Нам они сказали, что «сознательные граждане» будут контролировать правосудие. Правосудие при этом включало в себя оскорбления и прочие формы эмоционального и словесного насилия. Судья перенес заседание, а нас выводили через задний вход», — сказала Елена.


Главу «Инсайт» оправдали на следующем заседании. Но ей неформально сообщили, не предоставив никаких других деталей, что против нее может быть возбуждено уголовное дело, таким образом продолжая давление уже со стороны правоохранительных органов.


Елена подчеркивает, что проблема с давлением на активистов, особенно тех, кто работает по теме равенства, существует не только на Украине. Это особенно характерно для стран Восточной Европы.


«Везде, где усиливаются праворадикалы, они начинают проталкивать свою повестку, в которой важное место отведено ненависти. Ненависти к ЛГБТ, к мигрантам, ко всем, кого можно тем или иным способом идентифицировать как чужого. Потому что ненависть к чужакам — это для них способ сплочения «своих». Без ненависти все эти движения сразу же утрачивают смысл», — объяснила Елена.


Но кроме праворадикалов существуют еще и структуры, которым открытость, равенство перед законом и свобода мысли просто не выгодна.


«Например, вопрос о реформах неизбежно упирается в борьбу против коррупции, потому, что коррупция — самый важный феномен, который консервирует старые отношения. Но старая верхушка — а она почти не поменялась — в этом не заинтересована», — заявила правозащитница.


«Так, например, в западной Украине практически повсеместно проводятся уроки «христианской этики», а уроков прав человека нет, уроков толерантности нет, сексуального просвещения нет, даже светской этики нет, — отметила Елена. — И этими уроками задаются рамки мышления, ограничивая свободу мысли. С детства задаются рамки: вот ты родилась девочкой и у тебя такая-то задача, ты родился мальчиком — у тебя такая-то. И ты не можешь выйти за эти рамки. В учебниках по христианской этике написано приблизительно следующее: если у тебя возникают какие-то вопросы или ты что-то не понял, не принимай решение самостоятельно, иди к батюшке, и батюшка тебе скажет, как правильно. Как тут может развиваться какое-то самостоятельное мышление, умение принимать решения и нести за них ответственность?».


Нечто похожее происходит и с праворадикальными движениями и властями. На Украине у правых организаций есть меморандум о сотрудничестве друг с другом, подписанный в 2017 году. Есть меморандум о сотрудничестве УПЦ КП с «Правым сектором» (запрещенная в России организация — прим. ред.). Есть и меморандум о сотрудничестве правых организаций со Всеукраинским советом церквей (Всеукраїнська рада церков) — организацией, сотрудничающей и с государственными органами.


«И, глядя на это, понимаешь, что правые организации не воспринимаются государственными органами как враждебные», — заключила активистка.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.