Пока Наталья идет по туннелю к выходу на стадион, ее сердце начинает биться чаще, а в голове проносится множество образов. Именно ей досталась честь представить Кубок мира 78 000 вдохновленным зрителям на московском стадионе «Лужники». По телевидению церемонию будут смотреть два миллиарда человек. Болельщики затянут национальный гимн. Это день большой гордости для всей России и особый момент некогда бедной нижегородской девочки, которая смогла стать топ-моделью и мировой звездой, появиться на рекламных плакатах и обложках журналов по всему миру и, наконец, возглавить большой благотворительный фонд.


Снаружи черные лимузины из кортежа Владимира Путина остановились перед красной ковровой дорожкой. Ему предшествовали около 20 глав государств. По VIP-трибуне проходит волна. Все поворачивают головы, чтобы взглянуть на российского лидера в ложе для почетных гостей. На первом матче Чемпионата мира удобно устроившийся в кресле президент России смаковал триумф национальной сборной. Там к нему присоединился наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед ибн Салман, о котором на Западе не было новостей несколько недель.


За несколько часов до того мы встретились с Натальей для интервью в скромной гостинице в центре Москвы. Вместе с ней в столицу приехали ее старшие дети Лукас, Виктор и Нева, тогда как младшие сыновья Максим и Роман остались в Париже. Они собирались смотреть маму по телевизору в кабинете их отца Антуана Арно (Antoine Arnault), который занимается вопросами имиджа и связей с общественностью в LVMH. Несмотря на внешнее спокойствие, Наталья понимает значимость долгожданного события. Как и Путин (тогда он занимал пост премьера), она была в Цюрихе в декабре 2010 года, когда Россия получила от ФИФА право проведения чемпионата. Накануне вечером она присутствовала вместе с президентом, высокопоставленными чиновниками и звездами на прошедшем на Красной площади концерте классической музыки под руководством дирижера Валерия Гергиева.


«Очень страшно оказаться в прямом эфире под взглядами миллионов зрителей, — признает Наталья размеренным и негромким голосом. — Я ощущаю на себе огромную ответственность в столь важный для страны момент». С первых же слов Наталья начинает описывать тонкости и богатство русской души: «Я очень тесно связана с моей страной и всем, что она включает в себя, в том числе некоторой меланхолией и сложным чувством величия. Россия зачастую воспринимается сквозь стереотипы. Я боролась с ними всю свою жизнь».


С точки зрения простых россиян, история Натальи представляет собой настоящую сказку. Нижегородская золушка смогла вырваться из пут, стать суперзвездой и взлететь на вершину мира. Когда она встречается с ними на улице, они выражают ей любовь и признательность. Она сама согласна с метафорой о сказке, но лишь до определенного предела: «Если бы история Золушки продолжилась, не уверена, что она сразу бы стала принцессой в собственном замке. Ей захотелось бы действовать, добиться уважения за то, чего она достигла. Если работаешь с детства, у тебя не получится измениться за день и растянуться на пляже, наслаждаясь роскошной жизнью, которую принес успех».


С первых же слов становится ясно, что разговор пойдет не о моде, роскоши и пляжах Миконоса и Ибицы. Как вчера, так и сегодня, Наталья Водянова демонстрирует характер активистки, который был сформирован травмами трудного детства и страшной бедности в квартире площадью в 20 м2, где они жили с матерью и двумя сестрами (одна из них, Оксана, страдала от сильного аутизма). «Мы были отверженными и считались чужими в обществе, потому что мама вопреки всем решила оставить сестру дома, а не сдать ее с рождения в специализированное учреждение. Врачи считали, что она проживет не больше десяти лет. Об этом говорила вся их статистика. Там такие дети как Оксана умирали, когда им не было еще и десяти, потому что с ними никто не говорил и не гулял. Они были брошены обществом. Благодаря любви семьи, моя сестра смогла научиться ходить. И сейчас она счастлива».


«Пари Матч»: Дискриминация закалила вас?


Наталья Водянова: Она сделала меня очень стойкой. Я никогда не стыдилась того, что моя сестра — аутист, но это постоянно ставило нас в изоляцию. Соседи ненавидели нас, потому что она громко кричала ночью. Дети в школе не понимали, что происходит, и никто ничего им не объяснял. Поэтому они вели себя жестоко. Нам с сестрой довелось испытать на себе самую разную враждебную реакцию. На нас плевали.


— В 16 лет вы стали моделью. Это открыло перед вами двери?


— У меня ушло полгода на то, чтобы уехать из России. Я ничего не знала об этой профессии, и поначалу она совершенно меня не интересовала. У меня была моя маленькая жизнь. Мы выживали. Мы с другом продавали фрукты на рынке. Иногда бывает трудно оставить все позади.


— Ваша бабушка купила вам билет до Парижа?


— Она купила несколько, потому что я не решалась поехать в аэропорт и сесть в самолет. В конечном итоге она купила билет с изменяемой датой. По ее словам, что угодно было лучше, чем оставаться в Нижнем Новгороде.


— Какое впечатление произвел на вас Париж по прибытии?


— Я сразу же влюбилась в Париж. Меня поразил простой шик парижанок, которые выглядят элегантными словно без усилий, всегда прекрасны, при этом не перегибая палку. Это повлияло на мой стиль.


— Тогда вам было 19 лет. Сейчас вам 36, и у вас пятеро детей. Редкий случай в вашей профессии!


— На самом деле, все изменилось. Сейчас актрисы, певицы и модели не боятся заводить детей. Как бы то ни было, в период моей первой беременности это было в новинку. Некоторые женщины боятся испортить фигуру. Они хотят добиться всего перед тем, как завести первого ребенка.


— Несмотря на огромный успех в модельном бизнесе, он, судя по всему, быстро вас утомил…


— С 2002 года я оказалась зажата несколькими эксклюзивными контрактами с брендами одежды и косметики. Неизвестности с будущим не было. У меня оказалось слишком много свободного времени. Я с детства привыкла усердно работать. Быть моделью стало слишком комфортно, а я не могу приспособиться к комфорту. Я никогда не позволяла себе лениться.


— В 22 года вы занялись гуманитарной деятельностью и создали фонд «Обнаженные сердца». Вам хотелось поделиться тем, что принес вам успех?


— Я не пыталась очистить совесть. Мне нужно было действие, цель. Мне нужно было за что-то бороться. Я была в Москве в сентябре 2004 года, когда террористы взяли в заложники сотни детей в школе Беслана. Страна пережила шок. Это было невыносимо для меня как для матери. Когда взорвалась первая бомба, и некоторые дети смогли сбежать через дыру, они не бросились в убежище, а побежали пить воду из-под крана. Террористы застрелили их. Я никогда не забуду эту картину.


— Что вы могли предпринять?


— Я подумала о том, что могло понадобиться выжившим детям. Мне захотелось построить игровые площадки для того, чтобы они почувствовали себя в безопасности, забыли о проблемах и могли вырваться из ужасных реалий их жизни. Когда я была маленькой, мне некуда было пойти.


— Ваш первый сбор средств был успешным?


— Мы собрали достаточно средств на строительство первой игровой площадки. Все тогда помогали Беслану и пострадавшим семьям. Тогда я решила построить мой первый парк в Нижнем Новгороде, в пяти минутах от того места, где я жила. Это был первый в стране «инклюзивный» парк, оборудованный в том числе для детей-инвалидов.


— Это стремление стало историей вашей жизни?


— Сегодня я рассматриваю мою работу как миссию. Изначально «Обнаженные сердца» не были созданы специально для таких детей, как моя сестра-аутист. Тем не менее с течением лет борьба за их включение стала моей целью. Накануне Чемпионата мира мы полностью обновили первый парк при поддержке фирмы «Кока-Кола». Фонд построил 13 ярких и безопасных игровых площадок в каждом городе-организаторе Чемпионата мира. Для детей из бедных районов сходить в такой парк — это все равно, что попасть в Диснейленд. В день открытия в моем городе их было 4 000. Когда я перерезала ленточку и увидела, как они радостно бросились в парк, то поняла, что у нас все получилось. Тогда на волне эмоций я пообещала построить 500 таких парков по всей стране. Сейчас их 200, но у меня еще есть время, мне всего 36 лет.


— Подобно тому, как Трамп провозглашает «Америка прежде всего», Путин заявляет «Россия прежде всего». Что вы думаете о нем, как о президенте?


— Политика — не моя сфера. Но я не сомневаюсь, что он как президент ставит Россию на первое место. Он защищает страну, и поэтому россияне поддерживают его. С распадом Советского Союза Россия потеряла часть души, единства, величия и идентичности. Президент Путин некоторым образом вернул все это народу.


— Ваша пара с Антуаном Арно тоже представляет собой встречу двух культур. Он быстро познакомился с вашей семьей в России…


— Да. Антуан приехал в Нижний Новгород. Он всех видел. Было смешно, потому что, как и все иностранцы, он думал, что я родом из маленького городка, несмотря на все мои рассказы. Сейчас же это один из городов, которые принимают Чемпионат мира.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.