Этот текст продолжает серию репортажей о России, подготовленных Юнисом Аль-Хараши во время его посещения Чемпионата мира по футболу. Мы уже перевели его восторженный отклик на российские общественные туалетывпечатления от посещения Вернисажа в Измайлово, заметки про его путешествие в Калининград, а также его восторг от российских мечетей.

Зона ответственности российских сотрудников полиции заканчивается в определенных местах, таких как входы на стадион, к примеру. За ними начинается работа частной охраны, волонтеров и, разумеется, секретной службы безопасности с ее особыми механизмами. Чемпионат мира — это не игра, это мероприятие с очень большими ставками. Поэтому, находясь на стадионе, в какой бы ее части вы ни были, вы чувствовали, что все тщательно отслеживается таким образом, что внушает спокойствие. В частности, не было никакого скопления сил, которое создавало у вас впечатление, что ожидается нечто плохое. Напротив, наблюдение велось издалека, что побуждает вас двигаться свободно. Это свобода под наблюдением со стороны.

В аэропорту

Когда мы хотели сойти с самолета, который доставил нас в Москву за день до открытия Чемпионата мира по футболу в июне, нас неожиданно попросили остаться на своих местах для проведения процедуры, которую медицинская бригада завершила в течение нескольких минут. Это мера, необходимая для безопасности страны и ее гостей. Затем поднялась медицинская бригада, состоящая из двух пожилых женщин в спецодежде, за которыми последовали двое чиновников.

У каждой из женщин в руках был специальный прибор, который был похож на инфракрасный аппарат для измерения температуры тела, чтобы проверить каждого человека и убедиться, что он не является носителем инфекционных заболеваний. Со всей серьёзностью и ни разу не улыбнувшись, они начали работать, а затем спокойно ушли, как будто их не было с нами раньше в самолете. Через несколько минут нам дали зеленый свет, чтобы сойти с самолета.

То, что произошло, казалось ужасным предзнаменованием. Это Россия, о которой нам рассказывали. Она напрочь лишена улыбки. Здесь слишком много серьезности. Мы ожидали, что нам придётся помучиться, однако, последующие события подтвердили обратное. Позже мы узнаем, что безопасность не обсуждается, но вселять в других чувства безопасности и комфорта более, чем необходимо. Именно поэтому все работают с такой серьёзностью, которую мы наблюдали с самого начала. Это беспрекословная, но дающая плоды суровость.

В аэропорту мы прошли весьма тщательный досмотр. Большая его часть, как казалось, была осуществлена службами безопасности неявным образом. Так, повсюду в аэропорту были камеры: сверху и снизу, по бокам, справа и слева, а также у входа. Однако, странно, что досмотр не был более тщательным, чем в аэропорту имени Мухаммеда V в Касабланке. В тот момент мы поняли, что сотрудники службы безопасности в Марокко, которые отличаются своей строгостью и тщательно проводят досмотр, оказали большую услугу своим коллегам в России. Таким образом, вся работа была проделана в Марокко, и то, что произошло в Москве, это лёгкая проверка, не более того.

После того как мы прошли через рентген-аппараты, не снимая, на этот раз, ремни и обувь, все стало проходить ещё более гладко, тем более, что механизмов было очень много. Путь от самолета до выхода из аэропорта занял не больше получаса. Снаружи мы снова заметили охранников, но их было не так много. По пути в отель, а это отняло у нас около полутора часов, хотя он находится всего лишь на окраине города, а не за его пределами, то есть в городе, который относится к столице, мы не увидели каких-либо пунктов служб безопасности. На следующий день мы поняли, что обеспечение безопасности на Чемпионате мира по футболу, возложенное на российские службы при содействии со стороны органов безопасности 35 стран, осуществляется в соответствии с логикой «улыбайтесь, вы инспектор».

Перемещайся свободно, сотрудники полиции окружают тебя со всех сторон

С самого начала было ясно, что существуют определённые инструкции насчет того, как взаимодействовать с массами во время чемпионата. Цель состояла в том, чтобы разрушить стереотипы по отношению к России, распространяемые в западных СМИ. Это достигалось через умение свободно общаться с гостями мероприятия, свободу перемещения и отсутствие вмешательства. Разумеется, исключением являлось взаимодействие с теми, кто нарушает общественный порядок, очерняя страну, и наносит любой другой ущерб России. Это случилось с теми, кто готовился к незаконной миграции в соседние страны, а также с российскими болельщиками, которые перешли границы, празднуя выход российской сборной в четвертьфинал. Тогда вмешательство было особенно жестким.

Кроме того, сотрудники полиции в форме перемещались повсюду и разными по размеру группами. Когда речь шла о Красной площади, музее «Эрмитаж», центра Калининграда или стадионов, то там они присутствовали в большом количестве. Что касается мест, расположенных далеко от центра того или иного города или стадиона, то там практически не было ни машин сотрудников полиции, ни их самих. Ярким примером было место, где мы остановились, а именно гостиница в районе Ховрино, пригороде столицы. Единственный охранник, которого мы обнаружили в отеле, работал на частную охранную фирму.

Когда мы несколько раз выходили в парк, расположенный напротив отеля, который представляет собой очень широкое пространство у большого озера и находится рядом с психиатрической больницей, то не встретили ни одного охранника, но зато заметили камеры, установленные на каждом углу. Из этого можно было заключить, что все находится под наблюдением, а это в свою очередь дает людям возможность спокойно передвигаться и чувствовать себя в безопасности.

Однажды мы возвращались в отель около 2 часов утра. Двигались мы не спеша. По пути, а нам оставалось пройти расстояние около 1500 метров до пункта назначения, мы заметили женщину в возрасте 40 лет или чуть старше, которая, судя по всему, ждала такси. Она не сдвинулась с места. Мы не чувствовали, что она испугалась или ей стало некомфортно при виде нас, иностранцев, арабской внешности. Не было ничего того, что рисуют в своём воображении люди благодаря западным средствам массовой информации. Мы прошли мимо, отправившись дальше, а женщина осталась стоять на своём месте, как если бы ничего не произошло.

Во время пребывания в России нам стало очевидно, что план, который страна разработала для обеспечения безопасности на Чемпионате мира по футболу летом 2018 года, полностью отличается от того, что был принят властями Бразилии во время Олимпийских игр летом 2016 года. Мобилизация сил в Бразилии в тот период была очевидной: к организации Игр приложили руку даже бразильские военные. Их было очень много, и они имели в своём распоряжении тяжелую технику. Однажды они даже использовали танки для охраны ипподрома. Здесь, в Москве и других городах Чемпионата мира, была использована мягкая сила или дистанционное наблюдение. Даже когда некоторые болельщики пили алкоголь и праздновали, как это было на Красной площади в Москве, сотрудники в форме окружали их на большой дистанции и ждали, пока люди не закончат празднование и не уйдут, после чего также уходили.

Камер больше, чем деревьев и камней


Несколько раз случалось так, что инспекции в аэропортах проходили более тщательно. Почему? Это известно лишь сотрудникам безопасности. Однако, это происходило только в зонах вылета, в то время как в зонах прилета процедуры проходили очень быстро. Однажды мы направлялись к последнему поезду, идущему из аэропорта в центр Москвы, чтобы потом поехать на метро. К нам неожиданно подошли охранники в форме. Они попросили нас поторопиться, а затем открыли перед нами двери без каких-либо досмотров, чтобы мы могли сесть в поезд.

Что касается проверок по любому другому случаю, то они имели место, и в этом нет ничего плохого. Когда мы отправлялись обменивать валюту, заселялись в номерах гостиниц или покупали сим-карты, нас просили лишь предоставить заграничный паспорт и вместе с ним «волшебный» документ, чтобы посмотреть наши данные, проверить их или записать. Паспорта вместе с валютой могли подвергаться чрезмерным проверкам. В частности, их пропускают через специальные приборы и в мерах предосторожности процедура повторяется несколько раз.

Представьте себе количество камер, которые окружали нас повсюду. В метро, ​​в переходах и на лестницах, у билетных касс, на входах и выходах, на улицах, в переулках, в гостиницах, в закрытых и открытых общественных местах, — повсюду были установлены системы видеонаблюдения. Это объясняет, в частности, отсутствие большого количества сотрудников охраны у выходов со станций метро рядом с Красной площадью. Для нас было недостаточным наличия рамок у входа и выхода из метро. Но мы понимали, что системы наблюдения развиваются, его механизмы стали более эффективными и все больше внушают людям, что свобода передвижения стала большей, чем раньше.

Красивым моментом во всем, что происходило при содействии служб безопасности из 35 стран, согласно официальным заявлениям, было то, что все сотрудники, будь то мужчины или женщины всем улыбались. Хотя по всему миру распространено обратное и сотрудники службы безопасности обычно не улыбаются и выглядят уставшими. Таким образом, в России многие из тех, кого мы видели, улыбались нам и с огромным удовольствием разрешали нам их фотографировать.

Безусловно, в России есть очень плохие примеры насильственного вмешательства сотрудников безопасности, свидетелями которых мы не были. Возможно, это происходило до или после чемпионата. Тем не менее, те, кто присутствовал на мероприятии, подтвердили, что благодаря механизмам наблюдения, которые были очень эффективными, они могли наслаждаться присутствием на главном спортивном мероприятии, не опасаясь воров, бандитов или злоупотреблений со стороны властей.

«Волшебный» документ


Каждый, приезжающий в России, получает специальный документ — миграционную карту, которая представляет собой небольшой тонкий лист бумаги. Его просят сохранить, поскольку бумагу нужно будет вернуть при выезде из страны. По этой причине все уделяют ему большое внимание, однако все же случается, что они портятся или теряются, и горе тому, кто с этим сталкивается.

Предполагается, что в случае утери данного документа, его владелец должен сообщить об этом в течение трех дней. Это очень важно, о чем свидетельствует информация в офисах иммиграционных служб о том, что в случае порчи или утраты миграционной карты иностранный гражданин обязан в течение 3 дней заявить об этом в ближайший по месту своего нахождения территориальный орган ФМС России для бесплатного получения дубликата испорченной или утерянной миграционной карты. Выезжая из страны, иностранный гражданин обязан сдать миграционную карту сотруднику пограничной службы в пункте пропуска через государственную границу Российской Федерации.

Судя по всему, этот документ используется в целях безопасности. С одной стороны, это вынуждает его владельца бережно хранить документ и не нарушать законы, находясь в российской столице. С другой стороны, тем самым подтверждается въезд, выезд и транзит из разных пунктов, зарегистрированных традиционным способом, то есть при помощи бумаги и ручки. Так или иначе, любой сотрудник, обеспечивающий контроль, работает, не полагаясь на другие органы, деятельность которых может быть приостановлена в той или иной чрезвычайной ситуации.