Похоронили Иосифа Кобзона. На еврейском кладбище, с прочтением кадиша (молитва — прим. ред.). Год назад, к 80-летию певца я написал несколько строк. Перечитывая их сегодня ни от одного слова не могу отказаться. Только не прожил он еще 40 лет, не дожил до 120. А добавить могу одно — он был среди тех немногих, считанных, кто пошел к заложникам на Дубровку. И спас нескольких.

А свадьба дочери в синагоге на Поклонной горе! Я думаю, он был первым из людей его уровня и круга, пошедшим на это. Да, он плохо отзывался об Израиле. А как бы отзывались вы, если бы вам был запрещен въезд в страну? Он не был большим мудрецом — он был гордым советским евреем. И вообще, давайте за считанные дни до дня Суда, не будем говорить плохо об ушедшем.

Вот мой прошлогодний текст.

Исполнилось 80 лет Иосифу Кобзону. И в этот день мне хочется не пнуть его, что не делает только ленивый, не восхищаться им, что сегодня тоже ожидаемо, а вспомнить четыре момента его биографии, о которых почему-то никто не говорит.

В годы глухого «застоя», когда идиш с эстрады был практически не слышен, Иосиф Кобзон, гастролируя по Союзу, включал в свои программы еврейские песни и пел перед многочисленными аудиториями. И помнят это тысячи.

Уже после перестройки Иосиф Давыдович всегда (если это не мешала его гастрольным планам) участвовал в вечерах, устраиваемых различными еврейскими организациями. И делал это без гонораров.

Иосиф Давыдович Кобзон был единственным депутатом Думы, покинувшем зал заседаний, когда на трибуну вышел генерал Альберт Макашев. Надеюсь, многие помнят его неоднократные и гнусные антисемитские речи. Ни один либеральный депутат не вышел из зала. Только Кобзон.

В 1987 году в Израиле к девяти годам заключения был приговорен советский шпион Шабтай Калманович. На свободу он вышел в 1993. Говорят, что решающим голосом, просившим о его помиловании, был голос Кобзона. И вытаскивал эту гнусь из израильской тюрьмы он только по одной причине — мол «еврейский парень сидит в тюрьме». О том, что этот «парень» причинил вред евреям (и судя по сроку — немалый), Кобзон не думал. Не дано ему было это понять. Но… «еврей в тюрьме» — решило все.

И когда, прожив еще половину того, что он прожил, предстанет Иосиф Кобзон перед Судом, простят ему все его глупости. Ведь что с него взять — он певец. Нелюбимый мною, но певец — и этим все сказано.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.