Канцлер Германии Ангела Меркель заявила этим летом о том, что «когда поколение тех, кто пережил войну, будет не с нами, мы узнаем, научила ли нас история». Будучи польским евреем, рожденным в 1925 году, я пережил Варшавское гетто, потерял семью из-за Холокоста, служил в специальном отряде Армии Крайовой, участвовал в Варшавском восстании в 1944 году, я знаю, что значит быть на острие европейской истории.

И я боюсь, что битва за вынесение правильных уроков из тех времен под угрозой поражения. Сейчас живу в Тель-Авиве и издалека наблюдаю за тем, как в последние годы «диванные патриоты» в Польше пытаются эксплуатировать и манипулировать памятью и опытом поколения, которое прошло Вторую мировую войну. Вероятно, они думают, что продвигают «национальное достоинство» и прививают «гордость» молодому поколению. Но на самом деле они выращивают будущие поколения в темноте, без знаний о сложности войны, поколения, обреченные повторить ошибки, за которые было уплачено такую высокую цену. Но это не только польский феномен.

Это, по мнению автора, происходит во многих уголках Европы. Молодым европейцам прежде всего следует помнить тех, кто пережил Вторую мировую войну такими, какими они были, а не такими, какими хотелось бы их видеть. У нас были такие же недостатки и слабости, как и у современной молодежи. Большинство из нас не были ни героями, ни монстрами. Конечно, много людей сделали невероятные вещи, но в основном это происходило только под давлением чрезвычайных условий. И даже тогда настоящими героями были единицы среди них. И себя к ним я не причисляю.

Это же касается и тех, кто не придерживался моральных обязательств в те времена. Конечно, много кто совершил такие преступления, которые не возможно простить. Но все равно важно понять, что мы были поколением, которое жило в страхе, а страх заставляет людей делать страшные ошибки. Пока не почувствуешь его, не сможешь по-настоящему понять.

Во-вторых, не существует такой вещи как «героическое поколение» или «героический народ», так же как и абсолютно злой народ. Я неоднократно сталкивался с равнодушием и нежеланием помогать со стороны поляков. А теперь, на протяжении последних лет, национальная гордость в Польше постепенно превращается в самодовольство. Самодовольство потом станет самолюбием и агрессией. И именно поэтому нельзя и в дальнейшем не обращать внимание на грубые ошибки прошлого всех сторон.

Ведь правда в том, что во времена Второй мировой войны, будучи солдатом польского подполья и евреем, я имел дело как с поляками, которые под угрозой смерти помогали и укрывали его, так и с теми, кто пытался воспользоваться моим уязвимым положением. И хотя Третий рейх уничтожил тогдашний мир, именно немецкая женщина спасла мне жизнь и познакомила с польским подпольем.

В-третьих, не недооценивайте сокрушительную силу лжи. Когда война только вспыхнула в 1939 году, моя семья бежала на восток и поселилась в оккупированном войсками СССР Львове. Город был переполнен беженцами, а слухи ходили о том, что будут массовые депортации в ГУЛАГ в Сибирь и Казахстан. Чтобы успокоить ситуацию, советский чиновник выступил с речью, провозгласив, что слухи ложные. Сегодня это назвали бы «фейковыми новостями». И любой, кто их распространяет, будет арестован. Через два дня после этого начались высылки в ГУЛАГ, которые привели к смерти тысяч людей. Все эти люди и миллионы других включительно с членами моей семьи были убиты ложью.

Моя страна и большая часть континента была уничтожена враньем. И теперь ложь грозит не только памяти о тех временах, но и достижениям, которые были воплощены за этот период. У сегодняшнего поколения нет роскоши утверждать, что его не предупреждали или оно не понимало последствий, к которым ложь может привести.

Противостоять лжи иногда означает иметь дело с тяжелой правдой о себе и своей стране. Проще простить себя и осудить другого, чем наоборот. Но порой это приходится делать. Нельзя даже не думать, что нынешний мир просто не может развалиться так же как и тот, который был до Второй мировой войны. Это важнейший урок из Второй мировой войны, о котором часто забывают.

В один момент я наслаждался идиллическим юношеством в своем доме в Лодзе, а в следующий мы уже были вынуждены бежать. Я вернулся в свой пустой дом через 5 лет после того, но уже не как беззаботный мальчик, а как тот, кто пережил Холокост, воевал в Армии Краевой и жил в страхе перед сталинским НКВД. На этом все не закончилось. Мне пришлось переехать в Палестину и принять участие в войне за независимость Израиля.

Когда приходит катастрофа, оказывается, что все мифы, которые когда-то воспевали, на самом деле не приносят никакой пользы. Становится очевидным, что означает жить в обществе без морали, где все ожидания и предрассудки разрушаются на глазах. А потом, после всего, придется наблюдать как медленно, но уверенно, эти жестокие уроки забывают с сокращением количества свидетелей, в то время как новые мифы занимают их место.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.