Холодным январским вечером я припарковался на обочине в промышленном районе Санкт-Петербурга. Там мы договорились встретиться с человеком, которого я дальше буду звать «Олегом».

Олег водит Джип «Гранд Чероки» ZJ 1996 года выпуска. В комплектации «Орвис» у него восьмицилиндровый V-образный двигатель объемом 5,2 литра. Пока мы беседовали у капота его машины, на нас оборачивались прохожие, а некоторые даже одобрительно показывали большие пальцы. Другие спрашивали, сколько стоит, на что Олег зловеще отвечал: «Такие машины не продаются».

В Америке «Гранд Чероки» ZJ вошел в самую печальную стадию своего жизненного цикла. Он еще не стал классикой — как, например, «Гранд Вагонир» (Grand Wagoneer) или CJ — но и современным считаться перестал. «Чероки» угодил в чистилище вторичного рынка, став машиной, на которой рассекают старшеклассники, потому что ее не жалко «убить». Однако в России ZJ — один из немногих живых артефактов так называемых диких 90-х. Мы с Олегом попытались разобраться, откуда у джипа такая репутация. Копать, как ни крути, пришлось глубоко.

1990-е Олег застал подростком. Времена были нелегкие. Советская авторитарная система рассыпалась. Кому-то новая эпоха показалась многообещающей. Цензура исчезла, и многие потянулись за запретными плодами запада — жевательной резинкой, джинсами и бигмаками. Другим же 90-е принесли лишь трудности и невзгоды. В 1992 году инфляция достигла 2600%.

Торжественное открытие «Макдоналдса»

Для преступного мира России 90-е стали золотой эрой. Правоохранительные органы были в зачаточном состоянии, буйным цветом цвело предпринимательство, а с ним и рэкет. Организованные группировки подмяли под себя весь бизнес от уличных киосков до сибирских нефтедобывающих компаний.

На этом фоне в страну повалили подержанные автомобили со всего света — Западной Европы, Японии (кстати, этот поток не иссяк до сих пор) и Северной Америки. А ведь еще недавно в стране были лишь «москвичи» да «лады», за которыми люди стояли годами. Теперь же российские дороги заполонили самые экзотические машины — Форды «Темпо», Тойоты «Марк II» и Вольво 940. В них все управлялось кнопками, имелся впрыск топлива, подушки безопасности и даже работающие тормоза.

Россию наводнили иномарки, и в стране быстро сложилась статусная автокультура. У криминальных авторитетов было свое мерило крутизны — чем больше и дороже твоя тачка, тем лучше. Машины русских гангстеров словно предупреждали заранее: «не лезь, хуже будет!». На их вкус идеальной машине полагалось выглядеть задиристо и претенциозно одновременно. Тут для «Гранд Чероки» и наступил звездный час.

Модель ZJ могла похвастать всеми американскими удобствами, при этом была долговечна и отлично справлялась с российским бездорожьем.

Совокупность этих качеств и отличали «Чероки» от конкурентов по классу рамных внедорожников вроде Тойоты «Лэнд Крузер 80» (Toyota Land Cruiser 80) или Ниссана «Патруль Y60». Их начинка была весьма спартанской, а силенок было маловато. Благодаря же «Чероки» гангстеров в городском потоке было видно за версту. В нем запросто умещалась целая бригада с «калашами». Катить себе на «стрелку» с комфортом — спасибо сидениям с подогревом зада.

Больше всего модель ZJ полюбилась «браткам». По криминальной иерархии ехать на разборки с конкурентами выпадало именно им. Поэтому им нужна была машина, чтобы отпугивала непрошеных гостей — и пускала пыль в глаза противникам. Кроме того, требовалось побольше «лошадей», чтобы, если понадобиться, вырулить из засады по бездорожью. Благодаря восьмицилиндровому V-образному двигателю «Чероки» справлялся с этой задачей лучше других.

Мафиози высшего калибра предпочитали Мерседес S600 (на сленге «Кабан»), а бандиты катались на джипах вроде «Гранд Чероки».

Суровые российские зимы отправили на тот свет немало американских автомобилей, однако «Чероки» доказал свою жизнестойкость. Вспомним, хотя бы, Линкольн «Таун Кар» (Town Car) — а их немало бороздило российские дороги в 90-х. Мир их праху. Даже представить себе жутко, как эти несчастные лимузины обреченно громыхали по забытым богом дорогам, мечтая вернуться обратно, к кольцевым развязкам солнечной Флориды.

И все же от краж, перестрелок и случайных взрывов — примет «диких 90-х» — у «Чероки» иммунитета не было. До 21-го века дожили не все — можно сказать, преждевременно скончались.

Собрать статистику о «Гранд Чероки» в России невероятно сложно — а может, и вовсе невозможно. Ввозили их в основном серые перегонщики, и даже у тех немногих, что уцелели, документы крайне мутные. Толком не скажешь ни сколько осталось, ни сколько их вообще завезли.

Ясно одно — в руки Олега попал подлинный раритет. Сохранилась даже заводская краска болотного цвета.

Сегодняшняя Россия — совсем другая страна. Санкт-Петербург, где когда-то снимали культовые гангстерские ленты вроде «Брата», теперь кишит крафтовыми пивоварнями и кофейнями. «Дикие 90-е» закончились, экономика начала приходить в себя, а с нею неминуемо грянул новый автомобильный бум. Сегодня дорогой иномаркой никого не удивишь — они давно перестали быть чем-то из ряда вон выходящим. В крупных городах Порше «Кайенн» (Porsche Cayenne) стал столь же привычным зрелищем, как Тойота «Камри» (Toyota Camry) последней модели.

Кто-то скажет, что «Гранд Чероки» Олега в относительную стабильность современной России не вписывается. Но куда бы он ни ехал, на машину оборачиваются зеваки. В США хрестоматийные «плохиши» гоняют на Шевроле «Камаро» (Camaro) третьего поколения. В России эту нишу занял «Гранд Чероки» — его криминальная слава навеки стала частью поп-культуры.

Ближе к концу нашей беседы Олег признался: «Меня редко подрезают в потоке. Для тех, кто застал 90-е, „Гранд Чероки" — нечто заоблачное. С его владельцем лучше не тягаться».

Миша Ланин — родом из Бруклина, Нью-Йорк. Живет в Санкт-Петербурге, в окружении советским машин и музыкальных инструментов. Инстаграм.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.