Франко-сенегальский экономист и антрополог Тидиане Ндиайе считает, что масштабы торговли рабами, которую в арабо-мусульманском мире вели на протяжении тысячелетия, до сих пор не получили должной оценки. Эта страница была вырвана из истории.

Еще в 2008 году Тидиане Ндиайе опубликовал книгу «Тайный геноцид», но и спустя десять лет продолжается то, что он считает намеренным умолчанием о рабовладельческих практиках, распространенных среди арабов-мусульман между VII и XVI веками — почти тысячелетие.

Не забывая о том, что вывоз рабов через Атлантику продолжался четыреста лет, он утверждает, что «арабы целых 13 столетий подряд опустошали часть Африки южнее Сахары», и что «большинство из миллионов перемещенных ими людей бесследно исчезли из-за жестокого обращения и широко распространенной кастрации».

По мнению этого франко-сенегальского исследователя, самое время «начать изучать и открыто обсуждать арабо-мусульманский трафик рабов, приведший к геноциду — так же, как это делают в отношении трансатлантического трафика».

Diario de Noticias: Вступление к Вашей книге «Тайный геноцид» написано достаточно жестко. Можно ли сказать, что рабство у арабов-мусульман принимало наиболее тяжелые формы?

Тидиане Ндиайе: Нужно признать, что набеги арабов, которые начались еще в доколониальную эпоху, вне всяких сомнений подкосили народы Африки, у которых не было никакой передышки с момента их появления. Как показывает история, арабы стоят у истоков трагедии, которой стал вывоз рабов и само рабство, практиковавшиеся с VII до ХХ века. А с VI по XVI век, почти тысячу лет, они были почти единственными, кто промышлял этим недостойным делом. Еще до появления на сцене европейцев они успели вывезти почти 10 миллионов африканцев. Проникновение арабов на Черный континент положило начало постоянным опустошительным набегам на поселения и ужасным священным войнам, которые начинали обращенные с целью заполучить рабов своих соседей, считая тех язычниками. Когда этого казалось мало, нападали и на так называемых «братьев-мусульман» и отбирали их богатства. При молчаливом согласии арабо-мусульманского мира все это время представителей народов Африки угоняли в плен и держали в заложниках.

— Когда африканские народы были обращены в ислам, рабовладельческие практики ушли в прошлое?

— Ислам разрешает держать в качестве рабов только неверных. Но в отношении негров арабы опирались на труды мудрецов, таких аль-Димешкри: «Им никогда не был открыт закон Божий. Ни один пророк не появился в их отечестве. Они не способны воспринять такие понятия, как заповедь и запрет, страсть и воздержание. Их сознание ближе к сознанию животных. Покорность суданских племен своим вождям достигается лишь законами и правилами, которым их подчиняют примерно так же, как животных».

— Вы считаете, что «арабы Дарфура презирали негров». Сохраняется ли это презрение по сей день?

— Да. В подсознании жителей Магриба этот оставило такой глубокий след, что и сегодня для них «негр» означает «раб». Они не могут представить, чтобы негры жили среди них. Достаточно знать, что происходит в Мавритании или Мали, где северные туареги никогда не признают негритянскую власть. Потомки угнетателей и потомки жертв объединились по религиозным соображениям. Но в Ливии существуют рынки рабов! Только открытое обсуждение позволит покончить с этим. Вспомните, как во времена рабства и работорговли во Франции философы Просвещения, такие как аббат Грегуар или даже Монтескье, защищали негров, в то время как самые почтенные мудрецы арабского мира, такие как Ибл Халдун, были обскурантистами, считавшими негров животными. Ни один интеллектуал Магриба не подал голос в защиту негров. И вот по этой причине рабство приняло такие масштабы и продолжается до сих пор. В Ливане, Сирии, Саудовской Аравии домашняя прислуга негритянского происхождения живет в условиях рабства. В Африке до сих пор существует расовое неравноправие.

— Когда речь заходит о геноциде, на ум сразу приходит Холокост. Можно ли провести здесь параллель с арабским трафиком рабов, несмотря на разницу во времени?

— С самого начала работорговли на Востоке арабы-мусульмане решили, что негров нужно кастрировать, чтобы они не размножались. Несчастные подвергались ужасным вещам для того, чтобы они не могли влиться в общество и оставить в этом регионе потомство. Тому есть множество на редкость жестоких свидетельств в «Тысяче и одной ночи», которая подтверждает, насколько чудовищно арабы обращались с африканскими пленниками в своих рабовладельческих обществах, особо жестоким и унизительным образом обходясь с неграми. Полная кастрация, которой подвергались евнухи, была чрезвычайно опасной операцией. Если ее проводили над взрослыми, она оказывалась смертельной для 75% — 80% тех, кто подвергался ей. Процент смертности был ниже среди детей, которых кастрировали систематически. Но все же от 30% до 40% детей не выживали после полной кастрации. Сегодня большинство потомков африканских рабов — на самом деле метисы, рожденные вывезенными в гаремы женщинами. Только 20% из них — негры. Вот в чем отличие от трансатлантического трафика.

— Вы утверждаете, что трансатлантический трафик рабов был менее опустошительным, чем торговля рабами в арабо-мусульманском мире.

— Я бы описал как геноцид только транссахарскую и арабскую торговлю рабами. Трансатлантическую торговлю, которой занимались европейцы, нельзя сравнить с геноцидом. Не доказано, что у них были намерения истребить народ. Ведь раб, даже если условия его жизни были ужасны, был для хозяина ценностью, товаром, который должен был служить как можно дольше и быть в хорошем состоянии. У тех 9-11 миллионов вывезенных людей есть сегодня 70 миллионов потомков. В результате арабо-мусульманской торговли рабами было вывезено 17 миллионов человек, у которых остался только один миллион потомков из-за массовой кастрации, которую практиковали почти тысячу четыреста лет.

— Можно ли утверждать, что арабы являются «изобретателями» рабства в том виде, в каком мы его знаем сегодня?

— На самом деле, в древности рабство практиковалось в основном в Римской империи. По некоторым оценкам, количество рабов в обществе составляло почти 30% населения. Что касается Африки, нужно отметить, что до появления частной собственности люди трудились сообща. Когда получила распространение частная собственность, понадобилось больше рабочих рук. Разгорались конфликты, и побежденные становились рабами. Считается, что в XIX веке 14 миллионов африканцев были невольниками. И именно арабы-мусульмане поставили торговлю рабами на поток. Как заметил Фернан Бродель, торговля рабами не была дьявольским изобретением европейцев. Если трансатлантическая торговля продолжалась с 1660-х по 1790-е годы, то арабы-мусульмане держали в рабстве негров с VII по XX и были первыми, кто начал вывоз рабов.

— Вы обвиняете арабо-мусульманский мир в том, что там был осуществлен хладнокровно просчитанный геноцид. Почему об этом никто не говорит?

— Существует некое молчаливое согласие между рабами и мучителями, которое выливается в отрицание этого факта. При этом происходит самое настоящее сокрытие правды. В этом варианте «стокгольмского синдрома по-африкански» все как будто бы происходило лишь на побережьях Запада. Как если бы потомки жертв решили молчать. Да и арабские ученые и интеллектуалы постарались, чтобы от реальности этого позора остались только стертые воспоминания, как будто такого и не было никогда — и это вполне объяснимо. Правда, трудно понять позицию многих исследователей — в том числе афро-американцев, которые все чаще принимают ислам — которая похожа на самоцензуру. Поэтому я и решил написать эту книгу, чтобы прекратить замалчивание, ведь современная история и антропология — это не идеология и не религия, напротив, мы не можем постоянно скрывать очевидные факты

— Какова, по-Вашему, роль Португалии в трансатлантической торговле невольниками?

— В 1441 году португальцы случайно захватили в плен благородного мавра Адаху. Он предложил им за свое освобождение шесть негритянских рабов, которых и передал им в 1443 году. После этого Диниш Диаш высадился в Сенегале и вывез в Лагуш четверых невольников. Это и стало началом систематического трафика рабов. Таким образом, португальцы первыми начали привозить рабов для сельскохозяйственных работ. В год они вывозили от 700 до 800 пленников с рынков и из крепостей Африканского побережья. Пионером таких перевозок стало Гонсалвеш Лансароте (Gonçalves Lançarote) в 1444 году. Затем пришел черед мореплавателя Триштау Нунеша (Tristão Nunes), который закупил у мавров значительное количество рабов, чтобы доставить их в Сан-Томе и Португалию. В 1552 году население Лиссабона на 10% состояло из рабов, мавров или негров. Здесь тоже необходимо провести исследования и сохранить память об этих событиях…

— Колонизация Африки европейцами смягчила тяжелые условия, в которых находились народы этого континента, или все осталось по-прежнему?

— После того, как идеологи просвещения восприняли некоторые расистские идеи, в середине XIX века появились целые теории, проникшие в сознание множества интеллектуалов — такие как научный расизм. Если в начале завоевания англичане делали упор на научно-техническое превосходство своей цивилизации над цивилизацией «отсталых» народов, то теперь они искали «расовые предпосылки» для колонизации.

Британские социологи и ученые лишь усилили эту тенденцию, описывая негритянские народности «живыми существами, похожими на животных». И они были вдохновлены одним из научных источников того времени, трудом Чарльза Дарвина, который заканчивает свое исследование такими словами: «Человек вырос из состояния настоящей обезьяны до цивилизованного человека, проходя через такие этапы развития, как первобытные люди и дикари. На вершине эволюции стоит белый человек». Все эти умственные конструкты и привели к таким бедствиям, как апартеид.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.