Китаянка Янь Сюлань, стоя у деревянного забора своего дома, машет рукой, прощаясь с журналистом. На правильном русском она отчетливо произносит: «До свидания!».

Она родом из хошуна Арун-ци городского округа Хулун-Буир Внутренней Монголии. В 25 лет Янь Сюлань вышла замуж за русского из села Эньхэ городского округа Аргунь. Эньхэ — единственное русское село во всем Китае. Русские, а также русско-китайские метисы составляют более половины населения села, поэтому в доме своей свекрови Янь Сюлань считается представителем «национального меньшинства».

Свекровь Янь Сюлань — потомок русских в первом поколении, ее зовут Маруся. Несмотря на европейские черты лица, она говорит на беглом северо-восточном диалекте. Маруся никогда не требовала от Янь Сюлань учить русский язык, в повседневном общении между ними не существует никаких языковых барьеров, однако Янь Сюлань была решительно настроена освоить этот язык.

Начинать любое дело всегда нелегко, а для Янь Сюлань, окончившей только начальную и среднюю школу, и подавно. «Русские буквы — непонятные для меня каракули», — говорит Янь Сюлань, держа в руках краткое пособие по изучению русского языка. Чтобы не отвлекаться от работы, она выписывала слова из пособия и вешала их на стену. Так она могла заучивать слова во время работы, непрестанно что-то бормоча и повторяя себе под нос. 

Чем только не занималась Янь Сюлань: открывала ресторан, парикмахерскую, сажала овощи, выращивала цветы, стирала, готовила, пекла хлеб. «Жена старшего сына трудолюбивая и не боится трудностей». Старания невестки свекровь Маруся тоже видела. Однако совокупный объем экономики Эньхэ маленький, район глухой и отдаленный, климат холодный, транспортная и прочая инфраструктура не развита. Основной промысел местного населения — рыбалка и охота, а главные источники дохода — земледелие и животноводство. Людям тяжело предугадывать всевозможные риски, поэтому они вынуждены радоваться тому, что пошлет небо, из-за чего жизнь их сравнительно бедная.

«Годовой заработок был около 3000 юаней, хватало только на пропитание». Нужно было кормить стариков и детей, почти все домашние дела лежали на плечах Янь Сюлань, и это привело к тому, что она заработала себе некроз бедренной кости. «Тогда мы действительно были бедными, я не знала, чем можно было заняться. — нахмурившись, рассказывает Янь Сюлань. — Здесь и дороги были плохие, никто не хотел сюда приезжать».

В 2005 году городу Аргунь было выделено более 300 миллионов юаней. В селе Эньхэ была построена Площадь культуры в 1000 квадратных метров и создан центр для обслуживания туристов. В том же году правительство Эньхэ выдвинуло инициативу о развитии семейного этнотуризма с опорой на самобытную русскую культуру, фольклор и природные ресурсы. Поначалу многие сельчане отнеслись к этому проекту скептически, участников можно было пересчитать по пальцам.

Затем работники сельского правительства начали предпринимать различные меры, чтобы мобилизовать население и ознакомить его с новой политикой: это работа непосредственно с каждой семьей, коллективные собрания, сбор средств и так далее. Было выделено 100 тысяч юаней на поддержку пяти семей для добровольного создания туристических домохозяйств с русской самобытной культурой. Среди них была и семья Янь Сюлань.

Туризм для крестьянских семей, привыкших заниматься скотоводством, был сродни первой дегустации креветок — настолько был низким уровень культуры сельчан. Несмотря на их гостеприимство, уровень сервиса оставлял желать лучшего. Поэтому сельское правительство решило отправить пробные туристические домохозяйства в Россию (Читинская область, Краснокаменск и другие районы) для ознакомления: посмотреть, как разбиваются цветочные сады в русском стиле, какое внутреннее оформление имеют дома, как готовится пища, как организуется сервис и так далее. Также была приобретена русская домашняя утварь. Кроме того, в городском уезде Аргунь проводятся конкурсы по выпеканию русского хлеба, чтобы пробудить в людях соревновательный дух.

Янь Сюлань извлекла из этого немалую пользу. Она углубилась в русское садоводство, увлеклась цветоводством. Стоило кому-то обзавестись красивыми цветами, как она находила способ обменяться с хозяином на другой сорт цветов. Ярко-желтый топинамбур, лиловые цветки батата… Она внимательно отслеживала сезон цветения, просчитывала, когда продемонстрировать цветы публике, как настоящий режиссер киноленты о сельской жизни.

«Один гость из Пекина похвалил мои цветы, спросил, где я их купила». Янь Сюлань улыбнулась и позвала журналиста пройти с ней: «Посмотрите, что это?». Указав на «брюшко» цветочного горшка, она сказала: «Это я сделала из своей пижамы! Облачила горшок в одежды, и он стал совсем другим!».

К дизайну горшков Янь Сюлань подошла очень оригинально, будто любой предмет, вышедший из-под ее искусных рук, способен вобрать в себя ароматные благоухания садовых цветов. Из старой шины она сделала цветочную клумбу. Чем выбрасывать отслужившие свое упаковки, лучше повесить их на входную дверь, оконные карнизы, лестничные перила, смастерив из них оригинальные цветочные декорации.

В результате интенсивной подготовки в 2006 году этнотуризм в пробных домохозяйствах официально начал свою работу, в том году средний доход домохозяйств составил около 50 тысяч юаней. Остальные русские семьи тоже начали потихоньку присоединяться. Янь Сюлань же непрерывно расширяет масштабы своей деятельности, к 2015 году у ее семьи было уже 3 деревянных резных избы. На сегодняшний день она ежедневно может принимать около 40 человек, средний годовой доход достигает около 100 тысяч юаней. Условия жизни ее семьи намного улучшились. 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.