Едва ли на Украине найдется более отдаленное от военных действий на востоке страны место, чем живописный поселок Берегомет у подножия Карпатских гор. Берегомет находится на самом западе Украины, ближайший крупный город — Черновцы, где до сих пор витает дух Дунайской монархии. До Вены отсюда лишь чуть более 650 километров по воздуху, тогда как линия соприкосновения, как называют опасную границу между Украиной и территорией сепаратистов, пролегает почти в 1000 километров от Берегомета. Но в то время как политические проблемы Европы, словно пройдя сквозь линзу, сконцентрировались на востоке Украины, где борются за влияние Россия и Европейский союз, на западе Украины наблюдаются будущие социальные проблемы континента.

В Берегомете больше нет никого, кто позаботился бы о стариках.

Молодежь в погоне за счастьем едет в крупные города страны или за границу. Из Черновицкой области многие уезжают в Румынию, Венгрию, Словакию или Польшу, чтобы там заменить рабочую силу, мигрирующую в западные государства ЕС из этих восточноевропейских стран. Старики остаются в своих деревнях, а затем попадают в такие учреждения, как дом престарелых в Берегомете.

Так случилось с Анастасией и Марией. Но обеим женщинам повезло: по сравнению с другими жителями пансионата они отличаются весьма крепким здоровьем, а также сохранили чувство юмора. Когда президент Красного Креста в Нижней Саксонии Йозеф Шмолль (Josef Schmoll) во время визита в дом престарелых общался с обеими дамами, они, хитро улыбаясь, предложили ему взять их с собой в Австрию. Обеим этого хотелось, ведь, как они выразились, в Австрии очень красиво, и там им лучше помогут с сердечными недугами. Шмолль еще посмеялся с ними, но после разговора быстро посерьезнел.

Красный Крест должен срочно прийти на помощь Украине, заявил Шмолль: «Нам сложно себе представить, что в лечебном учреждении подобного рода нет ни одной функциональной кровати, что одеяла настолько тонкие, что не способны сохранять тепло, что нет кресел-каталок, а пожилые люди даже не бывают на свежем воздухе.

«Моя дочь за границей, так что мне остается лишь проживание в пансионате для престарелых в Берегомете. Если бы не пансионат, я вообще не получала бы ни поддержки, ни медицинской помощи, ведь из моей семьи здесь больше никого нет», — говорит Анастасия. Время от времени дочь присылает ей деньги, Анастасия также всегда с нетерпением ждет регулярных телефонных звонков от дочери — но они, конечно, не могут заменить живое общение. Анастасия говорит, что скучает по дочери.

Мобильные клиники по уходу за пожилыми людьми

Смена декораций: Восточная Украина. Врач Мария Филиппова недовольна своей 63-летней пациенткой Надей. Надя вот уже три года приезжает в сельский клуб в Нелеповку, где один раз в месяц организуют мобильную клинику. У женщины повышен уровень сахара в крови, даже слишком, — 17,7 ммоль/литр, артериальное давление — 200 на 100. В клинике Надя проходит обследование и бесплатно получает необходимые лекарства. Надя, которая проработала в государственной железнодорожной компании 35 лет, рассказывает, что живет одна недалеко от Нелеповки, обе дочери — 30 и 35 лет — проживают в Константиновке, примерно в 30 километрах от нее.

Нелеповка находится примерно в 65 километрах от восточно-украинского Донецка, так называемая линия соприкосновения отсюда всего в нескольких километрах на восток. На линии соприкосновения противостоят друг другу украинские войска и сепаратисты, которых поддерживает Москва. С 2014 года здесь ведутся бои, и в Нелеповке каждый день с востока слышен приглушенный шум взрыва гранат и ружейного огня. Неудивительно, что у Нади высокое давление.

В Нелеповке живут лишь такие пожилые люди, как Надя. Еще до войны молодые люди в поисках работы и возможностей уезжали из Нелеповки в Донецк, Харьков, Днепропетровск, Киев или за границу. С началом войны тенденция стала набирать обороты: все, кто мог, паковал вещи. А кому понравится жить у линии фронта, где каждый день идут бои?

В Золотое, недалеко от Нелеповки, приехала вторая бригада врачей и санитаров Красного Креста. Как и коллеги в Нелеповке, сотрудники Красного Креста привезли с собой аппараты для ЭЭГ-мониторинга, УЗИ, а также приборы измерения уровня сахара в крови и артериального давления. В приемной толпятся пенсионеры. Золотое, как и Нелеповка, находится вблизи линии соприкосновения.

Истории болезней пациентов характерны для возрастной группы людей, что приходят в мобильную клинику. Мария, 76 лет: высокое давление, постоянные проблемы с камнями в почках. У Раисы некоторое время назад был диагностирован диабет. Люда Дохнур, 69 лет, регулярно приходит в мобильную клинику — высокое давление, проблемы с уровнем сахара в крови. Марина, 76 лет, проблемы с сердцем, высокое давление и периодические проблемы с почками. Пожилой господин — врач Георгий Быстров уже знаком с ним — показывает свою медицинскую карту: мужчина много лет работал в шахтах региона и, как многие шахтеры, работавшие под землей, страдает от пневмокониоза. Однако при этом профессиональном заболевании возможности терапии ограничены, объясняет врач.

Доктор Быстров рассказывает, что до сих удивляется тому, как пожилые люди отреагировали на начало войны. «Старики были выносливее, сильнее. У молодежи и людей среднего возраста мы отмечали более серьезные проявления проблем с сердцем и психикой», — говорит Быстров. Доктор немало пережил за прошедшие годы, с тех пор как в 2014 году на страну обрушилась война.

В 2014 году он был начальником травматологического отделения госпиталя в Станице Луганской. В то время там лечились 800 солдат. «У нас не хватало медицинского оборудования, не было достаточного количества лекарств», — рассказывает он. Но воспоминания об этом «трудном времени» как в тумане, и нужно постараться, чтобы раскопать в памяти отдельные эпизоды того периода, говорит он. С 2015 года, когда он присоединился к бригаде мобильной клиники, воспоминания снова стали более отчетливыми, яркими, конкретными. Быстров рассказывает об одном случае, когда по пути в мобильную клинику он заметил девушку-подростка, которая перелезла через ограждение на мосту, чтобы спрыгнуть вниз, покончив жизнь самоубийством. Быстров велел остановить машину скорой, и бригада осторожно приблизилась к девушке, поставившей крест на своей жизни. Быстрову с коллегами удалось отговорить ее от прыжка. «Она перелезла через ограждение обратно и мы отвезли ее в госпиталь», — вспоминает он. Он не раз получал вести о девушке — последний раз ему сообщили, что она в стабильном состоянии. Спасение жизни — такое не забывается.

Зимняя помощь людям на линии соприкосновения

Однако помощь Красного Креста на востоке Украины не всегда приходит в облике врача или санитарки. Красный Крест помогает людям, проживающим в критической зоне, пережить зимний период.

Дом 24-летней Лины Каритиной, расположенный всего в 10 километрах от линии соприкосновения, пострадал от взрыва гранаты пять лет назад. Местная администрация тогда помогла ей приобрести новые окна, но в этом старом доме из-за отсутствия теплоизоляции изрядно сквозит.

Лина Каритина — одна из почти 3,5 миллиона человек, нуждающихся в помощи, а также одна из около 600 тысяч человек, живущих вдоль линии соприкосновения, которая разделяет контролируемые правительством области и территорию сепаратистов.

Если бы не регулярные перестрелки, то в саду Каритиной практически царила бы идиллия. Лай собаки, кудахтанье кур, пение петуха и гогот гусей.

Но двор выглядит заброшенным, прежних обитателей разбросало по всем сторонам света: родители уехали из поселка и живут в Киеве, семеро братьев и сестер переехали в Краматорск, в родительском доме осталась лишь она одна со своими сыновьями Антоном и Максимом. Никто из родственников не решается вернуться, говорят, что это слишком опасно. Так же, как и родня Лины Каритиной, здесь думает большинство: из 255 домов в поселке заселены лишь 17, жители остальных разъехались.

Предпринимательство с подачи Красного Креста

Еще одна составляющая деятельности Красного Креста — оказание помощи людям, начинающим новую жизнь. Одним из тех, кому принесла пользу эта программа, является 41-летний Алексей Скаливенко. Алексей повредил позвоночник в результате несчастного случая. С тех пор он больше не мог работать строителем. У сына Алексея спастический паралич, у него с женой также есть дочь двух с половиной лет.

Сыном Алексей гордится: 16-летний подросток выступает на Паралимпийских играх. Красный Крест оказал Алексею стартовую финансовую помощь (около 1000 евро), чтобы он мог самостоятельно открыть небольшой бизнес. В застроенном панельными домами районе Северодонецка Алексей устроил в небольшом гараже мастерскую. Мастер ремонтирует все, что приносят клиенты, но в основном кухонные приборы. В гараже стоят требующая ремонта кофеварка и кухонный блендер. Разумеется, много на клиентах в Северодонецке не заработаешь, ведь большинство людей не знают, как дотянуть со своими доходами до конца месяца. Но сдавать оборудование Алексею в ремонт все же дешевле, чем покупать новое. Так Алексею удается сводить концы с концами.

Жизнь Лены и Дмитрия Встовичей тоже перевернулась с ног на голову с началом войны. До войны Дмитрий работал IT-инженером в авиации, теперь он вместе с женой производит козий сыр. «Моя жена отсюда, поэтому я переориентировался», — говорит Дмитрий. В хлеву живут три козы, которые дают молоко, и еще четыре, которые для этого пока слишком молоды. Поэтому молока хватает на то, чтобы какое-то количество отходило семье (у Дмитрия и Лены четверо детей в возрасте от четырех до тринадцати лет), а остальное шло на производство сыра. «Моя новая фермерская работа не столь привлекательна, как профессия инженера-программиста, зато я много времени провожу на свежем воздухе», — говорит Дмитрий с едва заметной улыбкой.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.