В субботу RTP (Радио и телевидение Португалии) начал петь «впустую». Предложенные для Евровидения песни предполагали напряженные споры между двумя блоками фаворитов: песен на португальском и английском. Этот спор проистекает из национального положения о том, что язык — это только один из критериев, а также того факта, что сегодня богатая традиция музыкальной лирики на португальском языке ежедневно принижается обществом.

Нужно помнить, что национальные проекты, исполнявшие песни на португальском языке, добились большего успеха (Amália, Madredeus, Dulce Pontes, Mariza) и, кроме того, ни один португальский артист не добился международного признания, если выступал не в традиционном португальском стиле, исключение составляет только Moonspell, но они выступают в специфическом жанре.

С 1999 года правила Евровидения позволяют выбирать язык, это привело к господству песен на английском языке, вероятно, чтобы люди могли лучше понять текст. Несмотря на то, что в 2016 году почти все песни конкурса исполнялись на английском языке, в следующем году выиграл Салвадор Собрал (Salvador Sobral), певший на родном языке.

Я занимаюсь исследованием феномена Евровидения, в качестве одного из направлений этого исследования я изучаю, на каких языках и диалектах, в том числе вымышленных, исполнялись песни. Поскольку языки составляют неотъемлемую часть музыкальных экспериментов разных стран. На настоящий момент за всю историю Евровидения песни исполняли на 58 языках. Среди победителей 44,6% песен исполнены на английском языке, при этом большая часть побед распределяется между 14 разными языками.

Победа Португалии помогла разрушить идею о том, что английский — это «нейтральный» язык, с помощью которого многие артисты пытаются построить карьеру за рубежом и который способствует успешной продаже песни. Этот фактор не обязательно является определяющим, но и язык не сыграл особой роли в победе Салвадора, пусть и звучал хорошо. Основная тема песен на конкурсе — любовь. Её можно понятно выразить на любом языке во всех её проявлениях поиска, страсти или отвращения. Во всем мире многие пели «Amar pelos Dois» и чувствовали благодарность к нашему языку.

Сегодня конкурс песен «Евровидение» — это, в первую очередь, экспериментальное поле, где нет ограничений и царит свобода, в том числе возможны и вторжения в тему политики, хотя организаторы не очень хорошо к этому относятся. Рассуждая так, RTP каждый год открывается тому, чем является Евровидение сейчас, а также воле композиторов, пусть, как мы знаем, некоторые песни давно пылились в ящике или были написаны без особой веры в конкурс. Португалия — страна, которая долгое время находилась под влиянием моды на английский язык, а тех, кто не умеет свободно говорить по-английски, несправедливо считают неграмотными.

А что вы поделаете с песней, где говорится, что любовь на нашей стороне, но не этим вечером? Было бы лучше сказать, что любовь к музыке будет на стороне Португалии в ночь конкурса. Лирика «Love Is on My Side (maybe not tonight)» бедная, португальские поэты могут писать лучше. Эта лирика заменила собой португальскую душу, благодаря, в основном, захватывающему голосу и музыкальной аранжировке, в английском языке другая душа.

Думаю, сейчас для продвижения будет важно всё: выступление, отношение, критика, торжество, послание и связь с обществом Евровидения, как в каком-то плавильном котле. Сможет ли RTP сделать всё, чтобы Педру Таборда (Pedro Taborda), простите, Tatanka не спел бы «впустую»?

Жорже Мангорриньа — исследователь Евровидения.

 

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.