Белу-Оризонти — Дядя Степа был милым милиционером. Высокий, сильный, красивый, он подавал хороший пример детям и помогал попавшим в беду женщинам. Персонаж, созданный в 1935 году детским писателем Сергеем Михалковым, жил в воображении нескольких поколений советских детей. Дружелюбный сотрудник милиции, как тогда называли полицию, представлял идеалы справедливости, солидарности и альтруизма.

«В прошлом этот персонаж создавал позитивный образ полиции и до определенной степени укреплял престиж профессии полицейского в умах детей», — рассказывает политолог Висенте Ферраро (Vicente Ferraro), специалист по постсоветскому периоду.

Этот приятный полицейский родился в поэме, был героем мультфильмов и учебников, а в 2021 году стал персонажем видеоигры. Только в этой игре дядя Степа — злодей. В пока не вышедшей русской видеоигре «Militsioner» игрок должен выбраться из заброшенной серой деревни, в то время как его преследует гигантский представитель власти. Неизвестно, какое преступление совершил персонаж, ему просто нужно сбежать.

«Игра основана на нашем опыте жизни здесь. Без сомнения, „Militsioner" — это критика современной России», — рассказывает геймдизайнер игры Владимир Семенец.

Игра вызвала возмущение у некоторых россиян. В репортаже государственного новостного телеканала «Россия 24» игру обвинили в разжигании страха перед людьми в форме, попытке раздуть скандал и русофобии. Канал также обратил внимание на запись в Твиттере, в которой спрашивается, почему в игре злодеем стал именно российский полицейский, когда весь мир наблюдает за поведением их западных коллег.

Как объясняет глава разработки Дмитрий Шевченко, изначально цели говорить о политике не было, однако вскоре создатели поняли, что «нельзя говорить о современной России и не затронуть тему политики».

Само название игры, по словам Шевченко, отсылает к России, зашедшей в тупик. В Советском Союзе полицейских называли «милиционерами», название изменили на «полицейский» только в 2011 году, через 20 лет после окончания советского периода. Однако слово «милиционер» до сих пор используют в повседневной речи, особенно представители более старшего поколения.

«Мы думали, как можно представить этого огромного полицейского, этого культового персонажа русского сознания. Из сходств с оригинальным персонажем только профессия и рост. Дядя Степа был очень плоским персонажем, у него была только положительная сторона. Мы хотели наделить его более противоречивой, серой личностью, это было бы больше похоже на то, какую роль играет полицейский в наши дни», — рассказывает Семенец.

Атмосфера «Militsioner» темная, на игру значительно повлияли так нравящиеся разработчикам датская «Inside» и японская «Shadow of the Colossus». Может быть, сегодня рожденные при Путине молодые люди больше знакомы с «Free Fire» или к-поп, чем с дядей Степой. Недовольство, вызванное игрой, многое говорит о конфликте поколений в стране.

В 2020 году Левада-Центр (в России объявлен иноагентом — прим. ред.), главная независимая организация исследования общественного мнения в стране, опубликовал результаты опроса, согласно которому, 75 процентов россиян считает, что советский период был лучшим в истории страны. Если проанализировать данные по возрастам респондентов, можно увидеть, как сильно расходится мнение у разных поколений. Среди опрошенных в возрасте 18-24 года 33 процента сожалеют о распаде СССР. Сам по себе показатель высокий, но низкий, если сравнивать с результатами опроса людей старше 55 лет, в этой возрастной группе о распаде Советского Союза сожалеют 82 процента опрошенных.

«На проводимых оппозицией протестах заметно преобладание молодежи, особенно „путинского поколения", тех, кто родился или вырос во время правления Путина», — рассказывает Ферраро. В декабре этого года исполнится 30 лет со дня исчезновения Советского Союза. Однако в 2021 году авторитаризм и культ милитаризма в прошлое не ушли. «Существует ряд ограничений индивидуальных свобод, которые только усиливаются с ужесточением режима и проведением антилиберальных реформ, — говорит политолог Висенте Ферраро. — Пакет реформ 2016 года входит в число законодательных нововведений, идущих по этому пути. Имеются случаи и сообщения о нарушении прав политических активистов, журналистов, представителей ЛГБТ-сообщества и некоторых религиозных меньшинств».

По словам исследователя, дискурс, легитимизирующий правление Путина, основывается в основном на «заявлении о том, что в 90-ые годы страна пережила настоящий политических, экономический и социальный хаос, а благодаря жесткой руке Путина удалось восстановить порядок и стабильность». «Среди более молодых поколений, не испытавших потрясений, последовавшие за распадом СССР, эти речи менее популярны. То же самое происходит и с обращением к ностальгии по советским временам», — говорит Ферраро.

Крупные СМИ, особенно телеканалы, принадлежат, хотя бы частично, государству. По словам Ферраро, по телевидению часто показывают фильмы и сериалы, в которых преуменьшают совершенные в советский период зверства: «С другой стороны, есть и фильмы, в которых критикуют сталинизм, железный занавес, политические репрессии, продуктовый дефицит и бюрократическую централизацию».

По словам геймдизайнера Владимира Семенеца, «российское телевидение не стоит воспринимать всерьез. Конечно, их действия вредны, но брехливый пес не кусает. С нашей точки зрения, появление на их канале — это грустная и горькая штука».

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.