Вы заметили такую вещь: каждый, кто говорит о проблемах белых детей из «пролетарских окраин», сразу же подвергается обвинению в том, что он растравляет «войну культур»? Заговорите о проблемах детей-трансгендеров — и журналисты из ведущих изданий уже стучатся к вам в дверь с просьбой помочь им снять документальный фильм об этой проблеме. Заговорите о специфических проблемах детей, приехавших к нам с островов Карибского моря или имеющих бангладешское происхождение, — и наше «общественное мнение» моментально превратится в воплощенный слух. Но стоит вам просто пробормотать слова «белый рабочий класс» — и на вас посмотрят как на человека, не умеющего вести себя в приличном обществе. Ага, скажут все хранители мира и добра, вот идет еще один «участник войны культур», пришедший к нам растравлять расовые противоречия. А может случиться и так, что за одно только упоминание о живущих в бедности белых вас назовут расистом.

Газета «Гардиан» занимается как раз этим самым делом, когда выходит с передовицей под кричащим заголовком: «Члены парламента от консервативной партии обвиняются в подбрасывании дровишек в костер „войны культур" в своем докладе о состоянии образования в стране». И что же это за дровишки, которые зловредные тори подбрасывают в межрасовые схватки двадцать первого века? Вся вина нового доклада в том, что он отмечает: «Белые школьники пролетарского происхождения страдают от десятилетий наплевательского отношения к ним со стороны английской системы образования». Ага, вот в чем дело.

Такой доклад является «противоречивым». Он «сеет рознь в обществе», предупреждает своих читателей «Гардиан». Как-то незаметно разговоры в пользу угнетенных расово-этнических «общин» стали одним из атрибутов буржуазного снобизма. И ничто не представляет этот снобизм более ярко, как тот факт, что такая «принятая в приличном обществе» газета, как «Гардиан» публикует одну статью за другой о любом, даже самом мелком меньшинстве в нашей стране. А вот когда ко-то заговорит о «рабочем классе», имея в виду коренное английское население, «Гардиан» в ту же минуту обижается, возвращаясь к своей любимой игре в маленькие «этнические» бирюльки.

А на самом доклад консерваторов об образовании вовсе не шокирующий и не «противоречивый». И никакая это не «ручная граната, брошенная в огонь войны культур». Этот доклад вполне разумен. Его написал специальный комитет по анализу проблем образования, составленный из отобранных специалистов. И вот, этот доклад констатирует: это просто скандал на всю страну, что белые ребята из рабочих семей отстают в плане образования «по всем пунктам». Например, только 18 процентов белых ребят из настолько бедных семей, что им полагается бесплатное питание в школе, выходят хотя бы на «четверку» в стандартизированных тестах по английскому (родному) языку и математике. Виновата бедность? Да не только: ведь в среднем 23 процента ребят из бедных семей с правом на бесплатное школьное питание получают оценки на уровне «четверки» и выше. Лишь 16 процентов таких находящихся на бесплатном питании бедных белых детей выходят на уровень, позволяющий им стать студентами в университетах. Между тем среди находящихся за чертой бедности чернокожих ребят из африканских стран такой процент счастливчиков-студентов достиг 59 процентов. Выпускники наших средних школ, имеющие бангладешское происхождение, тоже достигают университетского уровня в 59 процентах случаев. Похуже получается у детей, приехавших к нам с островов Карибского моря (или выросших в семьях выходцев из этого региона). У них 32 процента — против 16 процентов у местных английских белых.

Это все свидетельствует о шокирующем неравенстве. И доклад продвигает вполне логичную идею насчет того, что это неравенство не может быть объяснено одной лишь бедностью. Все эти дети — выходцы из семей с трудными обстоятельствами, у всех не хватает денег. И все же наши английские белые ребята получают результаты намного хуже всех остальных этнических групп. У этого просто не могут не быть причины из области культуры обращения с этими детьми — из области предрассудков и привилегий. И вот эти причины перед нами: доклад утверждает, что дети из этнических меньшинств получают больше поддержки со стороны общества, чем дети наших белых пролетариев. Доклад также отвергает и высмеивает любые «прогрессистские» теории о «белой привилегии» и тому подобных вещах. И это правильно. Говорить детям из рабочих белых семей, детям, которые по своим шансам и уровню существования находятся позади всех других социальных групп, что их цвет кожи дарит им какие-то там пожизненные «привилегии» — да это просто извращение. По сути, это жестоко: говорить такое сегодня — это форма издевательства над людьми.

А вот я добавил бы к заключениям доклада еще один беспокоящий момент. Сложилась тревожный тренд низких ожиданий в целом ряде общин белого рабочего класса. В отличие от детей из иммигрантских сообществ: индийцев, нигерийцев, бангладешцев — белые дети редко воспитываются в атмосфере «драйва» и вдохновения. В итоге дети из наших родных английских сообществ слишком часто ожидают очень немногого не только от общества, но и от самих себя. Образование для них — это нечто скучное, которое нужно именно «пройти», а не что-то, вдохновляющее тебя на изменение собственной жизни. Десятилетия экономического, политического и культурного пренебрежения, с которым у нас в Англии относились к рабочим окраинам и городкам, — все это печальнейшим образом снизило ожидания многих белых в отношении собственных жизненных перспектив. И от этого циничная выдумка насчет «белой привилегии» становится особенно отвратительной. Элиты лишают будущего белых людей рабочего класса, а потом еще имеют наглость поучать их насчет каких-то их незаслуженных «привилегий».

Наши «пробудившиеся к классовой борьбе» за права угнетенных рас элементы не терпят никакой дискуссии о проблемах детей из нашего рабочего класса. Заговорите об этих проблемах, и они скажут: это общие социальные проблемы, а вы приписываете им особо негативное воздействие именно на белую расу. Определенно могу сказать, что самая обычная для меня ситуация при обмене мнениями с очередным плодовитым на предмет статей колумнистом из крупных газет, — это стандартный ответ от моего оппонента: «Так рабочий класс состоит не из одних белых, знаете ли!»

Что на это ответить? Я говорю как человек, выросший в одном из самых неблагополучных в социально-экономическом плане районе Лондона. Рядом со мной росли и работали пролетарии индийского, африканского и ирландского происхождения (ирландцы в Европе — это свои доморощенные чернокожие). Так что, спасибо, я отлично знаю, что рабочий класс — это не только белые. Кстати, это не мы придумали выражение «белый рабочий класс», многие из нас просто хотели помочь объединиться всему рабочему классу. Это другие люди придумали «политику идентичности», а вместе с ней появилось и это выражение «белый рабочий класс». По сути, политика идентичности — это как раз ваша выдумка, мои оппоненты из «высшего общества», так что вы сами сделали понятие «белый рабочий класс» проблемным.

Да, это придумал истеблишмент. В течение десятилетий истеблишмент превращал «белый рабочий класс» в проблему, объявляя представителей этого класса исключительно врагами прогресса, физически никуда не годной, аморальной частью нашего общества. Вот эта враждебность со стороны элиты по отношению к белому рабочему классу усилила и так присущее ему чувство изоляции, одиночества, заниженных ожиданий в отношении самих себя. А это в свою очередь сделало необходимым обсуждение проблем именно белого рабочего класса, отдельно от других пролетарских этнических сообществ — просто потому, что белые пролетарии сталкиваются с очень специфическими собственными проблемами. Получается такая схема: сначала демонизировали весь белый рабочий класс, а потом стали приклеивать ярлыки каждому, кто за этот самый белый рабочий класс вступается. Эта схема — одна из самых тревожащих, самых жутко кафкианских выдумок «тирании идентичности». (Имеется в виду «политика идентичности», то есть политологическая теория, предлагающая государству уделять особое внимание борьбе с эксплуатацией и дискриминацией имеющихся в обществе расовых, этнических и сексуальных меньшинств — прим. ред.)

Правда состоит в том, что один из главных пострадавших в результате ведущихся в нашем обществе «культурных войн» — это как раз белый рабочий класс. Это не мы, говорящие о годах пренебрежения образованием белого рабочего класса, раздуваем «культурную войну», это много лет ведущаяся «культурная война» привела к растущему отставанию детей из рабочих семей англичан. На самом деле против них ведется не культурная война, а классовая борьба в латентной форме. Почему-то главной мишенью для критики со стороны гипер-образованных господ, надзирающих над нашей системой образования, — это убеждения («предрассудки») и жизненные привычки белых общин. А ведь эти же враждебные белым общинам элиты надзирают не только над образованием — они являются «формирователями общественного мнения» в Британии XXI века.

Что же раздражает в наших белых работягах эту элиту? Может быть, то, что эти работяги не верят в прогрессистскую чушь. Может, то, что они твердо стояли за Брексит, да и вообще, похоже, раздражает предпочтение нашими пролетариями своего местного сообщества фальшивому интернационализму глобалистских учреждений. Все эти факторы привели к тому, что именно белых рабочих у нас демонизируют как тупых, узколобых людей, склонных к ксенофобии. Так их видят «воины» культурных войн нашего нового истеблишмента.

Настоящая культурная война — это когда вместо нормального патриотизма общество делят на «группы по идентичностям», а уж за этими группами начинают четко следить. По сути — это война против белого рабочего класса. Если мы бросим вызов железной хватке, которой «пробудившиеся» прогрессисты держат политическую жизнь в нашей стране, это будет первый шаг к подлинной культуре солидарности трудящихся людей всех рас и этносов.

Брендан О'Нил — редактор журнала Spiked.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.