Члены черкесской общины России исторически сконцентрированы в южных регионах страны, и сегодня они пытаются решить целый ряд проблем. Ключевые задачи — это сохранение своей культуры и языка, экспатриация черкесов, живущих в Сирии, и признание геноцида черкесского народа в XIX веке.

Согласно результатам переписи населения 2010 года, в стране проживают 718 тысяч представителей адыгского народа (адыги, кабардинцы, черкесы и шапсуги). Среди них 73 тысяч идентифицировали себя с черкесами. Они проживают преимущественно в южных регионах — Карачаево-Черкесской Республике, Ставропольском и Краснодарском краях, а также Адыгее и Кабардино-Балкарии.

В беседе с Al Arabi Al Jadeed черкесский журналист и активист Мурат Темиров рассказал: «Черкесы населяют регионы Северного Кавказа с давних времен, но на самом деле это народ, разбросанный по разным уголкам мира. Он всегда требовал права вернуться на историческую родину, но не добился больших успехов в этой области. Черкесы — один из древнейших народов Северного Кавказа. Самая крупная черкесская община проживает в Турции и насчитывает 3 миллиона человек. Есть также крупные общины в Германии, Иордании и даже в Австралии и Соединенных Штатах. Согласно оценкам, в мире проживают от 7 до 10 миллионов черкесов».

Что касается инициатив по сохранению черкесской культуры в условиях расселения по разным регионам мира, то речь идет главным образом о программах, реализуемых общественными движениями и организациями, заинтересованными в сохранении черкесского языка. Журналист отмечает создание групп, приложений для смартфонов и языковых школ, но добиться указанной цели по-прежнему сложно ввиду дискриминации языков этнических меньшинств в России. Среди них украинский язык и язык татар Крыма, который Москва в одностороннем порядке аннексировала в 2014 году. В частности, власти исключили черкесский язык из школьных учебных программ в регионах проживания этого меньшинства. Следовательно, по словам Темирова, основные усилия следует направить на то, чтобы вернуть обязательные уроки черкесского языка в учебные планы, или вовсе вернуться к преподаванию на родных языках, как было во времена Советского Союза. Он продолжил: «В настоящее время российское правительство исключило языки коренных народов, чтобы сделать русский язык главным и уникальным. Я не думаю, что это происходит по националистическим мотивам. Скорее, за этим стоит прагматизм, ведь так легче контролировать этнические сообщества».

Члены черкесской общины пытаются не только сохранить свою культуру, но и добиться международного признания геноцида своего народа после окончания Кавказской войны в 1864 году. Как известно, многих черкесов подвергли высылке в Османскую империю, что способствовало их дальнейшему расселению в более чем 50 странах мира.

Грузия, известная своей антимосковской политикой, является единственной страной, признавшей геноцид черкесов примерно десять лет назад, что подготовило почву для открытия Черкесского культурного центра и мемориала жертвам геноцида в городе Анаклия, где ежегодно проводится церемония в память о погибших.

Однако, по мнению Темирова, признание геноцида черкесского народа — пока вопрос второстепенный. Он утверждает: «Несмотря на социальные инициативы, направленные на то, чтобы поднять данную тему на обсуждение, и соответствующие запросы в отдельных странах и на международных форумах, лишь Грузия признала геноцид. Парламент Польши рассмотрел наш запрос, а Украина, как ожидается, примет документ по данному вопросу. Германия сделает то же самое в случае победы на выборах коалиции Зелёной и Левой партий. Но я лично не считаю признание геноцида важной целью для нашего народа, поскольку это не дает нам никаких преимуществ. Самое главное — сохранить язык и получить право на возвращение экспатриантов, чтобы увеличить численность черкесов на исторической родине, России, после чего можно пытаться решать другие вопросы».

В связи с началом боевых действий в Сирии около десяти лет назад право на возвращение черкесов в эту страну больше не является просто вопросом достижения исторической справедливости. Скорее, это гуманитарная проблема, так как люди бегут от войны. Российские власти не ответили на данный призыв. Темиров оценивает положение сирийских черкесов как сложное, так как вопрос об их возвращении все еще не решен: «Россия отказывается признать членов черкесской диаспоры своими гражданами, так как их предки покинули Российскую империю, не имея документов, удостоверяющих личность, что лишает их права на возвращение».

С момента начала войны в Сирии в 2011 году местная черкесская община неоднократно обращалась к Москве с просьбами об оказании помощи в эвакуации на историческую родину, ссылаясь на статью 99 Конституции Российской Федерации и федеральный закон, определяющий политику государства в отношении экспатриантов. Тем не менее руководство пока не определилось со своей позицией по этому вопросу. Это не помешало республикам, населенным черкесами, разработать собственные программы по оказанию помощи желающим вернуться экспатриантам, хотя они и не имели большой популярности: немногие были удовлетворены условиями данных программ.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.