Президент Лех Качиньский происходил из семьи, имевшей традиции борьбы за независимость. Он также с конца 70-х годов был связан с демократической оппозицией – Комитетом охраны рабочих, а позже «Солидарностью». Этот опыт повлиял на его политику относительно Украины. Качиньский в известной мере продолжал традицию Пилсудского, Гедройца и Мерошевского. Хотел развивать отношения Польши с республиками бывшего Советского Союза – не только с восточными соседями, но и другими государствами региона.

Он делал это будучи убежден, что сотрудничество Польши, Украины, Литвы, Грузии и других государств региона - ключевое условие укрепления их независимости и позиций на международной арене. В отличие от западноевропейских и некоторых польских политиков открыто предостерегал от попыток России доминировать в регионе. Несмотря на это не имел сомнений, чтобы поехать туда 10 апреля 2010 года.

В 1989-2005 годах его политическая деятельность концентрировалась на внутренних делах. В ключевом 1991-м году, когда распался Советский Союз, а Украина восстановила независимость, он работал министром по делам национальной безопасности в президентство Леха Валенсы. В 2004 году, будучи президентом Варшавы, посетил во время Оранжевой революции Киев. Это стало символическим началом его украинской политики как будущего главы государства.

Качиньский еще в день принесения присяги 24 декабря 2005 года высказался за продолжение "стратегического союза с Украиной", подчеркивая, что "он должно принять более конкретные очертания". Новый Президент, несмотря на политические расхождения, которые разделяли его с предшественником Александром Квасьневским, начал с ним сотрудничать в украинском направлении, оценив его хорошие знания о стране. Между февралем и мартом 2006 года Качиньский посетил Украину с первым официальным визитом. За следующие несколько лет провел больше десятка встреч с Президентом Ющенко.

Важным элементом их сотрудничества стало продолжение процесса исторического единения. В мае 2006 года оба Президента встретились в Павлокоме (Подкарпатское воеводство), где открывали памятник украинцам, в январе 1945 года погибшим здесь от рук участников польского подполья. В апреле 2007 года Качиньский и Ющенко совместно почтили в Варшаве память жертв операции "Висла" – украинцев и лемков, выселенных с юго-восточных земель Польши в 1947 году. В феврале 2009 года оба Президента приняли участие в мероприятиях в Гуте Пеняцкой (Львовская область), где в 1944 году погибли польские жители.

Качиньский старался не поддаваться польским экстремистам, не желавшим сотрудничества с Украиной, – в 2008 году отказался участвовать в мероприятиях, посвященных Волынской трагедии, соорганизаторами которых в июле в Варшаве были «кресовы среды».

Со временем ввиду растущих исторических контроверсий между обеими странами это было с каждым разом сложнее.

В сентябре 2009 года он не посетил, как ожидалось, вместе с Ющенко Сагрынь (Любельское воеводство), жителей которого уничтожили польские боевые организации. Он был очень разочарован решением своего украинского коллеги присвоить звание Героя Украины Степану Бандере, который для многих поляков остается символом трагедии на Волыни в 1943-1944 годах.

Совместно с украинскими партнерами Качиньский пытался развивать энергетическое сотрудничество, которое, в частности, позволило бы уменьшить зависимость от России. В ходе первого своего визита в Киев подписал совместно с Ющенко декларацию о развитии сотрудничества в энергетических вопросах. В документе выражно желание модернизировать существующую транзитную инфраструктуру и изучить возможности новых путей поставок газа из Центральной Азии в Европу.

Там также подчеркнуто, что энергетическое сотрудничество "является одним из приоритетных компонентов стратегического партнерства Польши и Украины".

Качиньский и Ющенко пробовали также активизировать проект "Одесса - Броды", который должен был служить для поставок каспийской нефти в Западную Украину – а после его продолжения – дальше в Польшу.

Оба государства действовали для активизации сотрудничества государств региона в этом деле, чему способствовали энергетические саммиты с участием, среди других, представителей Польши, Украины, а также Литвы, Грузии, Азербайджана. Саммиты состоялись в 2007 году в Кракове и годом позже – в Киеве.

Солидарность стран региона лучше всего было видно в августе 2008 года, когда Качиньский с Ющенко и представителями Балтийских государств однозначно поддержали президента Михаила Саакашвили во время российско-грузинской войны.

Качинский однозначно поддержал стремление Украины (или по крайней мере Президента Ющенко) вступить в НАТО и ЕС. На саммите в Бухаресте в апреле 2008 года решительно добивался с представителями других государств Восточной Европы предоставления Украине Плана действий относительно членства в Альянсе. Цели не удалось достичь, но тем не менее Североатлантический совет признал – хоть и без указания даты – что Украина и Грузия вступят в будущем в НАТО.

В окружении Леха Качиньского – в канцелярии Президента и еще больше в партии "Право и справедливость", в которой он был первым лидером, выросло по меньшей мере несколько политиков, которые активно действовали для польско-украинского сближения и продвижения интересов Украины в мире.

Стоит здесь вспомнить Михала Каминского (1972 года рождения), автора резолюции Европейского парламента в 2007 году, в которой евродепутаты высказались за предоставление Украине перспективы членства в Евросоюзе, или Павла Коваля (1975 года рождения), который хорошо знает восточную тематику и в 2006–2007 годах был замминистра иностранных дел Польши.

Президент Качиньский неоднократно спорил с нынешним польским правительством о зарубежной политике, в том числе об отношениях с Украиной. Похоже, он считал, что команда Дональда Туска не уделяет достаточного внимания отношениям с восточным соседом. В то же время он умел воспринимать позитивные инициативы, такие как предложенная Польшей в 2008 году и официально утвержденная через год Евросоюзом программа "Восточное партнерство", ставящая целью сближение с ЕС государств Восточной Европы (в том числе, Украины) и Южного Кавказа.

Украинскую политику Качиньского нередко критиковали, упрекая в излишне персонализированных контактах с Ющенко. Президент Польши, конечно, предпочел бы видеть у власти в Украине "команду реформ", то есть так называемую Оранжевую коалицию. В то же время он подчеркивал, что Польша будет сотрудничать с любым украинским правительством.

Считалось, что его политика – в том числе в украинском контексте – антироссийская, а его действия (в вопросах расширения НАТО, Евросоюза, развития энергетического сотрудничества и так далее) не приносят измеримых эффектов.

Это не меняет факта, что Качиньский все свое президентство был искренне верен сотрудничеству с Украиной.

Он считал развитие политики в "юго-восточном направлении" (Украина, Грузия, Азербайджан) важным достижением Польши после 2005 года. Для польского Президента хорошие отношения с Украиной были ценны сами собой – в первую очередь по геополитическим причинам и историческим связям, которые соединяющим оба государства.

Это отличало его от нынешнего польского правительства, которое оценивает отношения иначе, – понимает значение Украины, но считает, что польско-украинское сотрудничество должно ставить реалистичные цели, которые вписываются в основы зарубежной политики и приносят конкретные результаты.

Эту последнюю позицию один из польских публицистов назвал "прагматизмом" противопоставляя его "романтизму" Президента Качиньского и его окружения. Собственно таким был Лех Качиньский – верил в идеалы, в свои убеждения; верил также в Украину и значение двусторонних отношений, часто вопреки своим политическим интересам и очевидным фактам.